Дожди-пистолеты. Любовь (СИ)

«Ну где же ты?» — с тревогой думала она, вглядываясь в черноту сада. Потом сильнее высунулась в окно и неожиданно увидела внизу Макса. Он стоял, скрестив руки на груди и опершись спиной о каменную кладку стены. 
Аврора уже хотела окликнуть его, но в этот момент из дома вышел Александр Павлович. Остановившись рядом с Максом, он молча достал пачку сигарет, предложил сыну и, когда тот не отказался, помог прикурить.
Когда оба сделали по глубокой затяжке, Крайнов-старший негромко заговорил, но Аврора, находящаяся буквально в паре метров над ними, услышала каждое его слово.
— Она хорошая девочка, и любит тебя. Не упусти.
Аврора понимала, что ей стоит сейчас же отойти и перестать подслушивать, но какой-то внутренний голос словно шептал, что нужно задержаться.
— Я не спрашивал совета, — сухо ответил Макс, стряхнул пепел себе под ноги и снова затянулся дымом.
— Тебе никогда они не были нужны, — согласился Александр Павлович, но не недовольства или обиды Аврора в его тоне не услышала. — И это не совет, просто мнение. Таких, как мы с тобой, трудно терпеть, и найти ту, которая примет и не попытается переделывать, большая удача и редкость.
— Редкость? — скептически хмыкнул Макс. — И сколько ты уже нашёл?
— Троих. Поэтому и женился. Всё остальное — ничего не значащие эпизоды. И… что бы ты ни думал, я любил её.
Аврора поняла, что он говорит о первой жене, но Макс ничего не ответил. Выпустив изо рта кольцо сизого дыма, он проследил его неспешный полёт и щелчком пальца стряхнул пепел с сигареты. С минуту они так и курили в тишине, после чего Александр Павлович затушил окурок в элегантной уличной пепельнице и, немного помедлив, сказал:
— Доброй ночи. Жаль, что вы уже завтра уезжаете.
Макс не ответил, но, когда Александр Павлович отошёл на пару метров, вдруг негромко окликнул его:
— Отец…
Крайнов обернулся, и Макс произнёс то, что Аврора уже не ожидала услышать.
— Мне нужно кое-что обсудить с тобой.
Александр Павлович внимательно посмотрел на сына и предложил:
— Пойдём-ка выпьем, расскажешь.
Аврора скрестила пальцы на удачу: только бы они смогли спокойно поговорить.
Макс вернулся поздно ночью, к тому времени Аврора уже спала, но услышала его шаги сквозь сон.
— Макс?.. — не открывая глаз, произнесла она.
Он лёг рядом, прижавшись к её спине, и уткнулся носом в волосы на затылке.
— Ты так сладко пахнешь… — как-то невнятно пробормотал он, рука обхватила талию и ещё теснее прижала к себе.
Аврора чуть повернула голову и наморщила нос. От него за версту несло спиртным, причём не вином, а именно крепким алкоголем.
— Крайнов, ты пьян что ли?
— Я пьян тобой, — прошептал он, мягко покусывая её плечо.
— Очень поэтично, только на меня не дыши.
— Можно и так, — согласился Макс, спускаясь поцелуями по её обнаженной руке вниз и в какой-то момент перемещаясь на бедро.
— Я вообще-то сплю, — едва сдерживая улыбку, упрекнула его Аврора.
— Спи, — довольно разрешил он, задирая вверх подол ее шёлковой комбинации и касаясь губами обнажённой кожи, как раз над кромкой трусиков. — Ты мне не мешаешь.
— Зато ты мне мешаешь, — попыталась остановить его Аврора, чувствуя, как он стягивает с неё бельё.
— Этим? — Макс прихватил губами кожу внизу живота. — Или этим?.. — пальцы скользнули между ног и провели по чувствительным складкам.
Аврора ахнула, пряча лицо в подушку, чтобы заглушить рвущийся с губ стон…
  
Глава 41
 
Вчера Петербург встретил их тяжёлыми серыми тучами, из которых непрерывным потоком мелких капель шёл моросящий дождь. Сегодня погода не изменилась, но ни сизая взвесь в воздухе, ни блёклые краски за окном, ни проблемы, к которым они вернулись, не могли пошатнуть тот положительный настрой и то душевное равновесие, которое Аврора обрела в Тоскане.
Эта поездка пошла на пользу им обоим, ещё больше сблизила их. Аврора лучше узнала Макса, а он сделал шаг к тому, чтобы восстановить отношения с отцом.
— У тебя получилось, — шепнула ей Элена перед завтраком. — Я давно не видела Алекса таким довольным.
 
Аврора и сама заметила изменения в поведении мужчин. Макс не рассказывал ей, о чём говорил с отцом — делах в «КР-Инвест» или личных проблемах, но Аврора не могла не отметить, что в присутствии отца он уже не был так напряжён, как раньше, будто в любой момент ожидая удара и готовясь отразить его. 
За завтраком Макс, как всегда, был немногословен, но если и говорил, то никакого вызова или стремления защищаться в его тоне и словах не было. А когда прощался с отцом, прежде чем сесть в такси, позволил тому обнять себя и сдержанно улыбнулся. Элену же вполне искренне поблагодарил за гостеприимство. Та даже расчувствовалась, Аврора заметила, как в уголках её тёмных глаз заблестели слёзы.
Крайновы пригласили их на Рождество, и Аврора пообещала, что они обязательно приедут. Успех следовало закрепить и развить. А она в свою очередь пока постарается осторожно подготовить Макса к следующей встрече с отцом. Времени для этого у неё было достаточно. 
Аврора поднялась на лифте на шестой этаж, торопливым шагом прошла почти в самый конец длинного коридора, кивая по дороге знакомым. В кабинете, поздоровавшись с коллегами и ответив на пару вопросов об отпуске, поставила на свой рабочий стол, заваленный неровными стопками конвертов, стаканчик с кофе; привычным движением повесила сумку и ветровку на высокую спинку кресла и коснулась рукой компьютера, пробуждая его к жизни.
Почты накопилось много. Сначала Аврора занялась теми электронными письмами, что требовали незамедлительного ответа, потом начала разбирать залежи на столе.
Вскрыв следующий конверт, она одной рукой вытряхнула его содержимое на стол, другой поднесла к губам порядком остывший кофе и… так и не сделав глоток, оторопело уставилась на выпавшие из конверта фотографии.
Нервно сглотнув, Аврора вернула стаканчик на стол и плохо слушающимися пальцами начала перебирать компрометирующие снимки. Вот Полина садится в автомобиль Волкова (номера видны и Авроре хорошо знакомы), на следующем — увлечённо воркует и целуется с ним в вип-комнате какого-то клуба, вот они по очереди заходят в отель, потом покидают его, тоже по отдельности. Дальше то, от чего хотелось отвести взгляд, и Аврора, пролистав тройку фото, так и сделала, потому что смотреть на запечатлённые в подробностях интимные утехи подруги и её любовника она была не в силах.
Одни снимки были хорошего качества, другие более размыты, сделаны явно через окно и при большом приближении, но все с указанием даты и времени. Аврора не стала гадать о том, кто мог прислать их, главное, фото были недостающей уликой. Неопровержимой. 
«Значит, поверхностное знакомство, господин Волков? — мысленно поинтересовалась Аврора, глядя на довольную физиономию Игоря. — Вот ты и попался, лживый ублюдок!»
Она быстро сбила снимки в стопку, сунула их обратно в конверт, а затем в сумку. Первым желанием было позвонить Логинову, а ещё лучше — сразу поехать в полицию, но, совладав с эмоциями, она решила, что сначала должна показать фотографии Максу. От Волкова сейчас зависело и его будущее, к тому же она обещала Максиму пока ничего не предпринимать.
— Ты говорила, что сегодня будешь поздно, — удивился Макс, когда она буквально влетела в его кабинет.
Аврора вытащила из сумки конверт и молча протянула ему.
— Что это? — спросил он.
— Посмотри.
Макс вынул фотографии и, не выражая никаких чувств, быстро пролистал их, словно колоду карт.
— Откуда они? — всё также безэмоционально поинтересовался он.
— Конверт оказался на рабочем столе среди прочей почты, накопившейся за моё отсутствие. Без опознавательных знаков, кроме моей фамилии, значит, оставили на ресепшене. Вероятно, курьер. Макс, неважно кто, важен сам факт: Волков солгал полиции о степени знакомства с Полиной. А значит, ему есть, что скрывать. Я понимаю, он мог сделать это, чтобы избежать скандала, в стремлении сохранить свой брак, но это и мотив.