Командировка (СИ)

— Ну… вообще-то… у нее не было друзей, — уклончиво ответила та.
— Значит, не дружили, — заключила следователь. — И часто вы с ней ругались?
— М-м… не часто. Но было иногда. Как и все.
— А что вы делали в ту ночь, когда Эшли погибла?
— Я работала, — поразмыслив, ответила Николь. — Моя смена заканчивалась в пять утра, и я нашла ее тело прямо перед уходом домой.
— Ясно. И прежде, чем я начну опрос остальных подозреваемых, у меня к вам последний вопрос, Николь. Если все-таки допустить версию преднамеренного убийства, из всех четверых, как вы думаете, кто бы это мог быть? Помните, я пока никого не обвиняю, я просто собираю информацию.
Николь снова задумалась и потом осторожно произнесла:
— Я думаю, это был Парис Ксенакис.
— Почему вы так думаете? — приподняв бровь, спросила следователь.
— Потому что, когда он понял, что Эшли скорее всего его не выберет, он предложил мне подтасовать результаты игры и поделить деньги. Но я, конечно, отказалась. Вы знаете, я совсем не такая.
— А у других подозреваемых не было никакого мотива? — поинтересовалась Шанталь.
— Ну, как вам сказать… Даниэлю не было смыла ее убивать, ведь Эшли выбрала его победителем. А Билл Картер — просто слабак и подкаблучник. Я никогда не поверю, что у него поднялась бы рука убить даже комара.
— Но вы ведь говорили, постояльцев было четверо. А что с четвертым?
— Четвертого вообще не разбери поймешь. Этакий отшельник-аскет не от мира сего… мне кажется, ему вообще деньги не нужны были.
— Понятно. Это было очень информативно, спасибо, Николь. А сейчас позови-ка мне этого Париса Ксенакиса. Поговорим сначала с главным подозреваемым, — сказала Шанталь. — И еще, это был отличный кофе. Я бы с удовольствием выпила еще чашечку.
  
Глава 18
 
Тяжелые шаги отдавались звонком эхом по всему коридору отеля «Утопия», и Парис задавал себе вопрос, звучали ли они также невыносимо мрачно и несколько дней назад, при жизни Эшли, или у него уже просто едет крыша. Еще никогда в жизни он не соприкасался так близко со смертью, и уж особенно никогда не был одним из подозреваемых.
Он молча следовал за Николь на допрос детектива Шанталь Уайт, и у него начинало сосать под ложечкой от тревожного предчувствия. Следователь уже ждала их в баре, разместившись за одним из столиков. Питая врожденную слабость к красивым женщинам, у Париса перехватило дыхание от восхищения, как только мисс Уайт показалась в поле зрения. Молодая женщина делала необходимые пометки в своем отчете, сидя в кресле и элегантно забросив ногу за ногу и подперев щеку ладонью.
— Добрый день, — не в состоянии отвести от нее взгляд, завороженно пробормотал Парис.
— Вы, должно быть, мистер Ксенакис? — сняв очки, изучающе посмотрела на него следователь.
— Да, это Парис Ксенакис, — с прилежностью лучшей ученицы в школе подтвердила Николь.
— Прошу Вас, присаживайтесь, — сдержанно ответила Шанталь, снова надев очки. — Вы не возражаете, мистер Ксенакис, если я задам Вам несколько вопросов?
— Н-нет, не возражаю, — неуверенно сказал Парис, садясь рядом за столик, чувствуя, как его лоб предательски покрывается испариной. — А разве мне не полагается адвокат при допросе?
Шанталь очаровательно улыбнулась, обнажив белоснежные зубы.
— Мистер Ксенакис, я пока никого ни в чем не обвиняю, а просто собираю информацию. Если вдруг в ходе следования выяснится, что подозрение в убийстве падет именно на Вас, то безусловно Вы сможете воспользоваться своим правом на адвоката.
Парис рефлекторно вздрогнул от ее слов и перевел взгляд на ее грудь, чтобы как-то отвлечься. Ему вдруг показалось, что кремово-белый костюм следовательницы был одет на голое тело, потому что в разрезе пиджака не было ни намека ни на рубашку, ни даже на бюстгальтер. Неожиданно для себя, он вдруг всерьез задался вопросом, есть ли на ней хотя бы трусики.
— Ну что, приступим, — сказала Шанталь, выведя его из задумчивости.
— А она не должна выйти? — насторожился Парис, наклонив голову в сторону Николь.
 
— Нет, мне бы хотелось, чтобы Николь осталась, — снова улыбнулась следователь. — Как напарница погибшей, она мне поможет многосторонне оценить ситуацию и, может быть, дополнить ее какими-либо важными деталями.
Николь удовлетворенно присела рядом в полной готовности предложить свою помощь.
— Мистер Ксенакис, расскажите мне, какие у Вас были отношения с погибшей? — начала свой допрос Шанталь.
— Никаких… — осторожно ответил Парис, бросив быстрый взгляд на Николь.
— Парис, я уже все рассказала следователю, — укоризненно ответила та. — И про выигрыш, и про четыре свидания. Ты же знаешь, Эшли вела полный фотоотчет в Инстаграме. Наивно было бы полагать, что эти фото не будут привлечены к делу.
— Значит, вы ходили с погибшей на свидание? — спросила Шанталь, обращаясь к Парису. — Скажите мне, вы женаты? Ваша супруга об этом знает?
— Вот, посмотрите, — услужливо продолжила Николь, протягивая Шанталь свой телефон. — Это страничка Эшли в Инстаграме. А это фотоотчет о свидании с мистером Ксенакисом.
Следователь взяла в руки телефон и задумчиво пролистала фотографии.
— Эта девочка в дочери Вам годится, мистер Ксенакис, — осуждающе сказала она после некоторой паузы, переведя на него взгляд.
— Какое это имеет значение?! — возмутился Парис. — Вы мне собрались читать лекцию о добропорядочности?
— Лимузин, дорогой ресторан, бриллиантовое колье… — глубокомысленно продолжала Шанталь, не отрываясь от телефона. — Вы очень состоятельный человек, мистер Ксенакис?
Парис молча сжал зубы и отвернулся в сторону, уклонившись от ответа.
— Мистер Ксенакис, расскажите мне, чем вы занимались в момент убийства Эшли Эванс? — продолжила разговор следователь.
— Ну, я ведь не знаю, когда точно ее убили, — осторожно ответил Парис, бросив быстрый взгляд на Николь.
— То есть могут быть варианты? — приподняв бровь, полюбопытствовала Шанталь. — Вы не спали той ночью?
— Нет, у меня была бессонница, — ответил он. — Знаете, я волновался из-за выигрыша и не мог уснуть.
— Понятно. Так где же вы были той ночью? — продолжала Шанталь.
— Ну, я сначала долго сидел в баре, выпил несколько бокалов виски. Николь любезно мне предложила. А потом, когда я уходил, то увидел в коридоре жену Билла. Она выглядела очень растерянной и искала своего мужа. Поэтому я какое-то время был побыл с ней, чтобы ее успокоить, понимаете?
— Странно, что я не видела жену Билла в тот вечер… — недоверчиво сказала Николь.
— Жена Билла? — насторожилась следователь, озадаченно заглянув в свои документы. — Погодите, мне известно только о четырех постояльцах отеля. В момент смерти потерпевшей здесь находился кто-то еще?
— Да, — виновато ответила Николь, отведя взгляд. — Прошу прощения, совершенно вылетело из головы. К одному из гостей, Биллу Картеру, приехала жена. Она его очень ревновала, и последние два дня провела с ним в его номере.
— Понятно, — недовольно кивнула Шанталь, делая пометки. — То есть сам факт жены сомнениям не подлежит. Был кто-нибудь еще в отеле, кого вы могли забыть?
— Нет, — покачала головой Николь. — Больше никого.
— Вы не помните, во сколько точно вы встретили его жену? — поинтересовалась Шанталь, обращаясь уже к Парису.
— Мы провели вместе примерно полчаса, — почесав затылок, сказал Парис. — С полчетвертого до четырех. Потом она ушла.
— Очень интересно, — констатировала Шанталь, переведя взгляд на свои документы. — Согласно экспертизе, предположительное время смерти Эшли 3.45.
— Вот видите, у меня алиби. Значит, я могу быть свободен? — воодушевленно спросил Парис, поднимаясь с кресла.
— Нет, так не годится, — запротестовала Николь. — Надо сначала, чтобы жена Билла это подтвердила!
— Мы обязательно побеседуем с ней, — спокойно ответила Шанталь.
— Потому что, не смотря на мнимое алиби, у Париса был серьезный мотив. Эшли отказала ему в выигрыше, и это при том, что он потратил на нее кучу денег, — не унималась Николь.