Совершенное королевство (СИ)

Но у меня всегда была своя кудрявая причина, которая знала меня лишь такой — обезбашенной, смешной, способной на всякую дичь. Каждый раз, выходя из дома, я не могла быть другой. Только так я могла хоть как-то выделиться среди толпы его обожательниц, и, честно сказать, это неблагодарное дело как-никак, но окупалось. За десять лет нашего знакомства у Ривала случились десятки отношений, которые так и не увенчались пылкими чувствами. Все те девушки исчезли во времени, а я осталась. Пусть и не возлюбленной, а подругой детства. Но я всегда была рядом, когда другие только мечтали об этом. Так мы и жили эти десять лет.
Возле главного входа я задержалась, завязывая шнурок на конверсе, и очень удачно повстречала Клэр. Подруга, ещё издали замеченная мной, приветливо улыбалась и махала брошюркой, видимо, взятой у промоутера. Она эффектно выделялась из вереницы учениц длинной, ярко-оранжевой юбкой, и облегающей майкой в тон. Вместе с ней мы составляли так званое "пятно безобразия" нашего класса, ибо учителя не любили ни меня, ни Клариссу.
Мы с подругой расположились за третьей партой возле окна — это было наше с ней излюбленное место. На скучных уроках можно наблюдать за прохожими, или, оставаясь незамеченными, рисовать косички на полях тетрадей. Или же наблюдать за сидящей перед нами Наннали, которая любит рассматривать свое холёное лицо в зеркальце практически на каждом занятии.
Поправляя на ходу старомодную плиссированую юбку, в класс вошла руководительница. Другого приветствия, кроме сухого кивка, мы никогда не удостаивались, так что, когда в этот раз миссис Андервуд нам улыбнулась, сдержать удивление удалось не всем. Одноклассники зашептались, выражая свое соболезнование, по всей видимости, погибшему в лесу животному.
— Доброе утро! — торопливо начала учительница, словно не заметила произведенный её хорошим настроением эффект. — Предлагаю не терять времени и сверить список.
Как и все одноклассники, я не понимала, зачем так торопить события, ведь до отъезда на отдых ещё целый месяц. Даже чуть-чуть больше. Но миссис Андервуд скрупулёзно проверяла каждую мелочь, дабы ничто не помешало нам в назначенный день отправиться в горы. Так что она зачитывала список тех, кто сдал деньги, и остановилась, естественно, на моей фамилии.
— Розенкарц, — она осуждающе посмотрела на меня поверх прямоугольных очков. — Ты точно сдашь деньги? Иначе я вычеркну твою фамилию.
Денег нет, и она это знала. Как и все мои одноклассники. Но я терпеть не могла это положение "нищей родственницы", потому самоуверенно отвечала: — Да я сегодня принесла бы, просто папа перепутал кошельки, и случайно взял мой.
— Давай только, чтобы не было как в тот раз, Хелена, хорошо? — завоняло с первой парты, где сидела Наннали. — Мы все тогда из-за тебя не поехали автобусом, и предки тащились три часа, чтобы нас забрать.
Видит Бог, я всю жизнь со страшным стыдом вспоминала эту историю. Тогда водитель отказался везти весь класс обратно из столицы домой, потому что у меня и ещё одного великого мудреца из нашего класса, не было чем заплатить за дорогу в обе стороны. Как назло, у руководительницы не было чем за нас заложить, а от водителя в тот вечер ушла жена. Плюясь и проклиная все, что видел перед собой, водитель завел автобус и укатил в лучшую жизнь вместе с частью наших вещей. Мы остались без транспорта, а я ещё и без надежды на то, что эти люди когда-то увидят и во мне человека. Похоже, до сих пор не увидели.
— Или как тогда, в зоопарке, — послышался голос с задней парты. Я поморщилась и сдержала дьявольски сильный порыв ткнуть средний палец прямо в рожу противному Паркеру. — Давай в этот раз мы не будем скидываться тебе на билет?
— Паркер! — Одернула его миссис Андервуд. — Хелена не виновата в том, что её семья в такой финансовой яме.
На одно мгновение мне показалось, что в лице классной руководительницы я нашла союзника. До тех пор, пока та не добила: — Виноват, конечно, её безответственный отец, который не может нормально содержать несовершеннолетнюю дочь.
 
Не выдерживание идиотизма стало моей плохой привычкой, так что я осталась верной себе — не выдержала. Одним махом подхватив сумку и на секунду коснувшись плеча Клэр, поднялась и направилась в сторону двери. Думаю, все понимали, что палка перегнута сильно, так что в спину обыдными словами не бросались. Обидные слова бросила я, обернувшись уже в дверном проеме:
— Ну вы и сволочи! Вы все!
Клэр не пошла за мной.
Остывать пришлось уже в парке, сидя на лавочке, на которой мы с Ривалом когда-то ели мороженное. Обида на одноклассников разъедала душу, но ещё тошнотворнее становилось от факта, что они в какой-то степени правы. Ни они, ни их семьи не обязаны платить з непонятную девчонку, будь она хоть трижды одноклассницей или другом. Кем угодно. И ещё паршивее было от того, что я понятия не имела, где взять деньги, а в горы хотелось очень. Я пробовала устроиться промоутером, как те девушки в ростовых куклах возле нашей школы, но брали только совершеннолетних. Мой день рождения в начале июня, уже после выпускного. До тех пор о собственном заработке могу и не мечтать.
Не было никаких мыслей, чем себя занять. Домой возвращаться не хотелось, ибо папа обязательно начнет допытываться, почему столь рано вернулась. А идти назад в школу не хотелось ещё больше. Я, конечно, остыла, но не настолько. Если мне не изменяет память, сегодня в центре города должен происходить парад в честь годовщины нашего "Совершенного королевства". Кроме того, в последние несколько лет мэрия прибегала к помощи начальства образовательной сферы в подготовке к празднику, так что директор Эшфорд будет присутствовать на параде. А раз так, есть причины полагать, что Ривал захочет помочь деду. Впервые, наверное, за все года, я пойду на празднование, и то не ради праздника как такового.
Не могу не признать: юбилей оживил город, раскрасил его. По дороге к центру мне то и дело попадались на глаза яркие афиши с программой празднования. Фейерверку предшествовало выступление известной Лары Хантинг — вот и причина, из-за которой к сцене не протолкнуться, но я к ней и не стремилась. До начала выступления Лары оставалось ещё полчаса, и мне очень хотелось пройтись по торговым точкам, пока ведущий не вещал со сцены ничего конкретного.
Лотки с едой поочередно превосходили друг друга. Я подвисла возле палатки с сырами и не могла нарадоваться — их можно было дегустировать. Неплохо перекусив, отправилась дальше и залипла возле морепродуктов. Приготовленных, естественно — в этом заключалась их прелесть. Я отобрала несколько самых крупных креветок и тут увидела обычного, даже сказала бы, банального, рака. Его красные бочка выглядели такими аппетитными! Стало понятно, что этого красавца продегустировать не отдадут, так что я одной рукой потянулась в карман за деньгами, а другой к вожделенному морскому обитателю. Только ощущение чьей-то тяжелой руки на плече оказалось слишком неожиданным, чтобы отреагировать спокойно. Я испуганно развернулась, и произошло нечто эпическое: рак в моей руке заехал прямо в голову стоявшему позади Ривалу. Парень успел схватить бедный морепродукт до того, как тот приземлится.
— Прости! — Улыбнулась я, и, желая разрядить обстановку, добавила. — Это, наверное, первый в мире случай, когда человек отхватил леща раком.
Ривал захохотал, а я смутилась. Фраза получилась двоякая, а ещё… Выглядел он изумительно. Черные строгие брюки и темно-серая рубашка выиграшно контрастировали с его светлыми волосами, а в зелёных глазах играли золотистые звёздочки. Я еле слышно выдохнула. Возьми себя в руки, право слово.
— Этот раунд ты выиграла, — признал друг, кивком подзывая взять его под руку. Я подчинилась, и мы вальяжно, точь-в-точь достопочтенная семейная пара, направились к сцене. — Я слышал, ты сегодня в школе здорово махнула, — осторожно произнес Ривал.
— Да не, — сбивчиво отвечала ему. Вот о таком ему точно не нужно знать. — Это что, киллограмовое мороженное в рожке? Посмотри!