Князь Демидов. Том XII. Часть 1 (СИ)

Слова Шантир больно резали Мей по сердцу. С одной стороны — ещё никто, кроме Фейда не заступался за неё. Он реально ценил своих бойцов, и несмотря на грубость — был… вполне адекватным и ответственным специалистом. Но с другой… где гарантии, что Саадж отпустит их? Мей поняла, что у неё объективно нет причин не доверять Шантир, ведь Богиня всё расставила по своим местам.
— Я понимаю… — вздохнула проторианка: — Но меня так воспитали.
— Воспитали быть игрушкой в руках тирана. — злобно ответила Лай-Лабе и повернулась к Брону: — Так, что там Саадж хочет сделать со мной?
— Это… — старик вновь виновато взглянул на Мей: — Тяжело говорить при ней.
— Поверь — я не буду давить на твоё прошлое. И на то, что, когда-то давно ты поклялся служить мне верой и правдой. Я просто буду пытать. Начну вынимать твои органы по одному… Я знаю, как сделать так, чтобы ты умирал медленно и очень мучительно. — тон Шантир пронимал до самой глубины души. По спине Мей во всю бегали мурашки от ужаса.
Когда-то давно она читала в учебниках про добрую и справедливую Императрицу Лай-Лабе, которую все носили на руках. Но сейчас перед проторианкой была самая настоящая Шантир Пожирательница Галактик… Жуткая, хладнокровная и очень жестокая.
— Саадж… Проблема в его голове. Вся эта миссия изначально затевалась лишь с одной целью… — Брон зажмурил свои старческие морщинистые веки: — Наш Кумп-Коммандер искренне верит, что Сенат — это устаревшая система, которая не ведёт Мультивселенную к развитию, а наоборот — серьёзно стагнирует её. Он хочет заполучить недозревшее Ядро, чтобы восстановить часть своей силы. А затем уничтожить Нулевую планету Тангейзера.
— Стоп. Кого⁈ — Шантир с ужасом посмотрела на старика.
— Тангейзера. Вы не ослышались… Всё, что вы видите здесь — дело рук Тангейзера. И Саадж — искренне верит, что этот злостный захватчик может вернуться!
Лампы затрещали, и свет тут же начал моргать:
— Брон… Ты прям уверен, что мы сейчас на Нулевой планете Тангейзера? — ледяным голосом спросила Богиня.
— Говорю, как есть. — пожав плечами, ответил старик.
— Допустим. — Шантир придвинулась ближе: — Тангейзер умер две тысячи лет назад. По крайней мере — так говорят. Так, чего же Саадж хочет от меня?
— Он верит, что вы поможете ему свергнуть Сенат.
— Опять… — Лай-Лабе обречённо закатила глаза: — А, с чего он решил, что мне есть хоть, какое-то дело до штурма Звёздной Цитадели?
— Они свергли вас. Опозорили перед вашим народом. Убили вашего младшего брата… В общем-то, Саадж искренне верит, что причин достаточно и ему удастся вас уговорить.
— Плохо он меня знает. — вздохнула Шантир и резко поднялась со стула: — Это всё?
— Да. — ответил Брон: — Штурм должен был начаться ещё месяц назад, но Демидов очень сильно мешает. Из-за него Саадж не может начать жатву.
— Почему?
— Боится, что на шум прилетят Стиратели. И тогда — всё. Миссия закончится, так толком и не начавшись.
— Понятно. — сухо произнесла Богиня, а затем направилась к двери: — Всё, как всегда…
— Но, Госпожа Лай-Лабе… А, что с нами будет? — осторожно спросил старик.
— Я подумаю над этим. — строго ответила Шантир и захлопнула за собой дверь.
— Мратство… — выдохнул Брон: — Как думаешь… Она нам поверила?
— Что-то я в этом сильно сомневаюсь. — честно призналась Мей, пытаясь отойти от шока.
* * *
— Да с этим балом — все с ума посходили! — негодовал Толик, которого Люси и Оксана выволокли из комнаты и утащили дальше по коридору. Я сперва хотел вмешаться, но потом представил, как подлая Рита опять вылезет, из какой-нибудь неожиданной дыры и всё запечатлеет, чтобы потом выставить в самом дурном свете. Да и нельзя постоянно бегать за братом! Он должен учиться самостоятельно решать проблемы. К тому же, сейчас у меня своих «внезапных вопросов» хватало.
— Гы! — Машуня, довольная, как слон, сидела на моей кровати и радостно поглядывала на меня, как на новую дорогую игрушку.
— Чего? — злобно фыркнул я.
— Ничего. Просто, любуюсь. — ответила она, продолжая нагло пожирать меня взглядом: — Скажи, как человек может совмещать в себе столько удивительных качеств?
 
— Каких ещё качеств? — я вытащил свой парадный костюм и ещё раз всё проверил. Вроде, никаких косяков. Хотя, какие уж тут косяки в костюме за сорок пять тысяч имперских рублей?
— Умный. Талантливый. Сильный. И в добавок — такой милашка! — из холодного и расчётливого лидера, Слуцкая превратилась в… зефирку. Выглядело мило, но чёрт возьми — она же всегда была совсем другой.
— Так. — я был не в состоянии больше выносить это моральное насилие над своей психикой: — Давай-ка на чистоту, ладно?
— Конечно-конечно!
— Бр-р-р… — от ласкового тона Машуни хотелось испражняться радугой изо рта: — Я — встречаюсь с твоей лучшей подругой. Мы с ней — парочка. Андестенд?
— Ну, это понятно. — согласно кивнула рапиристка: — И, что с того?
— А то, что мы с тобой — не можем быть вместе. Никак. Вот, вообще никак! Ты это понимаешь?
— И это понимаю. — улыбнулась Машуня.
— Так. Ещё раз… Не надо рассчитывать, что я поменяю своё мнение. Мне больно это говорить, но у нас с тобой точно не будет будущего.
— Да-да, понимаю.
— Уверена? — насторожился я. Вечно ледяное, слегка озлобленное личико Машуни сейчас светилось от счастья. Казалось, что ещё немного — и в её глазах вспыхнут сердечки, как в любимых мультиках Толика.
— Конечно, понимаю. Просто, ты дал слово, что до конца бала будешь отыгрывать роль моего парня. — хитро улыбнувшись, ответила Слуцкая: — И поверь мне — я буду использовать твоё обещание на двести… Нет — на триста процентов! Ты дал мне слово дворянина.
— Личное пространство на асфальте… Растоптано и уничтожено. — недовольно заворчал я: — Это же не значит, что ты теперь имеешь право сидеть в моей комнате и смотреть на меня, как моряк на квартал Красных фонарей.
— Права, обязанности и рамки — никто не расписывал. Даже Настенька. Она верит в то, что её лучшая подруга — умница и скромница. Только вот, внутри каждой «умницы и скромницы» сидит лютый демон, который иногда захватывает управление…
— Как сегодня утром?
— Как сегодня утром. — кивнула Машуня: — Да, мне будет горько отдавать тебя вечером. Очень горько и больно! Но то будет потом. А сейчас… ты — мой парень. И будешь качественно его отыгрывать.
— О, кажется, я понял. — я вытащил записную книжку с перьевой ручкой и положил на столешницу: — Давай-ка распишем все нюансы, чтобы потом не было проблем. Договорились?
— Хмф! — Машуня поняла, куда дует ветер, и тут же обиженно надула щечки: — Всю малину портишь… Я же просто хотела держаться за руки и быть, как можно больше времени рядом с тобой. К чему все эти рамки? Или, что? Боишься меня?
— Скорее, боюсь последствий, которые могут быть от твоих необдуманных поступков. Я понимаю — тебе весело! Но пойми и ты — мне потом, как-то жить. А зная Настин характер…
— Нормальный у неё характер. И не бойся! Я не буду больше нападать на тебя при всех.
— Тогда, зачем отыгрывать парня, если никто этого не увидит?
— Хочу. — заявила Машуня и скрестила руки на впечатляющей груди: — Мы же с тобой — друзья? Да, конечно… О, чём я, вообще, спрашиваю? Естественно, мы — друзья. Ты бы не стал спасать левого человека. Ты же у нас — бу-бу-бука.
— Ну, допустим. И, что с того?
— А вот, давай-ка — сделай мне дружеское одолжение и отыгрывай моего парня везде и в любое время. Даже если никто не видит!
— Не вижу в этом практического смысла.
— Даже если ты думаешь, что нас никто не видит… Скорее всего — ты просто не замечаешь. — хитро заявила Слуцкая.
— Хорошо. — тут уже проще согласиться, иначе она точно никогда не отстанет: — Будь по-твоему. Но учти, что, если будешь перегибать палку — потом получишь.
— Хе-хе… Ты не забыл, кому об этом сказал?
— Не в прямом смысле.
— Бли-и-ин… — обречённо вздохнула Машуня: — А я уж обрадовалась.