Бои без правил (СИ)
— Значит… Я собрал вас здесь для того, чтобы обсудить вопрос выполнения обязательств согласно пункту: два. три. три.
Такого договора, который подписывали вы все, придя в организацию, учредителем которой я являюсь, — ровном голосом сказал я. Внутри меня все клокотало. Я готов был, просто порвать этого старого пидараса, который не только меня перебил, но еще и посмел учить жизни, определяя мой профессионализм. Каким-то чудом я сумел удержать себя в руках и выдать заготовленную и необходимую фразу.
— То есть на мой вопрос вы не будете отвечать? — задал вопрос все тот же мужчина.
— То есть, — посмотрел я ему в глаза. — Сначала мы разберемся с повесткой дня на сегодня, а потом в индивидуальном порядке или при всех подискутируем, если у вас будет желание, на тему моего профессионализма.
— Но нам… — начал было мужчина, как я его перебил, обратившись к девушке: — Кто это? Не припомню его.
— Геннадий Леонидович Казанцев-Советников, — быстро сказала Джунг. — Шестьдесят четыре года. Боевир. Женат. Двое детей. Старший Александр, беседовал лично с вами по поводу вхождения в дело семьи. Занимаются продажей канцелярских товаров. Основной рынок сбыта продукции — рынок клана Советниковых. Есть два десятка канцелярских магазинов «Чертежник». На время заключения договора исполняющим обязанности главы семьи был сын.
— Понятно, — кивнул я, глядя на эту акулу. — Отправили своего сына для того, чтобы он заключил с нами договор, а потом отстранили от должности генерального директора и естественно не собираетесь платить по счетам, который мы вам выделили.
— Молодой человек! — недовольно воскликнул мужчина. — Что за вздор! Вы только что придумали глупость и сказали ее вслух. Пожалуйста, помилуйте, не говорите больше при мне таких слов. Иначе я просто обязан буду оскорбиться и уйти отсюда.
Сзади одобрительно зашумели, кто-то даже одобрительно крякнул.
— Вот как, — с холодной миной сказал я, посматривая на всех со злостью. И все же решил пока сосредоточиться на основном. — С вас оскорбленного и начнем. Почему не возвращаете долг?
— Какой долг?! — возмутился мужчина. — Мой сын взял у вас ссуду, за счет чего составил договор, о том, что вы отныне владеете сорока пятью процентами нашего предприятия. Был совершен акт покупки-продажи. Теперь мы компаньоны.
— Наверное вы плохо читали договор, — медленно сказал я. — А там сказано, что часть чистой прибыли, получаемой ежемесячно, в размере сорока пяти процентов вы должны отчислять по известному адресу, на счет «Альфа-банка». И внимание вопрос… Почему этого не происходит?
— Молодой человек! — воскликнул мужчина. — Бизнес так не работает. Получив деньги, мы вложили их в развитие, и сейчас доходов практически нет, все уходит на рекламу и продвижение магазинов. О каком доходе может идти речь? У нас его просто нет… Это ведь работает совершенно не так! К тому же правилами хорошего тона в деловом сообществе считается, не давить на компаньона, а дать возможность развиться. Разве вы этого не понимаете?
— Конечно, — скривился я и продолжил гнуть свою линию. — Договор, который от имени вашей семьи подписал ваш сын, совершенно вас не касается. Платить деньги вы не собираетесь.
— Да, какие деньги!? — сделал попытку встать мужчина, но я ему этого не дал сделать. Посмотрев в планшет Джунг, я сказал: — Может стоит просто продать машину своей любовницы? Которой вы совсем недавно подарили новый «Гранд Чероки»?
Удар был нанесен быстро и неожиданно, мужчина на секунду побледнел, потом все же собрался с мыслями и возмущенно начал: — Моя личная жизнь…
— Меня совершенно не интересует! — жестко перебил я его. — Дарите что хотите и кому хотите! Хоть любовницам, хоть любовникам! Вот только вы должны выполнять те обязательства, которые на себя взяли!
— Но их… — попытался было что-то сказать мужчина, все еще ошарашенный моим знанием, но я его опять перебил: — Да мне плевать, где вы их возьмете! Хоть семью в рабство продавайте, мне все равно! Я не собираюсь ждать пока вы разродитесь!
— Вот это точно непрофессионально! — с середины ряда сказал мужчина лет сорока в очках с золотой оправой.
— Евгений Викторович Балинский. Боевир. Женат. Один ребенок. Владеет сетью булочных «Мякишь». Свое производство, — быстро сказала Джунг, сориентировавшись.
— Вопрос моего профессионализма не стоит на данном совещании, — сказал я в очередной раз. — Повторюсь, его мы можем обсудить позднее… А к вам аналогичный вопрос! Вы почему не платите по договору? Вас с вашими приметными очками я хорошо помню. И также помню, как вы заявили, что добросовестно исполняете все договора. Вам кто помешал? Кто сбил с курса? Почему свое слово не держите?
— Я тоже расширяюсь и у меня нет достаточно средств, чтобы погасить задолженность, — сказал мужчина. — У меня неожиданно появилась возможность выкупить пару предприятий конкурентов. Все, что у меня есть, я вкладываю в развитие. Иначе можно потерять инициативу.
— К вам, Евгений Викторович, — медленно сказал я, просматривая планшет, — вопросов в принципе нет. Вы занимаетесь развитием дела, дополнительно закладываете недвижимость, чтобы сохранить, как вы сказали, инициативу. Вот только проблема в том, что это не я должен был вызвать вас к себе для приватного разговора, а вы сами должны были прийти ко мне и сообщить о своих проблемах. Мы как компаньоны пришли бы к какому-то решению.
— У меня слишком много дел, чтобы отвлекаться… — раздраженно парировал уязвленный мужчина, но шум мужчин заглушил его ответ.
— И тем не менее вы тут! — громко сказал я. — Каждый нашел время, чтобы прийти! Так что не рассказывайте мне сказки!
— Да, кстати! У вас не контрольный пакет акций, чтобы мы отчитывались! — возмутился кто-то с заднего ряда, и его стали поддерживать.
— Почему остальные молчат? Спросите у своих помощников, они расскажут, как нужно вести себя в деловом сообществе!
— Парень, только наличие у тебя отца заставило нас сюда прийти, — чуть ли не доверительно сказал мне Геннадий Леонидович. Чем привел меня в окончательную ярость.
— Всем молчать! — больше прошипел, чем сказал я. Накопленная за последнее время сила, которая словно надула меня как воздушный шарик, казалось, вылилась через край. И с необычайной легкостью я сформировал ментальную технику и надавил своим сознанием на присутствующих. Не имея в себе сил сидеть, я встал, опершись на стол, и пристально посмотрел на получивших ментальную оплеуху по голове мужчин.
— Вы не только должны, вы и будете передо мной отчитываться! — утвердительно сказал я и замолчал. Никто меня не перебивал, не все еще отошли от удара, но зато каждый из них поймет, что в этот момент меня никто не перебивал, а значит и им не нужно, и я продолжил: — Вложив в ваше дело свои деньги, я пошел по пути наименьшего сопротивления, просто дав вам возможность расти и двигаться вперед. Я совершенно не собирался вас давить, но вы же вынуждаете меня!
Я заинтересован в развитии ваших дел не меньше вашего! И со мной вполне можно договориться… Вот только вы же не такие. Зачем? Там же молокосос, который деньги только в княжестве первый раз увидел? Его можно и на место поставить! Пусть побегает, поспрашивает, может и согласится потерпеть… Вот только… Хрен вы тут угадали! В Клане Советниковых вполне четкая и понятная система отношений. И вы, являясь представителями Рода, будете, как и положено, докладывать мне о состоянии дел в структурах, в которые я вложил средства.
— Э-э-э, — донеслось из зала.
— Не перебивать! — грозно сказал я, посматривая на того, кто посмел мне что-то сказать. — Я хотел же по-хорошему! Вот только вы меня не то, что за равного… Вы меня за какого-то циркача принимаете.
— Всем, кто тут есть, придется задержаться и сделать основательный доклад госпоже Джунг, — указал я на китаянку.
— А как же дела?! Мне нужно в Клан! — смог кто-то выдавить из себя слово, и людей стало отпускать. Ментальный удар получился случайно, и я просто не хотел его повторять еще раз. Тем более на такое количество целей. И это побудило протест мужиков, которых строит юнец — Я не буду!