Белые крылья зиккурата (СИ)

Тайрэ и Лира расположились на подушках по обе стороны невысокого столика.
— Я могу поздравить вас со вступлением в должность, Лира?
Намэ осторожно кивнула.
— Времена наступают сложные. Совет решил, что время пришло.
— Это верно. Вы знаете, какие надежды возлагали на вас многие.
— Я собираюсь их оправдать, намэ.
— Не сомневаюсь.
Обязательная часть была закончена. Тайрэ разлил по хрустальным бокалам вино. Лира лишь слегка пригубила и поставила его назад.
— Я должна поведать вам тревожную историю. И надеюсь, вы поймёте меня правильно.
Тайрэ серьёзно кивнул, и Лира начала рассказ. Собеседник слушал её, не перебивая, пока речь не дошла до последнего эпизода — об исследованиях Дала.
— Вы уверены, что его исследования обоснованы? — спросил Левен.
Лира кивнула.
— Более чем. Они и меня заинтересовали. Ночью я перепроверила расчет траекторий, но пока ничего не могу сказать. Это работа не для одного энтузиаста, вы должны понимать.
— Я понимаю, — Тайрэ потёр виски. — Но ему обязательно лететь в Амариль? Он может начать работать прямо здесь.
Лира натянуто улыбнулась.
— Вам настолько хочется принять участие в работе?
— Вы же понимаете, отправиться в Амариль для меня невозможно. Я привязан к этому храму, и вы знаете — почему.
Лира кивнула. Я видел только часть её лица, но мне показалось, на нём проскользнула грусть.
— Вы знаете, Тайрэ, если бы это зависело от меня… Профессионализм я ставлю выше старых счётов.
Тайрэ махнул рукой и отвернулся.
— Поздно, Лира. Я принял решение сам. Меня ничто не удручает в моей жизни. Но эти исследования… Важнее них может быть сейчас только два направления.
— Поделитесь, — Лира пригнулась, будто желая расслышать получше.
— Магия. Это, конечно, первое. Я не верю в магию, — уточнил он, увидев усмешку на лице собеседницы, — но очевидно, что мы имеем дело с некими необъяснимыми возможностями, которые могут быть опасны. Нам они тоже нужны.
Лира кивнула.
— Дал говорил и про это. Пока мы вовсе не знаем, с чего начать. Конечно, есть вероятность, я недостаточно погружена в тему.
— Многие не знают. Но у меня есть мысли по этому поводу. Если у вас будет время, я могу ими поделиться. Но, конечно… Это тоже требует вложений из столицы. Как я уже сказал, один караван в месяц… Это невозможные условия для серьезной работы. Мы здесь просто любуемся природой и пьём крепкие напитки.
— Это интересно. Но вы сказали, что направлений два, а назвали одно.
— Второе… катар-талах.
Лира вздрогнула. Надо сказать, моя реакция была похожей. Мне захотелось произвести очищающий знак древних. Впрочем, он и в древние-то времена от катар-талах не спасал.
Лира покачала головой.
— Что угодно… Но катар-талах… Это безумие. Это удар по нашей с вами власти.
— Нет. В те времена мы были слабее. Но стоило появиться первым таарам, как катар-талах подчинились талах-ар. Поверьте, Лира, если вы задержитесь здесь на пару дней… То ещё до отлёта поймёте, что катар-талах необходимы.
— Поэтому вы самовольно приручили аран-тал?
От такой формулировки я вздрогнул.
— Останьтесь до завтра, Лира. Потом поговорим.
Лира долго смотрела на Левена.
— Хорошо, — сказала она. — Нам не повредит ночь на земле.
  
9. Аран-Тал
 
Нам приготовили апартаменты немногим хуже, чем у намэ. Правда, с единственной двуспальной кроватью, но в свете угроз Тайрэ это показалось мне разумным.
Проклятье, пару недель назад я ложился в постель в одиннадцать вечера и засыпал как убитый. А с момента встречи с Лирой каждая ночь стала бессонным марафоном. Такой и должна быть моя служба? И так будет продолжаться всегда? Или же со временем беспокойство утихнет? Может, я научусь спать с открытыми глазами или просыпаться от лёгкого шороха за дверью?
Я сложил ладони чашей и, прижав их к лицу, принялся растирать щёки и глаза. На мои запястья легли тонкие руки, и я с трудом удержал дрожь.
— Вы устали? — спросил мягкий голос.
Проклятье, да…
— Нет. Если вы хотите спать, то ложитесь, я посторожу.
 
Лира рассмеялась.
— Дайнэ, мы в сердце храма талах-ар. Здесь даже безопаснее, чем в нашей крепости.
Я мгновенно представил себе все опасности, которые подстерегали её как тут, так и в крепости, начиная с того, что она могла выпасть с балкона в приступе лунатизма, и заканчивая землетрясением, которое я не смогу остановить.
— Не спорьте, намэ. Лучше скажите… Что вы имели в виду, когда говорили об аран-тал Левена?
Лира поджала губы и прошлась по комнате. Полы мантии летели следом, гипнотизируя меня.
— Тайрэ никогда не мог стать талах-ар-намэ. Он стар и мудр, и он прекрасный учёный… Но традиция предписывает, что первый намэ должен готовиться с рождения. А его с рождения не готовили.
— Полагаю, с этой проблемой сталкиваются многие талах.
— Не совсем, — Лира усмехнулась, и на секунду черты её лица заострились, стали совсем незнакомыми. — Мало кто от этого страдает. Если же так случается… Неважно. Это всё предыстория. Как вы поняли, Тайрэ здесь вроде как в ссылке. И хотя он весьма уважаем в Амарили, подготовленные аран-тал могут быть только у верховных намэ. Иногда — в особых случаях — намэ или очень уважаемому талах выделяют человека… Обычно добровольца… Который принимает бремя аран-тал и защищает его жизнь, но хотя Тайрэ, безусловно, очень ценен, из-за его прошлого никто не позволил бы ему иметь аран-тал, — она подняла глаза на меня, — Дайнэ, вы хотя бы представляете своё значение в мире без оружия?
Я вздёрнул брови.
— Служить и защищать.
Намэ рассмеялась.
— Не будьте наивны. Вы легко обезоружили троих воинов даэвов, а ведь они-то знают, с какой стороны взяться за меч. Одного аран-тал достаточно, чтобы подчинить своей воле, скажем, пятьдесят Крылатых. Я даже не говорю о психологическом эффекте. Если, предположим, вы сорвётесь, отправитесь на площадь и будете просто убивать всех, кто выйдет вам навстречу…
— Я не могу этого сделать, — к собственному удивлению, я пришёл в ярость и почти рычал. — Не могу физически. Как и никто из нас.
— Вы — может быть. Но всё бывает по-разному. От аран-тал до катар-талах — один шаг. А память веков ещё жива в нас. Поэтому… — Лира приблизилась и коснулась рукой серебряного обруча у меня на лбу. Затем быстро опустила глаза. — Поэтому они нужны. И всё же это не абсолютная гарантия.
— Если вы считаете, что аран-тал может сорваться, то почему не предположить, что сорвётся намэ? — спросил я мстительно, но мои слова не попали в цель.
— Всё верно, может. Наши искушения иные. Ваш враг — чувства, наш враг — разум. Желая блага своему народу, намэ может стать тираном. Поэтому всё делается так скурпулёзно. Психологический отбор. Генетическая коррекция. Тщательное обучение. Итак, у Тайрэ нет ничего из этого. Но у него есть живое оружие, которое ему не могли дать в Амарили.
— Я не разглядел… Есть ли у его аран-тал таар? Быть может, он добровольно защищает его из уважения… Из любви.
Лира насмешливо посмотрела на меня.
— Я заметила. Таар есть.
По спине пробежал холодок.
— Всё бывает по-разному, Дайнэ. Не берите в голову. Вы пойдёте спать?
Я посмотрел на широкую кровать. Соблазн был велик. Тем более… Тем более там же будет спать намэ… Я тут же одёрнул себя и замотал головой.
— Ложитесь, намэ. Я посижу с вами, — и в ответ на укоризненный взгляд добавил: — Я не могу иначе. И не думайте, что мне это нравится.
* * *
Мерное дыхание Лиры успокаивало лучше, чем тиканье механических часов. Я рассматривал её лицо — дрожащие ресницы, изящные брови… Не ребёнок… Нечто более сложное и необычное. Она мне нравилась. Это признание давалось с трудом. Я сам хотел её защищать. И в этом смысле жизнь моя начинала обретать целостность.
Я встал и подошёл к постели вплотную. Провёл кончиками пальцев по золотистым прядям намэ. Как шёлк. Безупречные. Лира смешно дёрнула носом, но не проснулась.