Илартания. В объятиях сна (СИ)

— Этим и живём.
Всё-таки как хорошо, когда есть люди, с которыми приятно просто помолчать!
— Когда вы уезжаете?
— Завтра в 6 утра.
— Ого! Почему так рано? — не поняла я.
— Арания планирует успеть на совещание министров в 9, заодно и с подписанным соглашением их ознакомить.
— Пойдёте через переход?
— Да, также как пришли, — Саша передёрнулась, — паршивые я тебе скажу ощущения!
— А я бы хотела попробовать, интересно же, тем более рамки применяют только в самых крайних случаях.
— Надо было тогда в Эркахалоне не геройствовать, а как все нормальные люди уходить через эвакуационные переходы, — наставительно изрекла она.
— Между прочим, я за вас переживала! — Обидно не было, потому что в тот вечер я и правда превысила все лимиты по идиотским поступкам.
— Зато потом мы за тебя, — фыркнула Саша, возвращаясь к чемодану, — когда из больницы двое суток не вылезали.
— Это было давно, а вы всё никак не забудете…
— Ещё месяца не прошло, — справедливо возразила она.
— По моим ощущениям, это было в другой жизни, — призналась я.
— Неудивительно, — пожала плечами она, — за последнее время у тебя произошло больше событий, чем за всю предыдущую жизнь.
— Не знала, что я так скучно живу, — съехидничала я.
— Да ладно тебе, ты ведь сама с этим согласна.
— Ничего от тебя не скроешь, — покачав головой я сменила тему, — Саш, да сколько можно-то уже?!
— Ещё два, — невозмутимо ответила подруга, открывая третий чемодан.
— Как ты всё это дотащила?
— Ну, — протянула она и подмигнула, — как хорошо, что в делегации только две женщины и восемь мужчин…
Представив как солидные политики, обливаясь потом, тащат неподъёмные чемоданы скромной стажёрки я не удержалась от смеха.
— Между прочим, они сами предложили помощь, я вполне могла сгрузить всё это на платформу.
— Ну, конечно, — я не могла отдышаться, — ещё скажи, что ты не состроила перед ними своё фирменное страдающее личико.
— А где ещё мне этим пользоваться? Слабо верится, что это будет уместно на политических дебатах, а на ближайшие полгода, судя по плотоядным взглядам Арании, это моё постоянное место пребывания.
— Ещё скажи, что тебе это не нравится — ни за что не поверю!
— Ну знаешь, отдыхать тоже нужно, а гармийцы периодически об этом забывают. Кстати, а Меди в курсе твоих приключений?
— В курсе, — мне стало стыдно перед Сашей и я поспешила пояснить: — сначала Эркахалон, потом я лежала в больнице, а когда ты готовилась к стажировке было уже как-то не до того…
— Я же не обижаюсь, Триш! Успокойся! — улыбнулась она. — Просто уточнила. чтобы знать что с ней можно обсуждать, а что нет. Она тебе ещё не звонила?
— Нет, но мне уже страшно, — мы понимающе переглянулись.
— Ну удачи! — подмигнула Саша, а я посмотрела на часы — время приближалось к тому, в которое Воланд забрал меня отсюда в прошлый раз.
— Спасибо, — подруга закрыла предпоследний чемодан и с тоской взглянула на последний. — Я помню, что ты не любишь прощаний, так что пожелаю тебе того же сейчас, — мы обнялись, — не забывай про нас!
— Ни за что, — пообещала она и добавила когда я вышла из комнаты, — Триш, не лишай себя шанса из-за собственной непримиримости.
Очень хотелось сделать вид, что я её не услышала, но как это сделать, если Саша озвучила мои собственные страхи? Наверное меня нужно назвать избалованной, потому что у меня получалось всё и всегда, и до Эркахалона как таковых проблем в моей жизни не было. Я знала, что нахожусь под защитой брата и родителей, да и сама не горела желанием лезть на рожон. живя в своём тихом и уютном мирке.
Впервые резко пересмотреть приоритеты мне пришлось в шестнадцать, когда начались кошмары, и второй раз только через семь лет, в вечер знакомства с Воландом. Как будто окончательно лопнул пузырь вокруг меня, приглушающий до этого восприятие и жизнь вдруг заиграла красками. Хотя, может, я просто влюбилась. Впервые в жизни и до такой степени, что, даже собственными глазами убедившись в его измене, от одного его взгляда мурашки маршировали по всему телу.
 
И сейчас я совершенно добровольно отказываюсь от этого, превыше всего ставя свои заморочки, уже точно зная, что в ту ночь Воланд именно из-за меня выставил постоянную любовницу. И это не похоже на желание просто затащить меня в постель — это он мог сделать ещё в тот вечер, когда пригласил на ужин.
Пожалуй, Саша сделает себе имя намного раньше, чем планирует, потому что одной фразой она смогла перевернуть с ног на голову все мои страхи. И боязнь так и не рискнуть оказалась гораздо ужаснее опасений снова увидеть его с другой. В крайнем случае, попрошу Дала или Адри вытащить меня отсюда и больше никогда не включу новостные каналы.
Когда я поднялась на президентский этаж, на губах играла лёгкая полуулыбка, а внутри всё искрило, словно пузырьки от игристого. И, кажется мне наконец стало доступно то провокационное настроение, которое раз за разом накрывало Меди в присутствии брата.
Надеюсь, Воланд у себя и не спит.
У двери краем глаза уловила смазанное движение, но мой охранник был спокоен и, присмотревшись, я ничего не заметила. Увы, постучать не успела — дверь резко открылась с той стороны, чуть не нарушив мне все планы.
— Триш? — Похоже, он только из душа, с волос ещё стекают капли, а рубашка явно накинута второпях. Это зрелище оказалось настолько впечатляющим, что я слегка подвисла, чуть не забыв зачем пришла. Но встревоженный взгляд, прошедший по мне снизу вверх и вопрос вернули меня в реальность. — Что-то случилось?
Можно подумать, когда со мной что-то случалось в этом доме, я сразу шла к нему жаловаться… Не сулящий ничего хорошего взгляд мимо меня на охранника номер два в придуманную мной картинку не вписывался вовсе, и я плавно шагнула к Воланду, почти не оставляя между нами пространства, переключая всё внимание на себя. Я бы поаплодировала ему, если бы могла, ведь он ничем не выдал удивления. Почти ничем, но я стояла в нескольких миллиметрах и чувствовала как он напрягся.
Взгляд глаза в глаза и снова то невероятное ощущение, когда подгибаются колени. Как же мне этого не хватало!
Одной рукой я обнимяла его за шею, прижав вторую к его груди, и поднялась на носочки, смешивая наше дыхание. Воланда можно принять за истукана и не знаю о чём он сейчас думает, но окаменел он качественно.
— Я была не права, — выдохнула я ему в губы, невесомо поцеловала и, не оглядываясь, скрылась за собственной дверью.
Я ожидала, что он удержит, не даст уйти, с его-то фантастической реакцией, но не угадала. Только стоя по эту сторону двери, я никак не могла сдержать улыбку и, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу, пошла на звук вызова в спальню.
— Меди? А утром позвонить было нельзя? — ещё не улеглось волнение последних минут и звонок подруги был не совсем кстати.
— Ты же не спишь, — пожала плечами она и внимательно вгляделась в меня. — Кажется, когда я решила что точно смогу дозвониться до тебя ночью, я дала маху… — веселье у неё в голосе зашкаливало. — Я оторвала тебя от чего-то важного?
— Я только что вошла. — Кажется пора брать уроки у Ренделла. Мне стала очень близка тема: «Как мастерски заговаривать зубы близким». — Была у Саши, завтра утром они уезжают, а ты знаешь как она не любит прощания.
— От Саши значит? — протянула она. — Ну, рассказывай, как твои дела, раз уж тебе вернули связь с внешним миром.
— Честно говоря, — замялась я, — не уверена, что могу об этом говорить. Прости!
Меди задумчиво постучала пальцами по подлокотнику.
— А твоих личных отношений этот запрет тоже касается?
— Вряд ли, тем более, что у меня ни с кем нет никаких отношений, — развела руками я.
— Брось, Триш, — она подалась к экрану, — хочешь сказать, что ты столько времени живёшь в президентском дворце и до сих пор не имеешь никаких личных отношений?
— Ну почему совсем никаких, — я демонстративно задумалась, — я подружилась с местной управляющей, имею неплохие отношения с пэнэдом Грином, познакомилась с энаром Рэнделлом, увы, не по своей воле, и виделась с Далом.