Щегол (СИ)

— Вероятнее всего, так оно и есть! — подтвердила Дайна. — Только что родившаяся мелочь выживает в областях с минимальным магофоном;
те, кому удается набраться сил и слегка прокачаться, перебираются в области с более энергетически насыщенной пищей и так далее, а беременные особи, следуя инстинктам, возвращаются обратно. Чтобы дать хоть какой-то шанс своему потомству.
— Получается, что в их инстинктах «прошита» потребность к развитию? — на всякий случай уточнил я, хотя понимал, что так оно и есть.
— Ага: развивающееся ядро требует все более и более плотного магофона, соответственно, там, где его слишком мало, животное или птица испытывает дискомфорт.
Тут я поймал за хвост и сразу же озвучил на редкость приятную мысль:
— Если это действительно так, то алгоритм поиска местной цивилизации можно здорово упростить и вместо трех-четырех разведывательных выходов во все стороны света ограничиться одним-единственным!
— … если мы находимся в аномалии, которая где-то заканчивается, если у нее один эпицентр, а не несколько, если…
— Так, стоп! — воскликнул я, догадавшись, что БИУС «зеркалит» мой вчерашний срыв, не без труда задавил пробуждающийся гнев и виновато вздохнул: — Прости: я был сам не свой и наговорил тебе гадостей, хотя знаю, что до сих пор не сдох именно твоими заботами. Больше такого не повторится. Даю слово!
— Я тебя услышала… — предельно серьезно сказала помощница, сделала очередную паузу и спокойно вернулась к обсуждаемому вопросу: — А теперь я предлагаю поговорить о кое-каких нюансах процесса обретения магических навыков местными животными. Не знаю, обратил ты внимание или нет, но за все время нашего пребывания в этом мире к нам в расщелину не заглянул ни один зверь, владевший магией Огня. Зато монстров, оперировавших Землей, Воздухом, Водой, Природой и их производными было предостаточно. Да и те или иные проявления метаморфизма имелись у всех. Что, на мой взгляд, более чем логично, ведь обитатели леса сталкиваются с открытым огнем только во время лесных пожаров…
— … панически боятся любых его проявлений, а без метаморфизма в плане усилений зубов, когтей, клювов и тэдэ им тут вообще не выжить… — продолжил я. — Что касается воздуха, воды, земли и растений, то их хватает где угодно, значит, обретение и применение соответствующих стихий, если можно так выразиться, должно получаться в разы естественнее, чем любых экзотических.
— Верно! — усмехнулась Дайна. — И пусть в моей базе данных магия Огня упоминается более двух сотен раз, я практически уверена в том, что тут, в лесу, нам с тобой ядро с навыками этого вида магии однозначно не попадется. В общем, тебе имеет смысл забыть о Заклинании Мечты и довольствоваться уже обретенными навыками. Кстати, если есть желание, то могу описать наиболее вероятную магофизику процесса формирования ледяной иглы…
— «Магофизику»? — ехидно переспросил я, дождался подтверждающего угуканья, и весело кивнул: — А давай!
— Я проанализировала записи применения этого навыка тобой-любимым на разных уровнях его раскачки, провела кое-какие замеры и пришла к выводу, что на начальном этапе формирования заклинания между соответствующим энергетическим узлом и целью возникает разность магических потенциалов. А в момент «пробоя» от тебя к ней устремляется некий единичный заряд Силы, подхватывающий, «прессующий» и определенным образом кристаллизующий молекулы воды, содержащиеся в воздухе. Почему столь крошечные ледышки обретают воистину запредельную прочность, я, каюсь, не понимаю. Зато знаю, что на формирование каждой отдельно взятой тратится порядка одиннадцати граммов воды, что видимыми они становятся уже на первой трети траектории полета, и что ты, раскачивая этот навык, повышаешь не массу иглы, а скорость ее полета. А теперь вопрос на засыпку: в каких условиях целесообразнее всего пользоваться этим умением, если в одном кубометре воздуха при минус десяти градусах по Цельсию содержится чуть менее трех граммов воды, при плюс двадцати — порядка семнадцати с половиной, а при плюс тридцати — тридцать один?
 
— Издеваешься?
— Неа, намекаю на то, что лупить иглами без остановки из одной и той же точки, мягко выражаясь, бессмысленно, а в зале для схваток со зверьем такой героизм, вне всякого сомнения, выйдет боком!
— А что, зал уже достроен? — коротко кивнув в знак того, что намек понят, полюбопытствовал я.
— Будет готов в районе двух часов ночи. Но толку: граница двух стихий еще не добралась даже до потолка.
— Значит, о наработке практических навыков использования магии и игольника против местной живности можно пока не вспоминать? — не удержав вздох облегчения, спросил я. И не угадал:
— С чего это вдруг? Твой первый противник уже восстановился после операции по удалению ядра и ждет в скальном тупичке за стрелковой галереей. В общем, заканчивай лениться, восполняй резерв и вперед…
…Первому противнику — лису размером с хорошего дога, но несколько изможденного вида — было не до меня. Он лежал в скальном тупичке и то злобно поглядывал на «Овод», висящий метрах в семи-восьми, то пытался перегрызть тонкий стальной тросик, затянутый на правой задней лапе чуть выше пяточной кости. Впрочем, стоило мне хрустнуть камушком, как зверь взмыл в воздух, развернулся мордой ко мне и оскалился.
Я вспомнил описание навыков, которые он потерял одновременно с ядром, представил схватку один на один с такой машиной для убийства, зябко поежился и… поймал себя на мысли, что тяну время. Справляться со страхом я научился еще на первом курсе АПД, поэтому сделал шаг вперед и обвешался «баффами». В смысле, разогнал реакцию навыком, который Дайна почему-то назвала просветлением, и сформировал марево.
Да, готовься я к бою за пределами расщелины или, хотя бы, в «зале для боевки», ушел бы под невидимость и активировал блокировку запаха, но тут, в нулевке, Сила тратилась намного быстрее, чем наверху, а восполняться — не восполнялась.
Последние восемь метров до белой полосы, появившейся на каменной россыпи, прошел в очень хорошем темпе. Потом остановился, настроился на очень быструю и очень вязкую схватку, привычно расфокусировал зрение, как перед тренировочной схваткой по унибосу, перенес центр тяжести вперед и… завалился навзничь, чтобы как можно быстрее выйти за пределы «радиуса поражения» невероятно быстрой рыжей твари! Само собой, потрогал и горжет скафа, защитивший мое горло от впечатляющего набора модифицированных зубов, и нагрудник, спасший от подрезанных, но все равно опасных когтей. А когда убедился в том, что космическая «броня» не пострадала, встал и хмуро посмотрел в камеру дрона:
— Марево слетело с первого же укуса. А прыжок я, каюсь, зевнул. Хотя, вроде как, был к нему готов…
— Вторую попытку делать будешь, или как? — ехидно спросил БИУС.
Вместо ответа я поднялся на ноги, обновил «схлопнувшийся» навык и повернулся к лису, вернувшемуся на исходную и начавшему зализывать лапу, пострадавшую при натяжении страховочного тросика.
Настроился. Сделал шаг вперед, а на втором, вроде бы, уловил самое начало сокращений мышц задних лап вынужденного спарринг-партнера и принялся формировать новообретенный рывок, чтобы уйти в сторону. Но куда там — рыжая молния снова «возникла» прямо передо мной и с грозным рыком вцепилась в горжет!
Третья и четвертая попытки получились чуточку получше — я с грехом пополам успевал выставить перед собой левое предплечье, так что реактивной зверюге приходилось кусать его. С пятой по восьмую я падал. Из-за того, что лис втыкался в меня в момент формирования рывка. А десятой не случилось — предыдущий «экстремальный сброс» марева полностью высушил резерв и вынудил сделать перерыв.