И-2 (СИ)

— Да нет — пробормотал я, внезапно замирая и уперев луч фонаря в стену принявшей нас ямины — Не боги. Тут постарались сучьи гоблины…
На стене имелась желтая стрелка, указывающая куда-то в облако пыли. А над стрелкой красовалась надпись: «Хуракан. Независимая сурверская община.
Держитесь правой стороны тоннеля».
Во внутреннем динамике зазвучал голос Каппы:
— Лид. Тут укрепленная стена… коридор… вижу указатели… надписи…
— Хуракан — пробормотал я, скользнув лучом фонаря по стене и направив его в затянутую пылью черноту — Че сука за слово такое?
— Имя божье — продолжая кашлять, прохрипел Гонсалес — Он сотворил мир… новый мир…
— Ссака! — рявкнул я в микрофон — Проверь Хорхе. Затем огляди внедорожник. Каппа — на тебе и мне раненые и дохлые. Стаскиваем всех к машине. Живее, гоблины!
Когда пыль осела в воду и унеслась в черноту, прояснилась не только видимость — стали ясны и наши потери. Мне невольно пришла в голову какая-то детская считалка, весело, безумно и пискляво звуча в моей голове.
Четыре гоблина погибли при падении. Кто-то умер быстро, получив камнем по черепу, кому-то пришлось помучиться с раздавленными внутренностями или истечь кровью из передавленных и перетертых камнями конечностей. Один едва разборчиво хрипел что-то умоляющее про аптечку, но посмотрев раз на его сплющенный лопнувший живот, забитый грязью, я отвернулся и забыл. Хрипение быстро затихло.
Один гоблин оказался зажат в обломках и захлебнулся прежде, чем мы его отыскали.
Еще двое исчезли — ясно, что их унесло ленивое течение, но не ясно как далеко и живы ли они.
Один получил тяжелые ранения головы и живота. Заодно он частично лишился носа, стесал с мясом бровь и порвал губы. Но вряд ли его сейчас беспокоит красота личика.
Остальные отделались легкими ранениями — не считая меня и Каппу. Наемница сломала мизинец на руке, когда я швырнул ее в машину. Хорхе расхерачил лицо о руль, плюс ушиб макушку и отбил левый бок. Проводник Гонсалес наглотался пыли и получил ушиб хлебала, когда в очередной раз с ужасом помянул гребаных боков и тут же поймал лицом мой стальной кулак — к облегчению и без того перепуганных гоблинов, что начали уже озираться, ожидая увидеть продолжение гнева божьего.
Пересчитав мертвых и живых, я оглядел прицеп. Хватило минуты, чтобы понять — прицепу хана. Ему не повезло упасть на торчащий со дна залитого водой коридора каменный пик, затем сверху прилетело еще полтонны камней, окончательно угробив технику.
Внедорожник… а хрен его знает. Стоит вроде ровно, пара стекол вылетела, одна дверь перестала закрываться, других внешних повреждений нет, да и высота падения не настолько велика, но все равно сомневаюсь, что машина сможет двигаться своим ходом.
Стонущий странный крик — наполненный не болью, а паническим страхом — заставил меня обернуться. Один из легкораненых, размахивая лапами, неуклюже бежал по воде. Два шага — и он исчез в глубине прохода, скрытый зыбкой темнотой и льющей с потолка водой.
— Отставить! — рявкнул я, заметив порыв одного из гоблинов ринуться следом.
— Мой амиго…
— Отставить! Ты усек?!
— Д-да!
Отвернувшись, я снова оглядел прицеп. Выругавшись, сорвал с крепления бухту троса, в пару секунд закрепил один конец на прицепе и двинулся вниз по течению, бросив Каппе:
— Разгребайте. Вытаскивайте бревна.
— Есть! Плот?
— Плот — кивнул я — Начинайте вязать и сколачивать. Раненых на крышу и капот, Хорхе позаботится.
Кивнув, Каппа схватил здоровенный камень и оштвырнул его. К нему подскочила наемница, следом подошли два самых догадливых гоблина, последним прихромал Гонсалес, продолжающий что-то беззвучно шептать. По его искаженному страхом лицу стекали крупные капли и не понял — то ли потел от ужаса, то ли все же потолочная капель презрительно поссала на голову труса.
Держась за трос, я легко преодолел пару десятков метров по коридору. Этого хватило, чтобы убедиться — там дальше глубина воды увеличивается. Внедорожник, даже будь он на ходу, не пройдет. Да будь воды меньше… все равно дохлый номер — машина исчерпала запас энергии. Поэтому мы и остановились так сука неудачно, решив поймать последние лучи тропического солнца. Поймали…
 
Вернувшись, я помог с разгрузкой, продолжая постоянно зыркать по сторонам, впитывая каждую крупицу информации.
Толстенные древесные корни, похожие на окаменевших змей, спускались с потолка и окунались в воду. По толстым корням змеились корешки потоньше, причем некоторые едва заметно шевелились и пульсировали. На растущих вниз каменных хреновинах довольно часто росли светящиеся крупные белые цветы, а рядышком угнездились плотные кожистые коробочки. Некоторые уже открылись и тонкой прерывистой струйкой роняли в далекую воду мелкие-мелкие семена. Ударив рукой в воду у левого колена, я ухватил скользкое бьющееся тело и вытащил довольно крупную светлую рыбину. Увидев длинные усы, опознал в рыбе какой-то вид сома. Рыбина увесистая, жирная. Швырнул ее на почти опустивший пробитый прицеп — хрен его знает как долго мы проторчим в этих сраных катакомбах. Жратва лишней не будет. Через секунду поймав плывущий по воде черный сук, показал его помогающим с плотом рубщикам, после чего швырнул в компанию к рыбине. Намек парни поняли правильно и вскоре каждая проплывающая мимо ветка отправлялась на просушку в прицеп.
Когда мы вытащили и согнали в кучу все бревна, заблокировав их ход камнями, я оставил Каппу вязать из троса узоры, а сам еще раз отлучился на разведку, на этот раз поднявшись выше по течению, где вскоре наткнулся на удивительную хрень — частично выпавшую, обросшую всякой хренью металлическую решетку. Как сука все знакомо…
За решеткой обнаружилось что-то вроде бетонной платформы, «украшенной» двумя странными комками из сплетенных ветвей и мусора. Разрезав внешнюю оболочку, обнаружил, что внутри останки двух надувных лодок с алюминиевыми днищами, а по бокам что-то вроде водометов. Порывшись, не нашел ничего интересного и вернулся к исследованию платформы. В выбитой в ноздреватой скальной стене нише мертвым куском дерьма валялся дохлый терминал, чьи очертания исказились, оплыли, поросли ржавчиной, а из дыр в корпусе торчали корни. Обнаружил я и пластиковый шланг с пучком старых проводов. Потянув за шланг, вытащил метров двадцать и вскоре добрался до оборванного конца. Содрав со стены над платформы полотнище корней, добрался до едва различимых надписей. Изучив их, решил возвращаться.
— Инфраструктура не поддерживается — пробормотал я, спрыгивая в воду.
Когда вернулся, раненые уже разместились на дальней стороне почти связанного плота. Туда же вяло двигающийся Хорхе потихоньку переносил все мелкие вещи из прицепа. Включившись в работу, я заставил всех поднажать и вскоре осталась только одна проблема — затащить на подрагивающий плот тяжелый внедорожник. С помощью силы двух боевых экзов и ненадолго включившегося двигателя машины это удалось сделать достаточно быстро. Закрепив машину, пересчитав выживших, я отвалил держащие нас на приколе камни и… плот нихрена никуда не поплыл. Слишком мелко здесь и мы скребли дно. Пришлось нам с Каппой снова напрячься и дотолкать плот до более глубоких мест. Оттуда плот медленно двинулся самостоятельно, а мы с мечником сходили к прицепу, забросили внутрь мертвые тела и, с легкостью подняв его, оттащили вверх по течению, бросив за платформой и спешно набросав сверху камней и грязи. Могила готова. Легко догнав плот, взгромоздились на него и занялись очисткой экзов — от грязи, а не от воды.
— Почему не вверх по течению, лид? — Ссака снова порадовала, задав самый важный на текущий момент вопрос — Мы уходим глубже.
 
— Мы уходим от гребаной дыры — поправил я, оборачиваясь и глядя на тускнеющий световой столб — Размеры нехилые, да?
— С дрона провал заметят точно — правильно поняла меня наемница.
— Ага — проворчал я — Заметят.
— А если она загонит беспилотники в коридор?
— Собьем — коротко ответил я — Система по любому опустит дроны на дно ямы. Оглядеться. Понять причину обвала и не грозит ли та же хрень остальным джунглям. Может пустит дроны вверх и вниз по течению — но не погонит их слишком далеко. Зачем?