Диверсантка (СИ)

Видимо, Гердц посчитал, что увидел достаточно, потому что разговаривать с нами он не стал. Пожал плечами глядя мне в глаза, мол, такова жизнь, подруга, и отключился. Вот и все. Системы корабля завыли, оповещая нас о готовящейся атаке. Видимо вражеским кораблям нужно было время, что бы активировать ракеты, а я наконец-то вспомнила, что я полковник.
— Стреляйте по их снарядам! — скомандовала я, отодвигая в сторону горящего адмирала. Судя по его виду, сейчас от него толку не было. Было ощущение, что он пытается справиться со своим огнем, но что удивительно, отодвигая его, я не обожглась. Магия. да? Плевать, не время. — Двигатели на полную мощность! Полный вперед! Прорываем оцепление!
Люди, привыкшие подчиняться, безошибочно определяют ту самую интонацию, которой им отдаются приказы. И нет ничего удивительного в том, что наши воины стали выполнять мой приказ раньше, чем подумали о том, а должны ли вообще они мне подчиняться. Пара людей лишь кинули взгляд на Сата, но убедившись, что тот и так занят неведомой хренью, решили послушаться меня. А у меня тем временем родился сумасшедший по своей наглости план.
— Ракеты! У них самонаводящиеся ракеты?! — возбужденно спросила я, впиваясь взглядом в мониторы и пытаясь понять хоть что-то из тех показателей, что они нам выдавали. в этом и состоит работа капитана, собрать всю информацию из систем корабля, проанализировать, принят решение и раздать приказы. Наш капитан был временно в неадеквате, но видимо его дела шли хорошо, потому что постепенно его пламя стало гаснуть. Но, черт возьми, слишком медленно! слишком! Как же мне не хватает знаний...
— Так точно. — отозвался один из мужчин.
— Ребят, я предлагаю нам рискнуть и попытаться выйти из этого сражения победителями. — нервно кусая губы, обратилась я к своим людям. Да, теперь они стали моими, потому что нас объединила общая цель — выжить любой ценой.
— Есть рискнуть! — хором рявкнули бойцы, так же заводясь, как и я. На смену страху и отчаянию пришел азарт.
— Мы меньше и маневреннее, чем они! — громко сказала я. — Когда начнут стрелять, мы должны оказаться у них за спиной! Все тридцать семь раз! Если успеем, это будет неслыханная победа! а с нашим особенным двигателем все должно получиться!
— Безумие! — восхищенно крикнул тот человек, который отвечает за наши щиты. Надо будет выучить их имена, если выживем. — А почему тридцать семь, когда кораблей тридцать восемь?
— Мне кажется, у них на борту должна быть нормальная еда. Последний корабль надо будет как-то обезвредить и взять на абордаж, но я не знаю как. — без стеснения призналась я, а мужики заметно оживились.
— Еда! Это же совсем другое дело! — с бешеным воодушевлением воскликнул мужчина, который отвечает за управление вооружением корабля. — Морак, сворачивай щиты, не трать энергию!
— Ополоумел?! — восхищенно заорал тот, кого назвали Мораком. Это он следил за состоянием силовых щитов. — Сворачиваю! Мы потом им так этой энергией засандалим, у них все системы погорят, вот увидишь, Таха! Экер, что с двигателями?! Почему так медленно разгоняемся?!
— Нельзя быстрее! — огрызнулся Экер, мужчина, который отвечает за работу двигателей. — Нас может разорвать от перегруза!
— Уж будь добр, рискни! Иначе нас разорвет ракетами! Кай, ты будешь сегодня стрелять или нет?! Помощница дело говорит, надо по ракетам их бить! — ну вот, теперь не отмыться от этого прозвища. Звучит, как старший помощник младшего дворника. Помощница заместителя главнокомандующего. Значит мужика, который отвечает за управление вооружением корабля, зовут Кай? Хотя какой он мужик, лет тридцать, не больше.
А дальше от меня уже ничего не зависело. Экипаж получил задачу и прекрасно знал, что им делать дальше. Я продолжала всматриваться в столбцы показателей на мониторах, начиная понемногу въезжать, что они означают. Какие-то названия были знакомыми, а какие-то не говорили мне ни о чем. Все-таки наши истребители совсем не тоже самое, что и звездолеты. Но от этого во всех смысла увлекательного занятия меня отвлек стон за спиной.
 
я резко обернулась на звук и увидела, что наш адмирал сидит на полу, схватившись за голову, а его огонь ведет себя совсем странно. Он то затухал полностью, то вспыхивал разными цветами. Разными цветами?
— Да что с тобой такое? — прошипела я себе под нос, опускаясь на пол рядом с ним.
Каким-то образом за своими страданиями он почувствовал мое приближение и резким движением вцепился мне в запястье рукой. Я инстинктивно попыталась вырваться, но он был существенно сильнее. Огонь стал вспыхивать гораздо чаще, сменяя цвета с бешеной скоростью, после чего перекинулся и на меня. Я тихо взвыла, не зная что делать и надо ли что-то делать. Огонь совсем не обжигал, но менее страшно от этого не становилось: мозг знал, что если тело горит, то будут ожоги, и никакие глаза его в обратном не убедят. Но время шло, адмирал подтаскивал меня к себе все ближе, огонь горел, а наши вовсю резвились меж вражеских эсминцев. Осталось их к слову уже меньше двух десятков. Красавцы наши, настоящие бойцы.
Как я ни брыкалась (а брыкалась я дай бог каждому, даже ногами упиралась), настал тот момент, когда заместитель главнокомандующего подтащил меня на расстояние достаточное, что бы его можно было назвать "вплотную". Обхватив меня обеими руками, он с силой прижал к себе, практически размазывая возмущенным слоем по своей груди и прижался щекой к моему стоящему дыбом затылку. Вырываться я не перестала совсем, но ему было глубоко фиолетово на мой протест. Вцепившись в меня, он часто дышал. Было похоже, будто он пытается успокоиться, а у меня начал дергаться глаз.
Самым странным мне казалось то, что вся команда видела, что с ним происходит, но кажется никто не придал этому значения. То есть это норма для адмирала что ли? Если выживем, запытаю Алтаэля до смерти, но узнаю все. Вообще все. Есть у меня подозрения, что малой очень много знает. И о кораблях и о нашем экипаже. А еще меня занимал вопрос, где шляется моя команда. Вместе же в столовой сидели, и куда потом они умчались? Алтаэля здесь кстати тоже не было. Может они с ним?
— Есть у кого-то свободная секундочка, что бы объяснить мне, какого лешего происходит с вашим начальником? — натужно пыхтя, обратилась я к мужикам.
А те в ответ только пофыркали. Нормально вообще? Или эти обнимашки нормальное явление? В голове живо нарисовалась картинка, как Сат обнимает Кая, и тот начинает мило краснеть. Фу-фу! Что за бред, полковник? Это все стресс. Однозначно.
— Задушишь. — прохрипела я, барахтаясь в стальном капкане. — Слышишь, босс? Дай подышать. Очень надо.
Но он не слышал, а мне тем временем действительно становилось нечем дышать. Э, нет! Умереть в объятиях врага — не моя мечта! Слышишь, вселенная? Я не хочу так умирать! Я вообще не хочу умирать! Перед глазами заплясали черные мушки, а тело неожиданно начало становиться ватным. Твою ж мать...
Помощь пришла откуда не ждали. Осторожно осматриваясь, у меня на голове закопошился тараканчик. Оценив обстановку, как критическую, он перебежал на плечо адмиралу и... О, боже, какой ужас. Пополз по его шее прямо в ухо. Толстое брюшко не позволило бы ему пролезть полностью, но вот подобраться так близко, как надо — запросто. После чего он... свистнул. Громко, красиво, и Сат очнулся. Да если б я заранее знала, я бы сразу ему свистеть в уши начала! В прямом смысле, а не то, что я делала до этого.
Стальные объятия дрогнули, ослабляя хватку, а я закашлялась, хватая ртом воздух и стараясь унять головокружение. К счастью, плохо сейчас было не только мне, и позеленев лицом, адмирал вскочил с пола и бросился прочь. Надеюсь, это не реакция на объятия со своей помощницей?
А то я и обидеться ведь могу.
— Готово! — заорал Кай. — Ну что? Идем мародерствовать, пираты?!
Какие еще пираты?
  
Глава 8
 
Пока я приходила в себя, экипаж повскакивал со своих мест и побежал на выход. На одном из мониторов мигала красная надпись "Стыковка произведена", а остальные мониторы отображали тонны космического мусора вокруг нас. Они на самом деле смогли уничтожить тридцать семь кораблей, и скажу честно, это впечатляет. Думаю, не будет преувеличением сказать, что в успех этой экспансии не верил никто. Даже наш таракан. Но где, черт возьми, шляются мои люди?