Загадка на отгадку (СИ)

— Рани, а как же ты с нами пойдешь? Ты же без ног!? — шепотом и возмущенно проговорила я девушке на ухо.
— Не беспокойся, мама мне все рассказала. Главное, что бы девочки ушли и не увидели этого. — прошептала мне в ответ она похихикав, а я только лишь кивнула в ответ.
Стоило только уйти в подземелье ламиям, как нагиня слегка засветилась. А когда свечение прекратилось, то рядом со мной стояла уже Рани на ножках. Как она мне потом расскажет по-секрету, хвост она просто преобразовала в ножки. Ведь у нее был образец, намекая тем самым на меня.
Не теряя ни секунды после преобразования Рани мы шагнули в дерево, предварительно прикоснувшись к табличке с номером восемь.
После головокружительных звездочек перед глазами, я смогла сосредоточиться и увидела, что мы находимся в лагере и уже вечер. Люди и нелюди занимались своими делами: кто-то варил на костре поздний ужин, кто-то затачивал оружие, кто-то отрабатывал приемы рукопашного боя и так далее. Тут очнулся Лаула.
— Оляна, почему мы в лагере, а не в пустыне? Мы же должны были добраться там до наших инструкторов! — удивленно и возмущенно интересовался у меня парень.
— Лаула, понимаешь, мы не дошли до инструкторов. — начала я, лихорадочно соображая как в мое объяснение вплести Рани и не проговориться о прибываниив убежище ламий и нагинь.
— Как не добрались?! — заорал он на меня все окружающие кто был рядом с нами обернулись и начали смотреть за разгорающимся скандалом. — Как не добрались? — заметив интерес, Лаула громким шепотом продолжил мой распрос.
— Ну понимаешь, на нас напали ламии, но круг который вы начертили ребята не дал им пройти. А вот змеям и жукам тот круг не помеха. И всех нас практически отравили. — начала объяснять я, начав с правды и размазывая слезы, а вот Тинтир услышав это объяснение многозначительно хмыкнула. Она не могла ничего никому ни расказать и ни написать о том где они были и кого видели, так как была под магической клятвой, даже намеком не могла обмолвится об убежище и обитателях. — Моих знаний хватило только на то что бы вас погрузить в сон, что бы вы очнувшись не навредили себе больше и яд не распрастранился быстрее. Отогнав кое-как от нас питомцев ламий, я пыталась вас вылечить. Но мои попытки были провальными. С наступлением рассвета я исчерпалась. Провалялись мы в палатках еще день, а к вечеру набрела на нас эта девушка. — указала я на Рани, она, не ожидая такой развязки, даже дернулась от моего жеста. — Она немая. Но благодаря ей мы живы. Она нас вылечила. К счастью, я понимаю о чем она пытается говорить. — радостно проговорила я, а топерь надо сказать самое грустное и неприятное и опять правду. — Но мы пробыли там месяц и боюсь нас теперь выгнали из академии.
Мальчишки возмущенно заголдели, услышав такую новость. Даже Мерген стоял и смотрел рассеянно под ноги. А в это время к нам подошел наш инструктор.
— И как это понимать? — заявил он.
— В смысле? — не поняли мы, а ответил за нас Лаула.
— Что вы тут делаете? Почему меня не дождались!? — заорал на нас инструктор, а я не выдержала и решила высказать все что со мной произошло.
Я высказывала ему все что во мне накопилось, да в таких плохих выражениях, что окружающие присвистнули. Рассказала как чуть не умерла, как спасала ребят, как помогла Рани, как пёрла их обратно, как истощилась и чуть не умерла и многое и многое другое…Ругала инструктора за нерасторопность и его халатность, а у инструктора глаза все шире и шире. На мои визги-крики и мат пришли все обитатели лагеря, в том числе и глава лагеря.
— Мы там пробыли месяц! Слышишь ты, орк не доделанный! Я там чуть не сдохла перегорев. Возможно силу целительскую или боевую потеряла! — я уже выдыхалась, но помогала себе жестикуляцией и махала руками, как мельница на ветру. Врала, как дышала, но при этом и вплетала частички правды, подпитывая испытанными эмоциями ужаса и страха. Я это делала на случай владения даром эмпата у окружающих, поэтому говорила и верила в то что говорю. И не зря у Главы был тот самый дар. Я распалилась до такой степени, что впала в небольшой транс и могла видеть ауры, и эмпатический дар светился фиолетовым. Об этой милой подробности мне рассказала Рани, а ей королева.
 
Орк надурся, готовый взорваться возмущением в нашу сторону, но нас остудил и остановил окрик Главы лагеря.
— Нарту! Студентка! — громко крикнул мужчина, и более мягко продолжил… — Нарту, студентка права, с ними случилась беда, а ты не торопился. — и более грозным продолжил, — Ко мне в палатку расскажете что с вами там произошло. Нарту, ты то же.
Мы шли от полигона большой толпой: непонимающие мальчишки, злой инструктор Нарту, спокойный Глава, мы с Тинтир и остальной лагерь.
— Все кто не был сегодня в восьмом полигоне- идите по своим делам. — говорил спокойно, но громко Глава. — Нарту! — крикнул в спину орка, пытающегося слинять. С покаянной головой мужчина, как мальчишка, шел позади Главы.
Так Нарту и Глава зашли внутрь. Глава лагеря жестом заставил нас остаться у входа в полатку. Мы ничего не слышали о чем те говорили, но Мерген и Тинтир гаденько улыбались.
После попадания в Убежище нагинь и ламий принцесса орков изменилась. Я постоянно задаю себе вопрос: "Куда делась добрая и хорошая девушка по-имени Тинтир?" Пока я предавалась своим раздумьям Рани пару раз дернула меня за рукав курточки, привлекаямое внимание.
— А? — сказала я, выплывая из своих мыслей, и посмотрела на девчушку.
Та что-то пыталась сказать или спросить у меня на языке жестов, но она это делала очень быстро, что я не успевала понять ею сказанное.
— Стоп-стоп. — остановила я ее. — Я тебя не понимаю, пожалуйста, по-медленнее.
Нахмурив идеальные брови, Рани со сдерживаемым гневом медленно показала мне все что хотела сказать, ускоряясь к концу.
Из сказанного я поняла, что она случайно подслушала разговор этих мужчин, что в палатке. И они друг другу родня. Младшего родственника сейчас отчитывает старший. И на очереди наш отряд что бы более подробно рассказать о произошедшем и пройти какую-то проверку.
Лаула заметил наше махания руками.
— Чего ты с ней машешь руками? — спросил меня парень, легонько толкнув меня в бок ладонью.
— Она кое-что слышала. И нас сейчас будут спрашивать. Ты помнишь, что я высказывала нашему инструктору? — сделав большие глаза и положив голову на плечо, я поинтересовалась у Лаулы. Тот кивнул мне в ответ. — Так вот-это правда! И рассказывай ее, ты же наш лидер.
Договорив, в ту же секунду из палатки выскочил инструктор-Нарту и очень не добро посмотрел в мою сторону. И я поняла, если он останется нашим инструктором дальше, то мне не жить.
— Идите, вас ждут. — буркнул инструктор и ушел по своим делам..
Мы зашли в палатку к Главе Лагеря. В глаза бросилась аскетичность. Походный стол заваленный бумагами, за которым сидел мужчина. Рядом ширма дерево-бумага, а из-за нее выглядывает лежанка с ярко-красным одеялом. Табурет с маленьким тазиком и кувшин. Вот и вся обстановка! Ни ковров, ни каких- либо безделушек напоминающих о доме, любимой или просто дорогих сердцу. Не считая одеяла, разбавляющая обезличенность палатки, тут живет работяга, который приходит только спать. А то что он тут живет, это временная необходимость. В принцепе, я и была права, рассуждая об обстановке "дома" этого мужчины.
Пока я рассматривала место, в которое мы зашли, Лаула ссылаясь на меня рассказал что с нами происходило на полегоне.
— Хм. — хмыкнул Глава, чем привлек мое внимание. — А что расскажет о произошедшем твоя подчененная Оляна Спелая? — спросил он вроде бы и Лаулу, но смотря мне в глаза.
А я что, расказала ту же самую историю, веря в нее, как в то что я это я. Глава смотрел на меня и не понимал в чем подвох.
— Хорошо, пусть тогда девушка, пришедшая с вами, расскажет нам, что с ней произоло и каким образом она оказалась в петле? — уверено спросил он Рани.
Та не долго думая начала махать руками, как мельница, и мычать. Глава смотрел на это представление и скаждым ее движением морщился.