Похищенные

Как только с гипнопедией было покончено, Гриммель извлёк спящего Дениса из робохирурга и одел его в ту же самую одежду, которая была на нём в день похищения, — тёмно-синие трусы, тельняшку с голубыми полосками, спортивные шерстяные брюки, серые носки домашней вязки, байковую рубаху в красно-бело-синюю клетку, тёмно-синее галифе на ватине с высоким поясом, рыжий толстый свитер, утеплённые зимние, кирзовые сапоги с мехом и войлочными голенищами, зимний же, как и галифе тёмно-синий бушлат с чёрным цигейковым воротником и шапку-ушанку из ондатры, вернув ему наручные часы «Полёт» в хромированном стальном корпусе и даже большой охотничий нож с рукояткой из рога лося.
Вместе с Саакшем Гриммель спустил кушетку с лежащим на ней Денисом на нижнюю палубу, в большое помещение неподалёку от главного шлюза, весьма смахивающее на тюремную камеру. Вместо нар в ней располагалось десять овальных, трансформирующихся кушеток, стоящих по пять штук возле стен с широким проходом посередине. Одиннадцатая кушетка сиротливо стояла возле стены напротив шлюза. Именно на неё Гриммель и Саакш положили Дениса и пристегнули его к ней темя широкими и толстыми пластиковыми ремнями. Гриммель нажал на кнопку и кушетка превратилась в кресло, за спину которого он поставил оба контейнера с вещами землянина.
Гриммель тут же ушел, а Саакш, внимательно рассмотрев лицо спящего Дениса, улыбнулся, кивнул головой и тоже вышел из камеры. До Кохауна осталось чуть более суток полёта, но он не собирался беседовать со своим пленником слишком долго, а потому компаньон работорговца не стал выводить его из состояния глубокого сна. Ну, а Гриммель немедленно отправился в гибернаторий и принялся выводить из анабиоза остальных землян. Эта процедура началась ещё трое суток назад и теперь он завершал её, доставая из ванн уже ожившие, но всё ещё спящие тела четырёх женщин и шести мужчин в возрасте от двадцати трёх до двадцати шести лет. Все они были белыми, имели европейские черты лица и довольно светлые волосы кроме одной девушки, красавицы с чёрными волосами.
Гриммель действовал быстро, но в то же время чуть ли не нежно и бережно. Раздевая своих пациентов, он сначала омывал их тела, затем сушил феном и одевал в их одежду, после чего отправлял вниз и раскладывал по кушеткам. С этим он покончил за каких-то два часа, после чего принялся прикреплять к спинкам кресел, в которые превратились кушетки, контейнеры с их вещами. Как только все похищенные земляне были готовы к передаче своим новым хозяевам, Гриммель притащил в камеру ещё один контейнер, на этот раз очень большой, и принялся доставать из него одинаковые ранцы довольно внушительного размера. В этот момент в камеру зашел Саакш-юс-Миш. Видя, что на каждом солдатском ранце имеется таблички с именами, он стал помогать своему компаньону. Ставя ранец у ног Дениса, он спросил:
- Гримми, надеюсь в ранцах нет ничего такого, на что смог бы положить глаз какой-нибудь кретин?
Гверриец пожал плечами и ответил:
- Саа, даже если бы я натолкал в эти ранцы золота и драгоценных камней, ни одна сволочь не посягнула бы на них, ведь это же ранцы последнего дара. Такие вручают в армии Империи Тиар тем солдатам, которые отправляются на передовую.
Саакш нахмурился и тут же громко поинтересовался, доставая контейнер с ружьём Дениса:
- Если я тебя правильно понял, Гримми, то всё, что будет прицеплено к ранцу последнего дара, также не может быть отобрано у наших бедолаг? Ну, а раз так, тогда давай положим в них всё самое ценное, что у них было с собой. Как ты считаешь, в них найдётся свободное место?
Компаньон старого работорговца усмехнулся и ответил:
- Это запросто, Саа, ведь я заполнил только одно отделение каждого ранца, так что можно раздвинуть ещё два.
В четыре руки они быстро затолкали в ранцы всё, что было с землянами в момент похищения, после чего сложили на роботележку пустые контейнеры и та улетела прочь. Удовлетворённо кивнув головой, Саакш спросил:
- Так ты считаешь, Гримми, что этого будет достаточно и мне не потребуется ничего говорить покупателю?
 
Гверриец улыбнулся и ответил:
- Саакш, все имперцы повёрнуты на воинских традициях, чести, верности клятве и тому подобных вещах, но ещё сильнее у них развиты всякие суеверия. Из оружия мы положили в ранцы последнего дара пять ножей, три древних пистолета, да, ещё прицепили к ранцу нашего профессора всех наук это чудовищное охотничье ружьё. Ничего такого, что даже самый строгий из аристократов счёл бы опасным, у них не было, а все их ножи, пистолеты и ружьё и оружием считать-то нельзя. Ну, а я сунул в ранцы по паре комбинезонов, несколько пар нательного белья, обувь, несессеры для мужчин и женщин, да, ещё подарил им каждому по большой электронной книге с миникомпьютером, чтобы было что если не почитать, то хотя бы посмотреть перед сном, ну, и всякая мелочёвка. В общем на первое время этого им хватит, но самое главное, никто на их добро не посягнёт только потому, что имперцы самым страшным грехом считают взять что-либо из чужого ранца последнего дара. У них есть такая примета, — если ты посягнул на последний дар, то либо тебя самого, либо кого-то из твоих близких ждёт смерть на поле боя или под бомбёжкой, причём смерть очень мучительная и страшная. Поэтому никто из имперцев и сам не возьмёт ничего их этих ранцев, и другим не позволит. Ну, а наш профессор это быстро объяснит свои друзьям.
Саакш покрутил головой и проворчал:
- Для этого ему нужно будет сначала найти с ними общий язык и чем скорее он это сделает, тем лучше. Как только мы доберёмся до места, а нам приказано лететь не на сам Кохаун, а почему-то на искусственный астероид их военного космофлота, я поговорю с ним полчаса и постараюсь объяснить, где он оказался и что ему следует делать, чтобы спастись самому и спасти землян, захваченных нами. Поэтому, Гримми, будь готов к тому, чтобы разбудить всех наших пленников.
Саакш и Гриммель вышли из камеры и отправились в пилотскую рубку. Крейсер-охотник «Ормор» уже вошел в звёздную систему желтого карлика, носившего то же имя, что и единственная обитаемая планета в ней, и теперь в сопровождении эскорта из трёх крейсеров-истребителей намного меньшего размера летел к искусственному астероиду имперского военного космофлота. Скорость полёта на завершающей фазе была невелика и они должны были подлететь к этому стальному шару диаметром в семьдесят километров через четыре часа сорок минут. Саакш уже начал злиться, когда с ним, наконец, связался его высокопоставленный заказчик, граф Ниэро де-Селза. На экране появилось красивое лицо этого аристократа, одетого в роскошный наряд полувоенного фасона и он высокомерным тоном сказал:
- Господин юс-Миш, вы опоздали на трое суток.
Саакш немедленно оскалился и спросил:
- Я так понимаю, что могу развернуть свою посудину и лететь отсюда к чёртовой матери, Ниэро?
По лицу графа пробежала тень досады, он не любил, когда его вот так, запросто, называли по имени, но не стал делать из этого проблемы и тут же воскликнул:
- Ты что, ополоумел? Только попробуй сделать это и я немедленно пошлю за тобой в погоню все свои крейсера! Саакш, друг мой, просто ты заставил ждать твоего прилёта одну очень высокопоставленную особу и чем скорее герцогиня Дессия покинет мою планету, тем лучше я буду себя чувствовать. Кстати, Саакш, аукцион отменяется. Герцогиня Дессия каким-то образом узнала, что ты намерен привести на Кохаун целый отряд бойцов, которые практически ничем не отличаются по своему внешнему виду от тиарцев, но сильнее и выносливее их, а потому решила сама с тобой сторговаться. Спешу тебя предупредить, Саакш, это не совсем обычный покупатель. Цену она предложит тебе довольно высокую, но я на твоём месте не стал бы даже пытаться выколотить с неё сверх этого хотя бы один единственный имперский золотой кредит. Она возглавляет какую-то секретную службу в Империи и тебе не следует её сердить.
Саакш глухо проворчал:
- Ну, это мы ещё посмотрим, Ниэро, стану я вообще продавать ей свой товар лили нет. Во всяком случае спасибо тебе за то, что ты меня предупредил. Тем не менее, Ниэро, ты всё ещё мой должник, а там посмотрим, может быть сделка будет выгодной и мы сможем произвести какие-то взаимозачёты.