Постучи в мою дверь, любовь

А я?
Астра…
Бархатистая… хм, то есть мягкотелая. Многогранная, яркая. Но… никто в здравом уме, выбирая между шикарной розой, изящной лилией и чудно́й астрой, не выберет последнюю.
Слишком обычная для нашего палисадника – как любит говорить моя мама.
Кстати, отцы с Лилей у нас разные, и мы обе совсем ничего о них не знаем. Роза говорила, что и в том, и в другом случае это были выдающиеся танцоры-балетники, которые приезжали к нам в Северск с гастролями. Поэтому у меня в случае с Мишей свой интерес. Личный.
Хочу, чтобы счастлив был! Знал родного папу и виделся с ним. Разве это что-то особенное?
В электричке мне холодно, но я бодрюсь, кутаясь в шубку. Миша, слава богу, тепло одет. Он болтает без у́молку, задирается и заливисто хохочет. Немногочисленные пассажиры смотрят на него с улыбкой. В отличие от меня племянник абсолютно не нервничает.
Я же невольно вспоминаю историю его родителей.
По словам Лили, Кирилл Авдеев влюбился в нее сразу. Это была озарившая мужчину вспышка. Молния. Я не удивлена, потому что сестра была красавицей. Мы тогда вместе работали в ночном клубе танцовщицами. Сестра – официально, ведь ей было восемнадцать, а я, шестнадцатилетняя девчонка, выступала на свой страх и риск. Руководство сразу предупредило: будут держать меня до первого случая. И такой действительно произошел. Примерно после знакомства Авдеева с Лилей, кто-то позвонил в нашу ночную богадельню и устроил грандиозный скандал, что несовершеннолетние девушки работают гоу-гоу. Со сцены меня погнали, но все к лучшему.
Я вернулась в Северск, нашла маленький детский театр, где тружусь по сегодняшний день в роли ведущей актрисы, поступила на заочное в институт и просто живу дальше. Своей обычной жизнью ярко-рыжей Астры.
– Мы приехали? – спрашивает Миша, когда машинист объявляет конечную остановку – наш областной центр.
– Да! Пойдем, Медвежонок.
Спрыгнув с подножки, он несется за мной на автостоянку. Найти через знакомых адрес Кирилла Авдеева было гораздо проще, чем решиться назвать его улицу и дом, когда мы садимся уже в другое такси.
В груди безостановочно печет от беспокойства, а ноги становятся ватными.
Что Авдеев скажет мне? Как отреагирует на то, что от него скрывали сына?
Когда Лиля с Кириллом познакомились, он был беден как церковная мышь. В прямом смысле этого слова жил в каком-то заброшенном здании, которое они купили вместе с другом, чтобы сделать из него офисный центр. И у них получилось. Даже удалось построить еще несколько офисных центров, правда, Лиля, увы, этого не дождалась.
Она бросила Кирилла Мавроди, как его многие зовут в городе, гораздо раньше. Вышла замуж за Виталика, не сказав ему, что беременна от Авдеева.
Такси останавливается.
Время для меня замирает.
На негнущихся ногах по узкой расчищенной дорожке веду Мишу знакомиться с отцом. У самой внутри миллион вопросов к себе.
Ты точно уверена, Астра?..
Дом передо мной сказочно красивый: двухэтажный, украшенный свисающей с крыши гирляндой и композициями из ели. Хозяин этого великолепия богатый, он старше меня, у него связи, в конце концов. И он, естественно, разозлится. Я бы крушила все и всех, если бы однажды вечером ко мне в дверь постучали и привели шестилетнего сына.
– Кто здесь живет? – снова спрашивает Миша остановившись.
– Здесь живет твой папа…
– Папа? – блестящие глаза становятся огромными. – Настоящий?
– Самый-пресамый настоящий, Миш. Хочешь с ним познакомиться?
– Только если он хороший…
– Я слышала, что он замечательный! – улыбаюсь.
Дверь ярко-красная, с красивым рождественским венком посередине.
Постучавшись, переминаюсь с ноги на ногу. Когда вижу перед собой высокого мужчину, тараторю:
– С Новым годом! Меня зовут Астра. Можете уделить нам всего пару минут?
– Астра… – Кирилл Авдеев сурово повторяет и нетерпеливо поглядывает себе за спину.
Громкая музыка смущает.
У него вечеринка. Сегодня Рождество. Мы не к месту, все понимаю.
Я знаю, что похожа на старшую сестру, но для Мавроди наше сходство становится ошеломляющим открытием, которое он с холодным выражением лица изучает. Лиля был красавицей.
– С Новым годом, – вдруг дребезжит детский голосок, а в моей руке становится пусто.
Едва сдерживаю слезы умиления, когда малыш пыхтит, но стягивает краги и взволнованно раскрывает правую ладошку. Две шоколадные конфеты «Мишка на севере» за время нашего путешествия потеряли форму, а обертка стала бесцветной.
– Что это? – непонимающе спрашивает Кирилл.
– Это… тебе, папа!..
 
Глава 3. Астра
 
Сложив ладони на угловатых коленках, я пристально наблюдаю за серьезным мужчиной напротив, напряженно изучающим документы моего Мишки.
Просто не верится, что я такое вытворила!
Мама будет в шоке!.. Отречется от меня и сменит замки!
В просторном темном кабинете очень тихо. Даже слишком. Хочется чуть-чуть разбавить тишину, потому что мне чудится стук. Это, кажется, слышно, как от страха и важности момента сильно бьется мое сердце.
Бизнесмен Кирилл Авдеев, как и на фотографии, которую я видела на сайте его компании, симпатичный, рослый и размером со шкаф. Несмотря на незаурядный талант продавать все что угодно, из-за которого еще в школе Авдеева и прозвали Мавроди, выглядит он не очень общительным.
После того как Миша трогательно дал ему конфеты, Кирилл пригласил нас в дом, попросил помощницу занять ребенка в соседней от кабинета комнате и проводил меня сюда. По дороге нам попадались выпившие и прилично выпившие гости. Они немного странно смотрели на мой внешний вид.
Шуба, мокрая от снега, лежит на стуле, а я сижу в кресле. Сижу и украдкой, как воришка, изучаю густые черные волосы, небрежно зачесанные на пробор, высокий лоб, широкие брови на вытянутом лице с удивительными, по-человечески теплыми серыми глазами.
Улыбаюсь сама себе.
– Вам что-то показалось смешным? – хмурится Авдеев и с укором смотрит на меня.
И с интересом. Только не очень позитивным.
Особенно ему не нравится цвет моих волос. Задев их взглядом, Кирилл даже морщится. Я не хочу ссориться, и все мои помыслы по отношению к этому мужчине исключительно благородные, поэтому теперь открыто и щедро улыбаюсь уже ему.
– Просто у Миши ваши глаза, Кирилл… Это мне показалось очень милым и таким настоящим… Я порадовалась.
– А вы точно не аферистка?.. Уж больно хорошо стелите!
Я качаю головой и сникаю.
– Давайте не будем ходить вокруг да около, – прошу его, скромно теребя подол. Нервничаю ужасно. – Вы ведь почти семь лет назад встречались с моей сестрой Лилей. И очень ее любили, – чуть тише добавляю.
– Ого! Какая романтика! Это она вам сказала? – Авдеев усмехается и откидывается на спинку высокого кожаного кресла.
Серо-голубая рубашка, безумно совпадающая по цвету с его глазами, натягивается на плечах. Я почему-то этого смущаюсь, хотя вроде ничего такого.
Мысленно бью себя по щекам.
– Да, это сестра мне сказала, – честно признаюсь. – Вы любили Лилю, а Лиля… любила себя. Это тоже все в нашей семье знают. Изменив вам с Виталиком, она выскочила за него замуж. Когда одумалась, было поздно, вы ее не простили.
– Браво. Вы журналист?..
– Нет… Что вы? Я всего лишь танцовщица, актриса.
Кирилл усмехается. Получается как-то агрессивно.
– О, вы пошли по стопам своей сестры? Тоже танцуете в клубах? Гоу-гоу? Или что погорячее?.. С продолжением?
– Нет, что вы! – оскорбляюсь. – Я работаю в детском театре.
В серых глазах загорается неприятный цинизм. Знаю, что Лиля в свое время неплохо потопталась на чувствах Кирилла. Он тогда был совершенно не такой, как сейчас.
Сестра рассказывала, что на свиданиях Авдеев никогда не ел, потому что денег у него было ровно на то, чтобы накормить ее. Она этим активно пользовалась и часто заказывала больше, чем нужно. Кирилл в таких случаях краснел и нервничал.