Загадка на отгадку (СИ)
Так я и оказалась на балконе, и после академическом саду- аллее. Не одна я решила прогуляться и отдохнуть от танцев и многие парочки прогуливались по тускло освещенным дорожкам. Я задумалась о завтрашнем путешествии. Честно говоря, даже гадала что нам будет сказано взять с собой. Думала о походах с палаткой, костре, песнях под гитару и кулеше с дымком, вспоминала о байдарках, о том как в Карелии сплавлялись, ели морошку, слушали радио, спасались от комаров и гнуса. Вспоминала о том, что ходила на курсы по танцу живота, училась играть на гитаре и пробовала себя в вокале. Так же перед глазами всплывали клипы любимых музыкальных групп, просмотренные не один раз на стареньком ноуте. Шла я уже по не освещенной тропинке, размазывая слезы, катящиеся градом по своему лицу. Я ни как не могла успокоить свою истерику, как вдруг я опять в кого-то врезалась. Хорошо что не вырубилась. И тут я услышала знакомый голос.
— Вы второй раз в меня врезаетесь за этот год, а я даже не знаю вашего имени? — проговорил Елен. Как он меня узнал мы же в сумраке, да и еще на мне крем Алим или он перестал действовать? Множество вопросов роилось в моей голове. Но.. — Представляю какое у тебя сейчас лицо. Ха-ха! — засмеялся парень. — Предупрежу твои вопросы: я не вижу в темноте, и да, я могу различать запахи, и да, это мой дар.
— Про дар я не спрашивала, но все равно спасибо. — ответила я, слегка шмыгнув носом.
— Тебя кто-то обидел? — спросил Елен.
— Нет, просто, навеяло грустью эта обстановка праздника. Вспомнились веселые моменты моего детства, о которых раньше и не вспоминала и даже не задумывалась о них. — честно ответила я.
— О как хорошо, а то я подумал, что мне придется тебя утешать, а после и во все заступаться. — шутканул он.
— За себя я и сама могу постоять, да и подраться тоже за себя могу. — улыбнулась я, хотя он вряд ли видел мою улыбку.
— Тогда, давай пройдемся по запущенному саду. — предложил он мне.
— А ваша пара, она не обидется, что вы от нее ушли? — на всякий случай спросила я его, а то вдруг он на пошлое и не хорошое ведет меня в этот сад.
— Я сегодня пришел без пары.
Мы гуляли по тихому парку и так же тихо разговаривали о всякой всячине. Но вдруг в середине парка, а точнее не далеко от нас, полыхнуло ярким светом, что только глупый или слепой не смог бы заметить этого. И тихо на сколько это было возможно с моей стороны мы двинулись к источнику света.
Раздвинув ветки так, что бы было возможным разглядеть что там твориться. Я увидела двоих. Мужчину и женщину, которые кидали какие-то вещи в середину поляны, от чего та взрывалась вспышками света. В этой парочке я узнала графиню Капукарскую и ее брата и похоже, что они выполняли какой-то ритуал. По стечению обстоятельств, они оба оказались около нас с Еленом и мы слышали о чем они разговаривали.
— Дорогой, ты думаешь, что в стенах академии не заметят этот ритуал? — спросила она.
— Эта поляна накрыта особым заклятием, дурочка. В свое время я нашел ее и все про нее разузнал. Тут рвньше проводились магические дуэли. И знаешь, никто ведь не мог помешать дуэлянтам сражаться. Они могли видеть и слышать что тут твориться, но не вмешаться. Поэтому, не образованная моя сестренка, тут будет все тихо и спокойно. — с удовлетворением в голосе проговорил мужчина.
— Не называй меня не образованной. Я образованна на столько на сколько хватило денег. Тебе то повезло больше, чем мне. — с обидой в голосе проговорила Изабелла.
— Ничего, скоро мы узнаем где прячется дракон и нам никто не сможет помешать. — проговорил Олбирт и погладил свою сестру по плечу. — Остался последний ингридиент, лапушка. Режь запястье! — приказал он своей сестре. Та повинуясь, встала в середину поляны и вскрыла вены на руках. Поляна засветилась, как солнце, и я почувствовала, как часть меня отлетает в сторону и зависает над поляной. Я вижу поляну всю в целом находясь в ее центре, и стоя сбоку с Еленом. Нет, я выпала в недо астрал! А потом появилась золотая воронка и меня начало в нее засасывать, не ту меня, которая с Еленом, а ту меня, которая над поляной. Я начала сопротивляться, пытаясь улететь от туда, уплыть, размахивая руками, как бы плавая. Но это не помогало.
— Нет. — сказала я и там и тут. — Нет. — еще раз повторила я и это помогало, моя астральная сущность с каждым "нет" отрывалась от воронки и возвращалась ко мне в тело. — Нет. — и оно рвануло в меня врезаясь в тело. Я начала падать.
— Не во время ты решила падать в обмороки. — сказал Елен, подхватывая мою ослабленную тушку, закидывая на плечо и на корточках что бы нас не увидели уполз подальше.
Сидя под деревом я пришла в себя. Рядом сидел Елен, точнее я видела его силуэт и слышала его тяжелое дызание.
— Я давно в отключке? — спросила я сиплым голосом, до жути хотелось попить.
— Нет, я тебя только что посадил сюда и ты через секунду очнулась. — ответили мне.
— А где мы? — сказала я силуэту.
— Мы не далеко от осещенных дорожек. Я не стал тебя туда относить, так как взял на себя смелось не компрометировать тебя и себя. — выдали мне долгую речь о приличиях.
— Хорошо. Можно, я задам тебе вопрос?
— Не гарантирую, что я отвечу. — сказал мне Елен.
— Что за ритуал они совершали? — задала вопрос я.
— Ха. Самому очень интересно. Но склоняюсь к тому, что это забыты или запрещенный ритуал. Или все сразу. Не знаю- сказал мне парень.
— Мне показалось, что я была и рядом с тобой и в центре поляны, а потом меня начало засасывать на эту поляну, а потом я закричала "нет" и я стала сама собой. Что это было? — спросила я у Елена.
— Я, конечно, много знаю, но не этого. — признался он.
— Жаль. — сказала и тихонько засмеялась.
— Ты завтра едешь в лагерь для боевиков? — переводя тему.
— Да, как и все. — сказал парень.
— Ты случаем не знаешь что там будет? — поинтересовалась я у него.
— Для тебя, скорее всего, это не будет прогулкой по саду. Тренеры каждый год придумывают что-то новое, что бы никто не мог подготовиться к ней.
— Слушай, я тут пришла в себя, можно и разбежаться. Меня и тебя, теперь, ищут. Давай ты идешь первым… — предложилпа я вариант парню. Он согласился и ушел первым, а мне пришла в голову одна мысль.
Достав из кармана медальон с портретом моей мамы, я решила стать как она. Надела его. И ничего не произошло, а потом вспомнила, что еще надо и клятву какую-то приносить, нокакую никто не сказал. Поэтому решила импровизировать и сказать клятву президента.
— Я, Оляна Спелая, принемаю обязательства графини Капукарской по-праву рождения главной ветви семьи. — так принятие прошло, а что там дальше говорит президент…О, точно обещание! — И обещаю быть… — тут я задумалась, что же я обещаю: соответствовать графскому титулу или продолжать дела Валенсии Мелех, или быть достойной титула…? Но потом… — И обещаю постараться оправдать надежды моих предков. В случае моей не удачи пусть правильно рассудят меня боги. — после таких слов медальон заветился и на его обратной стороне от изображения Валенсии Мелех появилось мое. — Вот это да! — выйдя, на свет проговорила я встматриваясь в свой портретик, где я почему-то с рыжими волосами, когда как мама с белыми…
Решив больше не оставаться в этом месте не секунды, рванула назад в залу к танцующим. На балкончике встретила Таурес мило беседующую с Алим и нашу принцесску болтающую с Еленом. При входде в залу столкнулась с Тинтир, которая был чем-то недовольна.
— Ты чего тут забыла? — сказали мы одновременно и засмеялись.
— Да я собственно шла в комнату, а ты? — с улыбкой проговорила я рассматривая наряд орчанки.
— А я отдохнуть с перестать злиться. — скзала она, сморщившись от сказанного.
Тинтир была одетав платье из странной ткани, на первый взгляд оно казалось шелковым, но коснувшись его понимаешь, что это не он. Шелк холодит, скользит и очень приятен к телу, но эта ткань была слишком скользкой, слишком гладкой, как подтаявшая сосулька, и как сосулька холоден. А со внутренней стононы, с изнаночной, ткань была теплой и по ощущениям напоминала "байку". Платье травяного цвета открывало плечи и было прямого фасона с узорами по подолу и по краю широких рукавов. Шею украшал массивный золотой медальон с голубым камнем на тонкой цепочке, и казалось, что сейчас она порвется. От такого сочетания шея подруги казалась хрупкой и ненадежной для такого странного украшения. А вот прическа вообще выбила меня из равновесия. Ободок надетый на голову девушки держался на макушке, а его концы уходили за спину и выглядели, как бивни мамонта. На эти бивни были наложены волосы и закреплены широкими скобами черного цвета. На макушке, в центре ободка, был желтый, с мой кулак, кабошен. От него шла фероньерка, заканчивающаяся на переносице каплей из камня, который был голубого цвета как и в ее медальоне. Две ало-оранжевые розаны на голове орчанки завершали ее яркий образ, они истончали аромат, который нравился собеседнику.