Личная ведьма Палача
После недолгих блужданий я выяснила, что нахожусь в двухэтажном доме. Это плохо. Потому что, как правило, такие дома себе могли позволить лишь знатные семьи из тех, кто предпочитал жить в поместьях, а в город приезжать лишь по необходимости или на светские мероприятия.
Но второй этаж этого дома был однозначно нежилым. Это странно. Пыль, чехлы на мебели, мутные, давно не мытые окна – все кричало о том, что этажом не то что не пользовались, сюда даже не поднимались! Зачем кому-то нужен дом в два этажа, если он слишком велик для семьи?
Я нашла ванную и вот это очень хорошо! Правда, я чуть не запищала от ужаса, внимательно рассмотрев свое отражение в тщательно протертом зеркале, но это уже мелочи.
– Да уж, так отвратительно я давно не выглядела!
Развязав тесемки на сумке, запустила в нее руку. Глупо, конечно, но спросить у Мэл, как именно в ее “волшебном мешке” искать то, что необходимо, я не удосужилась, видимо, все же боялась я больше чем предполагала, поэтому сейчас мне приходилось недовольно ворчать, то и дело доставая ненужные мне вещи. Зато фляге с водой обрадовалась даже больше, чем попадись мне наконец-то несчастная расческа! Привлекать к себе внимание мне не хотелось, поэтому воду включить я не рискнула, а умыться хотелось до зуда на коже. Не привыкла я ходить с толстым слоем городской пыли на лице!
Минут двадцать, по крайней мере, именно так мне показалось, ушло на то, чтобы привести себя в более-менее приличный вид. Платье менять не стала, дабы не вызывать лишних подозрений, но почистить перышки смогла и в коридор выходила уже более уверенной в себе. Во-первых, девушка с чистым лицом и грустным взглядом в потрепанной одежде вызывает больше жалости и желания помочь, чем чумазое чучело; во-вторых, я проверила и перепроверила все свои амулеты и охранные браслеты и поняла, что все на месте. У кого бы я в гостях ни оказалась, этот человек определенно не был вором и, кажется, нам пора бы встретиться лицом к лицу.
По лестнице, к которой меня привели четкие отпечатки мужских сапог на грязном полу, я спускалась с особой осторожностью: как бы я ни была уверена в своей силе, но физически противостоять сильному мужчине у меня не получится, поэтому уповать приходилось только на свое благоразумие и на благородство неизвестного спасителя. В том, что спаситель был неизвестен, я даже не сомневалась, ведь тем, при ком я падала в обморок в переулке, незачем было помогать мне. Да и кто бы это сделал? Старик Джон? Его дружки, которые с особым азартом участвовали в травле, или, может быть, – вот уж смешно, право слово, – сам господин…
– Палач?
Стоило мне спуститься с лестницы и повернуть голову в сторону мягко освещенной комнаты, как я увидела картину, которую нескоро еще смогу забыть: в кресле, напротив камина, который был мне не виден, но легко угадывался по игре света в комнате, сидел сам Палач Его Величества. Сидел расслабленно, чуть прикрыв глаза и вытянув ноги. Одна ладонь мирно лежала на животе, обтянутом черной рубашкой, на черных, как сама ночь, волосах мягко мерцали отблески огня, а на лице мужчины легко читалась печать усталости. Светлая Богиня, да он, оказывается, тоже может выглядеть как обычный человек?!
– Очнулась?
***
Сглотнув вдруг ставшую вязкой слюну, неуверенно кивнула. Ну а что, может, я еще не совсем очнулась. У меня, может, бред, жар, лихорадка и я все еще валяюсь в переулке за “Тремя лосями”, а вот это все мне мерещится. Ну правда, разве может быть такое, чтобы меня спас не кто-нибудь, а сам Палач?!
– Долго там стоять будешь?
Мужчина чуть повернул голову и посмотрел на меня равнодушным взглядом. Я на секунду замерла на месте, переводя взгляд с Палача на довольно-таки широкий холл передо мной, из которого шли два ответвления, пара дверей, та самая комната, в которой сидел Палач, и шикарная массивная входная дверь. Что удивительно, в холле пыли не было, как и грязи.
– А… Я пойду? – неуверенно делая крохотный шажок в сторону входной двери.
– Иди, – одно слово, а впечатление, будто кто-то сбросил в комнату ледяную глыбу.
Сделав еще несколько шагов, я опять посмотрела на Палача, который уже отвернулся от меня и снова прикрыл глаза. Теперь мне стала больше видна обстановка в той комнате, где он находился. Гостиная, определенно. Но странно обставленная.
Камин, а напротив него пара кресел, на полу ковер: в света камина было не очень понятно, он кажется довольно потрепанным, но чистым. У стены рядом с обычным книжным шкафом притулился еще один с посудой и баром. Как они могли соседствовать, да еще в этой комнате – совершенно непонятно. Чуть дальше стоял письменный стол, а напротив него небольшой столик, у Мэл есть наподобие, она со смехом рассказывала, что на нем у богатых принято играть в карты. Вот только в этой гостиной на игральном столике горкой стояли тарелки. Создавалось впечатление, что одна комната соединила в себе функции и кабинета, и гостиной, и малой столовой, и еще боги ведают чего. И вроде бы ничего удивительного. Такую картину часто можно было увидеть в домах обычных работяг. Вот только у них это было обусловлено нехваткой комнат, а тут… В этом доме, судя по второму этажу и размерам холла, совершенно точно есть и кухня, и столовая, и кабинет, и, вероятнее всего, пара спален. Для слуг. Такой дом подразумевает наличие слуг!
Вспомнив запущенный второй этаж, поморщилась: очевидно, что слуг в этом доме не было.
– Ты еще не ушла? – равнодушный вопрос и едва заметное подрагивание ресниц.
Снова перевела взгляд на входную дверь, даже сделала еще пару шагов по направлению к ней, но замерла и опустила плечи. Глупость какая-то.
– А куда мне идти?
Нервничая, обхватила правой рукой левое запястье и провела большим пальцем по кромке рукава.
– А куда ты собиралась? – мне показалось или в голосе Палача проскользнула ирония?
– Домой?
– Ты у меня спрашиваешь? – в этот раз мужчина повернулся и, распахнув глаза, удостоил меня прямого взгляда. – Зря, я не знаю о твоих планах.
Кажется, я запуталась!
– Я действительно могу уйти домой? – поверить в такой исход событий у меня никак не получалось.
– Можешь, почему нет?
А действительно, почему? Ведь я точно помню, как в проулке Палач сказал, что я невиновна. Значит, причин задерживать меня у него и не было. А если таких причин не было, то…
– А что я тут делаю?
Наверное, с этого вопроса стоило начать, но перипетии сегодняшнего дня немного выбили меня из колеи. Ой, хотя зачем я вру самой себе? Никому в здравом уме не пришло бы в голову что-то спрашивать у Палача Его Величества! Никому, кроме самого короля! Поэтому, задав вопрос, я чуть вжала голову в плечи. Мало ли что!
– А ты бы предпочла, чтобы я бросил тебя в переулке без сознания на потеху первому попавшемуся забулдыге? – темная бровь вопросительно выгнулась, а у меня от шеи вдоль позвоночника пробежали колкие мурашки. – Могу вернуть тебя туда, где подобрал.
– Н-н-не надо! – я даже отшатнулась от такой перспективы. – Я сама как-нибудь.
– Сама так сама, – вздохнув, Палач отвернулся от меня, – если хочешь уйти, иди.
До того, как я успела порадоваться такому повороту, меня пронзила мысль: уйти-то я уйду, а что буду делать, если ко мне явятся те, кто с таким удовольствием гонял меня сегодня по улицам города? Ведь далеко не все преследователи остались до объявления моей невиновности. Да и старик Джон вряд ли оставит все вот так. В конце концов, он-то абсолютно точно знал, что был прав в своих обвинениях. И если я не травила детей и не варила яды, – хотя тут я бы могла и поспорить, но зачем, – это не значит, что я не давала собственноручно ему “чай”, после приема которого у него восстанавливалась мужская сила. И как бы я ни доказывала, что это просто правильно собранные травки, Джон в это не поверит. И, кстати, будет прав, потому что ни одна травка не могла бы помочь тому, у кого организм не просто болен, а гниет изнутри. Ни одна травка, если не вложить в нее толику силы. Посыл. Импульс. Поэтому он и взбесился так, когда я отказала. Потому как что уж проще было выяснить, что за травы я завариваю. Собираю-то все в нашем лесу! Он и выяснил, еще так гордо перечислял все ингредиенты, что я даже заподозрила, а не другая ведьма ли сдала мой рецепт, но после того, как он перечислил перечень трав и заявил, что эта мурня не работает – успокоилась. Нет, мои товарки обязательно бы прибавили или убавили количество ингредиентов. Так что Джон точно знал – какой-то силой я владею, и своего позора мне не простит.