Неблагодарный…
— Но… не можем же мы вот так просто исчезнуть, — занервничала Луиза. — Наши клиенты просто с ума сойдут, и потом…
— Глупости! Чем мы можем помочь в создавшейся ситуации? — возразил Майк, в то время как такси уже мчало их в аэропорт. — И вообще, я не собираюсь тратить мои редкие дни отдыха на то, чтобы нянчиться с группой капризных избалованных людей, как бы я им ни сочувствовал. — Дэй был тверд в своем решении. Даже упоминание о скандале, который мог закатить Чарлз Коллинз, не смутило его.
— Чарлз вполне способен пару дней позаботиться о себе сам. И поскольку судьба распорядилась так, а не иначе, третий в нашей компании был бы лишним. Во всяком случае, я строю планы на двоих. — Дэй помолчал, внимательно вглядываясь в лицо своей спутницы, и спокойным голосом добавил: — Однако, если ты сомневаешься ехать ли, то просто скажи мне об этом.
Блеск серых глаз Майка, его мягкая вкрадчивая улыбка заставили Луизу и страдать, и дрожать от волнения. Что, интересно, означали эти его планы на двоих? Неужели то, о чем она даже не смеет думать? Если ее подозрения близки к действительности, необходимо быстро принять сейчас какое-то решение. Стоит ей сесть в самолет — и отступать будет поздно. Иначе, чем бы все ни кончилось, их отношения уже никогда не останутся прежними.
Собравшись с духом, Луиза решилась наконец прислушаться к голосу разума и сказать, что предпочитает остаться здесь на съемке… Но вдруг с изумлением услышала как бы со стороны свой голос. Вслух она сказала: да. В конце концов, небольшой отдых пойдет ей на пользу, так она утешала себя, раскаиваясь в собственной слабости.
Не в силах объяснить ни себе, ни кому-либо другому, почему она приняла такое безумное решение, Луиза провела остаток дня в полной прострации.
Их отель, окруженный пустынными песчаными пляжами и выходящий окнами на голубую лагуну, был столь живописен, что дух захватывало. Вот уж где действительно можно отдохнуть! Если бы… Если бы не тревожное присутствие стройного смуглого красавца, героя ее беспокойных снов.
Вечером они ужинали одни на террасе отеля, освещенной свечами, и Луиза буквально тонула в глубинах его светло-серых глаз. Позже она словно лунатик позволила подвести себя к двери его номера.
— Милая леди, если вы считаете, что это неудачная идея, еще не поздно передумать, — тихо сказал Майк, глядя на нее умоляющими глазами.
Милая леди тряхнула головой, словно отгоняя дремоту.
— Нет, я… мне кажется, я отдаю себе отчет в том, что делаю.
— Хорошо, что хоть кто-то из нас в здравом уме, потому что я совершенно потерял голову, — жарко прошептал он ей на ухо, после чего галантно препроводил ее в свои апартаменты и закрыл за собой дверь. — Бог свидетель, я пытался быть благоразумным, но, кажется, это уже выше моих сил.
— Майк… я не понимаю… — беспомощно прошептала Луиза, когда Дэй порывисто привлек ее к себе и сжал в объятиях.
— Не говори, что ты не замечала, что весь этот год я сходил по тебе с ума! — Мужской голос доходил до ее ушей как бы издалека. — Я сам не понимаю, как мне удалось так долго держаться на расстоянии.
Чувственный экстаз заглушил все другие чувства, поработив ум и тело Луизы. Ей ничего не оставалось, как принять властную настойчивость рук и губ Майка со всей силой неутоленной страсти.
В ту ночь она потеряла ощущение времени и пространства. Сознание сосредоточилось на единственном инстинктивном желании реагировать и отвечать на неторопливую нежную ласку длинных чувственных пальцев. Она безо всякого стыда открыла свое обнаженное тело взгляду и рукам желанного мужчины.
Под его опытными ласками Луиза словно обезумела. Ее ноздри жадно вдыхали терпкий запах мужского тела, она слизывала языком солоноватую испарину на его груди, стонала и извивалась в его объятиях. Майк положил ее на себя, тесно прижав ее бедра к своим, и она почувствовала его возбужденную плоть. Женская набухшая грудь прижалась к сильной мужской груди, покрытой темной растительностью. Соски затвердели, стали выпуклыми и горели как в огне.
Майк слегка приподнял голову и приник к ее груди, словно мучимый жаждой путник. Луиза чуть вскрикнула, почувствовав прикосновение горячего влажного языка. Ее бесконечно возбуждала сила его желания.
Майк не отпустил ее груди, даже когда перевернул женское тело на спину. Он не спеша опустился сверху, касаясь ее бедер своими. Его горячие ладони гладили и сжимали ее лоно и внутреннюю, наиболее чувствительную, поверхность ног.
— Хочу тебя! — жарко прошептал он сквозь стиснутые зубы.
И она хотела только одного — чтобы он вошел в нее как можно скорее.
Сердце женщины колотилось с такой неистовой силой, что она с трудом переводила дыхание. Ее тело томно выгнулось, отвечая на прикосновение члена Дэя. Жаркая волна пробежала от живота к ногам, когда Майк толчком вошел в нее. Бедра ее приподнялись ему навстречу. По мужскому телу пробежала судорога. Луиза еще сильнее выгнула спину и невольно издала низкий вопль. Он продолжал входить в нее все такими же сильными толчками. Она напряглась и содрогнулась всем телом. Майк с силой прижимался к ее нежным шелковистым бедрам. Луиза будто откуда-то издалека слышала свои гортанные чувственные вскрики.
Напряжение, охватившее их тела, спало как-то вдруг, после божественного взрыва наслаждения. Каждый мускул тела мгновенно расслабился.
Луиза лежала неподвижно, совершенно потрясенная. Она никогда ничего подобного не испытывала прежде, и не представляла, что ее ощущения могут быть настолько сильными. Неужели такое вообще возможно?
Вспоминая теперь эти два дня, пролетевшие так незаметно, когда они почти не покидали свое убежище, разве чтобы побродить, взявшись за руки, по теплой воде лагуны или белому песку прекрасного пляжа, Луиза спрашивала себя, а было ли все это в действительности или ей приснился прекрасный эротический сон?
Слепо влюбленная в Дэя, возможно, она попала в плен галлюцинации, порожденной ее разгоряченным воображением? Это было единственно разумное объяснение тому, что случилось меньше чем через сутки после ее возвращения домой.
Даже теперь, три недели спустя, она невольно ежилась при воспоминании об унижении, которое пережила, когда Майк Дэй так хладнокровно и безжалостно отверг ее. Неужели ей удастся когда-нибудь оправиться от такого удара?
Накинув банный халат и обмотав мокрые волосы полотенцем, она медленно вышла из ванной, решив заглушить печаль глотком охлажденного вина. Но по дороге на кухню услышала звонок в дверь. Выругавшись с досады на нежданное вторжение, затянула потуже пояс халата и пошла открывать.
— Ты?! Что… что ты здесь делаешь? — Луизе стало дурно, когда она, не снимая цепочки, заглянула в щель приоткрытой двери.
— Зашел к тебе, что же еще? — ответил Майк, недовольно поджав губы, поскольку побледневшая хозяйка, ничего не предпринимая, продолжала смотреть на него расширенными от шока глазами. — Ну же, Луиза, — он не скрывал своего нетерпения, — сними цепочку и впусти меня.
После некоторого колебания она беспомощно пожала плечами и, сняв цепочку, отступила в сторону, пропуская Майка в прихожую.
— И все-таки мне непонятно, что ты тут делаешь?
— Последние недели я был в Австралии. Приехал к тебе прямо из аэропорта, — сказал Дэй, усталым жестом поправляя волосы. — Как я и ожидал, когда мы были на островах, проблемы финансирования чуть не свели всю нашу работу на нет.
— Да? Что еще новенького? — рассеянно поинтересовалась Луиза.
Дэй пожал плечами.
— Я не зря потратил время. Контракт Коллинза в любом случае будет оплачен, и я решил открыть еще один офис. Что если в Австралии?
— Уверена, что это очень интересно, — бросила Луиза, нервно затягивая пояс халата и чувствуя нарастающую внутреннюю неприязнь к самонадеянному и элегантному мужчине, уверенно расположившемуся на ее диване.
— На тот случай, если ты забыл, напоминаю: ты уволил меня три недели назад. Поэтому твои нынешние планы меня абсолютно не касаются. Разве не так?