Ira (СИ)

— Мэн!
Меч со свистом взметнулся верх, а после опустился, срубая голову невидимому противнику. Сузу невольно засмотрелась. Она и раньше наблюдала за тренировками подруги, но всякий раз не могла сдержать восхищения. Айрис словно была рождена для того, чтобы носить меч и традиционные одежды. А в моменты наибольшего сосредоточения она была настолько похожа на своего отца, что Сузу становилось жутковато.
— Сузу?
Кагами вздрогнула и неловко переступила с ноги на ногу. Айрис приблизилась, бесшумно скользя босыми стопами по татами.
— Прости, что отвлекла.
— Ничего, — Айрис улыбнулась. — Ты домой?
— Зайду еще в магазин, а ты, — Сузу вздохнула. — не пойдешь?
— Нет, еще позанимаюсь, — Айрис упрямо поджала губы. — Все равно там мне никто не поможет со спаррингом, а выслушивать нравоучения матери — нет уж, увольте.
— Но Мегуми-сан ведь замечательная.
— Пожалуй слишком, — буркнула Айрис. — Они женаты шестнадцать лет, а все еще ведут себя как молодожены. Знаешь, как мне стыдно за них?
— А, по-моему, это мило, — Сузу печально улыбнулась. — Здорово, что они сохраняют свою любовь как в молодости. И кроме того, они живы.
— Твой отец тоже жив.
— Да, но несчастен, — еле слышно произнесла Сузу.
В зале повисло тягостное молчание. Разумеется, она никому не рассказывала о своем секрете. Только Мегуми, но та, как выяснилось, была в курсе. За два года, пока Сузу жила в Токио, они обсудили это сотни раз. Гуми рассказывала ей о юности родителей, и о том, как сложно им было принять свои чувства. Но легче от этого не становилось. Она до сих пор не могла назвать Рин — матерью, даже про себя. Пожалуй, к такому нельзя привыкнуть.
— Я этого не понимаю, — Айрис сдула с лица влажную прядь волос. — Он же такой классный у тебя. Неужели не может женится еще раз? Даже хотя бы на вашей служанке.
— Сомневаюсь, что такое возможно, — Сузу натянуто улыбнулась, жалея, что вообще завела этот разговор. — Ладно, увидимся вечером. Не опаздывай только, а то родители расстроятся.
— Вот уж вряд ли! — Айрис махнула ей на прощание и вернулась к тренировке.
Желая хоть немного отвлечься от тяжелой темы, Сузу отправилась к магазину самым долгим маршрутом. По пути ей то и дело попадались компании служащих в строгих костюмах, семьи с детьми и парочки. Смотреть на последних было особенно тягостно.
Сегодня школьная сумка Сузу просто лопалась от сладостей и всяких безделушек, ведь на календаре 14 марта — Белый день. День, когда все знакомые мужского пола считали своим долгом отдарить её в ответ на Валентинов шоколад.
Правда в том, что она никому его не дарила, только самым близким: Камуи-сану, Рену и Тосиро. Но одноклассники все равно засыпали её подарками, видимо надеясь на взаимность. Но Сузу это лишь раздражало.
В свои 16 лет она, как это ни парадоксально, ни разу не влюблялась. Ни в одноклассников, ни в айдолов. Разве могла она смотреть на них сквозь розовые очки влюбленности, когда всю свою жизнь жила под одной крышей с одним из представителей этой индустрии? И судя по всему, шоу-бизнес — это далеко не так круто, как думали обыватели.
Но, помимо этого, была еще одна причина сторониться отношений.
— Я неправильная, — прошептала себе под нос Сузу и переступила порог маленького музыкального магазина. Приветливо звякнул колокольчик, и продавец за стойкой улыбнулся.
— А, Сузу-тян! Добро пожаловать!
— Добрый день, — Сузу учтиво наклонила голову. — Я немного побуду у вас?
— Конечно-конечно, твои диски как обычно — на дальнем стеллаже. Слушай, сколько хочешь.
— Спасибо, — Сузу протиснулась мимо узких стеллажей, чувствуя, как начинает свербеть в носу от пыли. Пальцы привычно скользнули по картотеке дисков и нашли один из любимых. Знакомо зашипел проигрыватель, амбушюры наушников плотно обхватили уши, а после из динамиков полился мелодичный перебор, а после — чуть хрипловатый, мягкий голос Кагамине Лена.
Включаем: Kagamine Len — Song for I
Сузу прикрыла глаза, растворяясь в знакомом и одновременно непривычном звучании. Она отчаянно боялась копаться в отношениях отца и его сестры, но пару раз в неделю стабильно приходила сюда, чтобы послушать старые записи его синглов. Наполненные невыразимой болью и печалью, но вместе с тем щемящей любовью. В такие моменты Сузу думала, что, если бы Рин была бы жива, их отношения были бы еще более тесными, чем у Мегуми и Камуи.
 
Трек доиграл до конца и прервался, и Сузу только сейчас поняла, что по щекам текут слезы.
***
— Канпай! — звучный голос Камуи разнесся над садом и его дружно подхватил нестройный хор мужских и женских голосов. Желая избежать официоза и провести время в кругу друзей, Мегуми позвала лишь приближенных членов клана. Ёсида Саноске — вакигасира, Юма-сан — личный телохранитель, а также молодые супруги Рюдзи и Торако, которая к тому же была в положении.
Бывшие коллеги из Криптона оказались слишком заняты, но спустя полчаса после начала застолья, в саду показалась чета Сион, вместе с сыном — Тосиро.
— Сузу-тян! — он слегка покраснел, протягивая её коробочку, перетянутую желтой лентой. — Вот, это тебе. Спасибо за шоколад на День святого Валентина.
— Спасибо, Сиро-кун, — Сузу улыбнулась, принимая подарок.
— Я тоже, — Рен небрежно вручил ей кулек, наполненный конфетами. — Апельсиновые леденцы.
— Мои любимые? Спасибо, Рен-кун!
— А где мой подарок, Реееен-тяяяян? — за спиной брата появилась Айрис.
— Держи-держи, — он отскочил на пару метров, а после кинул сестре какую-то фенечку.
— Что за хлам? — Айрис нахмурилась, рассматривая мешочек, расшитый стеклярусом.
— Оберег из храма Восьми святилищ, — буркнул Рен. — На удачу в поединках.
— Стоп…из храма в Киото, где по легенде сражался сам Миямото Мусами?
— Ну да, — деланно равнодушно бросил Рен, спрятав руки в карманах джинсов.
— Рен, — голос Айрис дрогнул. — Иди-ка сюда, засранец ты этакий!
— Отвали от меня! — заорал он и кинулся наутек.
Сузу и Тосиро дружно захохотали, наблюдая как сестра пытается угнаться за братом, и несомненно, удавить его в объятиях.
Взрослые тоже смеялись, пили и обсуждали какие-то свои дела. Камуи-сан сидел во главе одеяла, заменявшего им стол, Мегуми рядом и вновь держала его за руку. Чуть поодаль — мама Сиро, вместе со своим мужем Кайто — заведующим финансовой частью организации.
— Сузу-тян, тебе что-нибудь принести? — Тосиро вновь покраснел.
— Да, сок, если можно, — Сузу улыбнулась, но как только он отошел в сторону, тяжело вздохнула. Не нужно быть гением, чтобы понять, что Тосиро неровно к ней дышит. Но она видела в нем только друга. К тому, же…
«Он младше меня», — с легкой досадой подумалось ей, и тут рядом плюхнулся красный как вареный рак Рен. Его щеки горели словно два угля, но не от смущения. У Айрис была странная привычка тискать людей за лицо, когда она хотела их поблагодарить. И ясно, что младшему всегда доставалось.
— Чудовище, — проворчал он, потирая щеку. Сузу лишь рассмеялась и протянула ему кулек с конфетами.
— Хочешь?
***
— Камуи, ты слишком расслаблен, — глава Белых Тигров Рюдзи, смотрел на него словно удав на кролика. — Группировки с Кюсю уже подмяли под себя все южные префектуры и скоро придут в Канто. Их нужно встретить во все оружии.
— Я не буду заключать союз с северными группировками, — веско ответил Гакупо. — В прошлом мы с ними сотрудничали, и потеряли очень много ресурсов, покрывая их темные делишки.
— Но южане еще хуже.
— Рюдзи! — Торако капризно вцепилась в рукав его костюма. — Ты можешь хотя бы сегодня не говорить о работе? Это вредно для малыша!
 
— Малыш — будущий наследник всего синдиката Байху, поэтому…
Камуи устало вздохнул и крепче прижал к себе Мегуми, которая кажется задремала. Может стоит отвести её в комнату и остаться с ней наедине?
— Гакупо, — вдруг произнесла она, приоткрыв зеленые глаза. — Помнишь, что я говорила тебе утром?