Босс по принуждению

– Хорошо.
Я опустила взгляд и подвинула папку на столе. Адам Валерьевич ушёл в свой кабинет, и только тогда я смогла выдохнуть.
Это было ужасно, ужасно волнительно. Почему я его боюсь? Он вроде бы не сделал ничего плохого.
Я приготовила и принесла боссу кофе, как он и просил. Он кивнул и ничего не сказал. До конца дня я продолжала сканировать бумаги. Адам Валерьевич вышел из кабинета только в пять часов вечера.
– Полина, я хотел бы с вами поговорить.
Я нервно сглотнула.
– Я вас слушаю.
– Не здесь. Вечером после работы.
– Как скажете, Адам Валерьевич.
– Выдвигаемся через час.
Я кивнула. Босс ушёл дальше по коридору, а я посмотрела на свои взмокшие ладони. Мне хотелось убежать и спрятаться, настолько неуверенно я себя чувствовала. Что он от меня хочет? И куда там мы выдвигаемся через час?! Почему я его об этом не спросила? Теперь думать и мучиться.
 
Глава 2
 
Ожидание угнетало. Я то и дело смотрела на часы. Мне одновременно было и страшно, и любопытно, что же меня ждёт. Адам Валерьевич подошёл к моему столу ровно через час. Ни минутой раньше или позже. Поразительная пунктуальность. Или совпадение? К этому времени я уже была готова идти. Доделала работу, которую планировала закончить сегодня, собрала вещи в сумочку и поправила причёску, насколько это было возможно, чтобы волосы не торчали такими жуткими петухами, как утром.
Мы вместе с боссом прошли к лифту. Коллеги прощались с Адамом Валерьевичем, а на меня поглядывали косо, некоторые женщины даже с пренебрежительной насмешкой. Это нравилось мне всё меньше.
На парковке офиса красовался чёрный Лексус. Босс пригласил меня устроиться на переднем сидении, а сам сел за руль.
Спустя пять минут дороги в молчании, я спросила:
– Так о чём вы хотели поговорить?
Адам Валерьевич с раздражённым выражением лица посигналил другой машине в пробке.
– Чего ты стоишь?! – заорал он автомобилисту.
Я сильнее сжала ручку сумочки.
– Пробки, как всегда, – прокомментировала я.
Босс перевёл на меня хмурый взгляд. И я тут же подумала: зачем я это сказала? Не знаешь, что говорить, помолчи.
– Извините, – снова вырвалось у меня. Я почему-то подумала, что босс и так не в настроении после долгого рабочего дня, а тут ещё эта пробка и мои нелепые комментарии. Мне казалось, я мешаю ему. Будто я здесь лишняя. Зачем он куда-то меня везёт?
Я ничего не понимала, то и дело поправляла на себе одежду и пыталась удобнее усесться в кресле. Хотя оно было и так невероятно удобным. Адам Валерьевич беседой не развлекал. Ещё пятнадцать минут мы тащились по пробке. Вид у босса всё это время был хмурый.
Мы проехали ещё пару зданий и остановились у ресторана французской кухни. Не знаю, как у них с едой, но французское вино выше всяких похвал. Неужели мы ехали в ресторан? А я в таком виде. Да и зачем вообще всё это?
– Полина, идёмте, – босс подал мне руку и помог выбраться из машины.
Мы вошли в роскошное помещение ресторана. Официант проводил нас к столику на двоих. Нам дали меню.
– Считайте это встречей-знакомством. Ничего личного. Нам предстоит работать бок о бок, и мне хотелось пообщаться с вами в неформальной обстановке.
– Хорошо.
Я кивнула и пробежалась глазами по меню. Цены за блюда были, как одна четвёртая от моей новой зарплаты. А в алкогольной карте было невероятно вкусное Сhateau duhart-milon. Мне довелось попробовать его лишь один раз в жизни. В ресторане родителей моего однокурсника, когда мы отмечали там выпускной небольшой компанией, и они угостили нас в честь такого события.
– Заказывайте что хотите, я заплачу, – предложил Адам Валерьевич.
Я выбрала рататуй и виноградный сок. Вино за такие деньги я заказывать, конечно же, не стала.
– Как насчёт вина? – предложил босс.
Я помотала головой. И он сделал заказ сам, ткнув официанту в меню.
Пока мы ждали еду, Адам Валерьевич спросил:
– Полина, расскажите о себе. Чем вы увлекаетесь и почему выбрали эту работу?
Я подумала, что немного поделиться с боссом можно. Рассказала ему, что живу вдвоём с тётей, что училась на экономиста и раньше работала помощником бухгалтера. Я не стала упоминать, что в работе в его компании меня привлекла зарплата и сказала, что мне понравились обязанности и возможности роста. Босса, по всей видимости, такой ответ устроил.
  
Через пятнадцать минут разговора нам принесли еду и вино. Адам Валерьевич поднял свой бокал, призывая меня выпить вместе с ним. Я подняла свой. Понюхала вино. Адам Валерьевич одобрительно кивнул и сделал глоток. Я повторила за ним. Это было красное сухое вино.
– Виноград Каберне-Совиньон, – заключила я распробовав.
Босс удивлённо взглянул на меня и кивнул.
– Вино Chateau Pichon Longueville Baron. – Никогда его не пробовала, очень вкусное. – Одно из моих любимых. Разбираетесь в вине? – Да. В студенчестве всерьёз заинтересовалась после экскурсии на винодельню на море. Даже на курсы сомелье ходила, но не сказать, что я хорошо в этом понимаю. – Как интересно.
Босс задумчиво посмотрел в сторону и спустя минуту бездействия, принялся за своё блюдо.
Мы ели молча. Официант то и дело подливал нам вино из бутылки, когда наши стаканы становились пустыми. Я почувствовала, как к щекам подкатил жар. В очередной раз отпила из бокала…
– Вы давно видели Элину? – неожиданно заговорил босс.
Я резко вздохнула, вино попало не в то горло. Я закашляла. Схватила салфетку. Мне стало так жарко, так плохо и нечем дышать. Наш официант перепугался не на шутку. Начал крутиться вокруг меня. Откуда-то, будто из воздуха, в его руках уже появился стакан воды, который он подал мне.
Я прокашлялась и сделала несколько жадных глотков. Из глаз текли слёзы. Наверное, я сейчас красная, как свёкла. Я посмотрела на Адама Валерьевича. На его лице не отражалась ни одна эмоция. Он ждал, пока я отвечу, будто предполагал такую реакцию.
Господи! Элина? Серьёзно?! Он спрашивает о моей сестре близняшке? Вот чего он так на меня пялился сегодня утром. Он знает мою сестру! Только я не общаюсь с ней уже два года. С тех пор как она сбежала из города, оборвав все контакты. Мы и до этого не были слишком дружны и почти не виделись, но сейчас она окончательно пропала с радаров.
Да уж… Элина. Я о ней почти не вспоминаю. Вопреки устоявшемуся стереотипу, что все близнецы очень дружные и не могут друг без друга – это не так. Моя сестра всегда хотела быть особенной, уникальной. Её раздражало, что рядом с ней существует человек, похожий на неё как две капли воды.
Элина старалась быть другой. Гуляла в отдельной компании в школьные годы. Не пошла со мной на экономиста, а поступила в другой вуз на рекламу. Обо мне сестра старалась не упоминать, если была возможность. Ещё она всю жизнь красилась в брюнетку, носила короткую стрижку и иначе одевалась (слишком откровенно для меня). Многие и не догадывались, что мы близнецы, настолько она себя изменила. Но люди, которые знали нас близко, конечно же, видели, что без прочей мишуры, мы с Элиной похожи как две капли воды. И если Адам Валерьевич узнал меня и не перепутал с сестрой (то есть он сразу понял, что я Полина, а не Элина), значит, во-первых, они с Элиной были близки, и во-вторых, она рассказала ему, что у неё есть близняшка. А это значит только одно, что они были очень близки. Очень. – Мы не виделись два года. Она переехала, – ответила я, придя в себя.
Адам Валерьевич ещё больше нахмурился. Он крепко сжал вилку. Мне показалось, что сейчас он согнёт её пополам. На его лице заиграли желваки.
– Она оставила какие-нибудь контакты, когда уезжала?
– Да. Она дала свой телефон. На всякий случай. Если что-то случится с нашей тётей, чтобы я могла ей позвонить. В остальных случаях она просила её не беспокоить и тем более никому не давать её номер.
Хоть мы и не были дружны с Элиной, но я задумалась, может, вообще не нужно было говорить, что у меня есть с ней связь? Чего босс так злится? Но следующие слова Адама Валерьевича меня поразили.