И-2 (СИ)

Следующие наши свершения — развешивание и подключение экранов. Большие, маленькие, средние, тонкие, толстые, с картинкой зернистой и четкой… всего семнадцать штук. Из них два — самых лучших — повисли на нашей базе расположенной под деревьями. Протянутые повсюду провода, исходящие от терминала, добытого нами из технического колодца, перечеркнули вечернее небо черной паутиной, но она здесь надолго не задержится — система уже выдала пару заданий на копку глубоких канав, куда и уйдут вскоре все провода.
Датчики всех мастей были развешаны нами на деревьях, оставлены в разных точках стены — почти законченным кругом вокруг все той же быстро преображающейся жилой зоны ВестПик. Ни одного из этих датчиков мы не подключили — кончились запасы проводки, не считая нашего малого запаса припрятанного под тентом неподалеку от прицепа. Своей заначкой я делиться ни с кем не собирался. Задания на подключение датчиков нам не выдавались, и я невольно задумался — не гремлины ли ночные займутся позднее этой проблемой? Может провести пару предрассветных часов в засаде?
Эта мысль так и не оформилась в идею — во время разбрасывания чертовых датчиков, мы с Каппой сделали потрясающую находку. Осмотрев ее и поняв, что это настоящее сокровище для понимающих гоблинов — а я понимал — я тут же мобилизовал все наши силы и заставил бойцов перебазироваться. Пришлось сделать три ходки на ожившем внедорожнике. А затем, сгрузив все наши накопленные трофеи на наспех очищенном от растительности пятачке, Хорхе, Каппа, Камино и минос. Это из знакомцев. Еще четверых не знал, но три крепкие девки и один не менее крепкий парень устраивать церемонию представления не собирались — они пришли поработать, согласившись на сумму предложенную Хорхе. Покосившись на вялую белобрысую суку, что ничком лежала на одеяле, прикрыв его краем голую крепкую задницу, я прошел мимо. Пусть не трахнутая плуксом баба чуть оклемается и перестанет блевать. Но я не мог не обратить внимания на покрывающую ее тело биографию — шрамы, рубцы, следы ожогов, выцветшие татуировки, сетчатые отпечатки металлизированных узоров, что явно были извлечены перед погружением в хладный сон. Девка несла на мускулистом теле немало информации о своей прежней жизни. Что она помнит? Что забыла? Какого хрена оказалась в морозильнике взорванного лабораторного комплекса?
Одна из ее татуировок изображала ее саму. Она была одной из участниц веселого квартета. Перегнутую через стол бабу с задранной юбкой, явно против ее воли, если судить по искаженному лицу, имеет какой-то пузатый хрен, чье лицо тоже искажено — но не похотью, а ужасом. В его правой руке зажат револьвер со взведенным курком, упертый в затылок насилуемой. А за его спиной она — подмороженная девка, что схватила хрена за волосы, оттянула голову назад и ведет по его горлу здоровенным ножом, глубоко вспарывая глотку. Кровь бьет длинной бодрой струей, отмороженная девка радостно лыбится, продолжая свое дело.
Все изображено очень детально — включая элементы одежды и декора. Эта сцена из жизни, что запечатлена на ее коже. И мне бы посрать на эти художества, но… замерев на пару секунд, я вгляделся в татуировку пристальней.
Все происходит в очень маленькой и узкой комнате, помимо стола видна откидная кровать, что сейчас поднята. Смутно видны какие-то шмотки, развешенные у распахнутой двери. И под шмотками, впритык к стене, сжавшись в комок, сидит ребенок лет четырех или пяти. Из одежды на нем или на ней шорты и футболка. Волосы короткие, а лица… лица нет. Оно не изображено. Вместо детского лица лишь мутное округлое пятно. Но при этом в руках ребенка отчетливо виден игстрел, направленный в спину перерезающей горло насильника девки. Из игстрела уже вырвалось две иглы — четко прорисованные, они, нацеленные в спину, замерли в воздухе.
Трущобы. Жертва. Насильник. Убийца. Ребенок со стертым лицом и игстрелом в руках.
Охренеть…
Я невольно замер, пытаясь понять, что случится дальше. Участь насильника решена, его не спасти. Успеет ли он прострелить башку своей жертве? Это, пожалуй, главная загадка. Хотя непонятна вьющаяся под тату надпись: «Смерть четырех».
 
Вот и еще пара вопросов созрела. Глянув еще разок на ребенка со стертым лицом, я не стал обращать внимания на змеиное злобное шипение отмороженной девки, что снова блевала в траву, сверля при этом меня немигающим взглядом.
Сейчас меня больше интересовал будущий барак.
Это приземистое длинное бетонное здание чем-то походило на бараки Уголька. Те же формы, разве что размеры тут чуть больше. Предназначение здания — жилое. Судя по остаткам пластиковых панно и пояснений, здесь располагалась дорожная патрульно-ремонтная бригада ВестПик. Судя по уточнению Управляющей, когда я потребовал себе это здание, дорожная бригада убралась с территории гига-фабрики одной из первых и случилось это за пару месяцев до самоликвидации. Бригада была смешанной по половому признаку, но не по этническому. Себя они называли Табором ВестПик, были очень сплочены, чурались чужаков, любили петь и танцевать. С территории ВестПик они отправились туда же, куда и большинство гоблинов в те времена — во Франциск II, навеки исчезнув под горой Олимп.
Внутри одноэтажного здания один большой зал для общего досуга и по десять малых комнат с каждой стороны коридора. За бараком развалины того, что раньше было гаражом. Постройка выдержала испытание временем, но обросла слоем земли и растительности. Этим и были сейчас заняты пришедшие на зов Хорхе работяги — вооружившись тесаками, они беспощадно вырубали цепкие джунгли. Над становящейся все выше кучи из срубленных ветвей и лиан закурился серый дым. От находящейся в четырехстах метров жилой зоны подтягивалось еще не меньше десятка желающих подзаработать. Все выглядели усталыми, но при этом шага не замедляли — они уже ощутили вкус реальных денег и тех товаров, что на них можно купить. И теперь жаждали большего.
Управляющая же не останавливалась, старательно реализуя все те идеи, что получала от меня или бойцов. Остатки нашего провода мы потратили на протягивание линии к новой базе, что позволило подключить наши экраны и пару камер наблюдения. Так Управляющая «поселилась» рядом с нами и первым делом оповестила как вслух, так и визуально, о еще одном новшестве. Это транслировалось сейчас на все экраны ВестПик. И это было до зевоты скучно для меня, но, как выяснилось спустя пару минут, крайне завлекательно для остальных.
Управляющая торжественно пообещала с этого вечера начать регулярную трансляцию аж трех потенциально бесконечных сериалов. Романтика, секс, убийства и космос, романтика, секс, кровь, убийства и полицейская работа, романтика, секс, жестокие убийства и нашествие зомби. И это еще не все! Внимание! Если жители ВестПик покажут себя идеально в работе и социуме — появится еще один утренний комедийный бонус! Жизнь удалась!
Условия? Они просты. Сериалы показываются ежедневно до тех пор, пока ежедневные же показатели выполняемости всех основных заданий не падают ниже отметки в восемьдесят девять процентов. Если показатели ниже семидесяти — показывается только один сериал. Если еще ниже — вообще ни одного. Ведь это логично — жители не выполняют работы только в том случае, если устали или больны. В подобной трагичной ситуации уже не до сериалов, не так ли?
Если усердные гоблины напрягут булки в титаническом усилии выйдут на девяносто пяти процентную выполняемость работ — врубятся утренние сериалы.
Есть и еще кое-что! Проверьте внутренние интерфейсы! Появился новый раздел — Досуг. В этом шикарном новом разделе можно прямо сейчас отыскать бесплатную подборку как художественных, так и обучающих книг. Там же очень скоро появится подраздел «Видео», в коем алчущие развлечения жители смогут увидеть список из фильмов и сериалов. Бесплатно! Есть и музыка! А позднее можно заказать и игру из списка! Но раздел «Досуг» активен для всех без исключения только сегодня. А с завтрашнего дня он будет включаться ближе к вечеру и только для тех гоблинов, кто уже выполнил сегодня хотя бы одно дополнительное задание. Для прочих — раз в неделю. Кричите ура, дебилы — если выполните за день два дополнительных задания, то получите дополнительные бонусы, которые можно потратить на свое усмотрение в «Досуге».