Черное племя. Война (СИ)

Кайлин, Аскольд и Феофил сидели немного в стороне от остальных, они чувствовали, что соплеменники смотрят на них косо. Наконец, когда наступила тишина, в центр неожиданно вышел Герольд. Он оглядел присутствующих и начал речь.
- Мы сегодня собрались на вече, чтобы решить вопрос о новом вожде. Мы с вами не слепые и видим, что происходит беззаконие! Обычаи племени перестают чтить, мы все катимся в пропасть! Власть Арена не просто пошатнулась, исчезло уважение к вождю! И я, также как и вы, больше не доверяю отцу, за то, что он предпочел личные интересы интересам племени, законам и многолетним традициям! - Стояла полная тишина, все внимали волку, жадно ловя каждое слово. Герольд нарочно говорил “мы”, еще больше завлекая оборотней в свои сети этой нехитрой манипуляцией. - Зная, что мой брат Давид поддался на уговоры и допустил близость с Аскольдом, вместо наказания, он мало того, что позволил Давиду бежать, мало того, что помог ему похитить волчонка, который является сыном Аскольда, так он еще солгал перед всем племенем! Солгал! Тот, чьи слова должны быть дороже жизни! И теперь, узнав о лжи, Аскольд и Феофил избили отца до полусмерти, тем самым показав полное неуважение к его статусу и превратив в пепел его власть! И Арен позволил себя избить, и мы не знаем, выживет ли он после этого!
Герольд замолчал, молчали и волки, впечатленные, одурманенные неожиданно появившимся ораторским способностям оборотня. Альфа был доволен, все шло как по маслу. Он повернулся к Роджеру, который тут же поднялся и вышел в центр.
- Я люблю своего младшего брата и отца! - Заговорил наследник, торжественно оглядывая соплеменников. - Но я больше не верю им. Они опозорили семью, опозорили само призвание вождя, Арен втоптал в грязь достоинство племени! И да, я на стороне Аскольда! Как не накинуться на того, кто отнял у тебя сына?! И разве можно после этого доверять вождю? Скажите, стал ли он спасать Давида, если бы он не был его сыном?
По рядам волной пронесся возмущенный ропот. Герольд следил за реакцией соплеменников, с удовлетворением подмечая, что оборотни недовольны и готовы к решительным действиям.
Кайлин это видел тоже. Власть ускользала из рук, и омега предпринял отчаянную попытку остановить это. С тревогой и ужасом думая о том, насколько он плохая замена Арену, младший вождь не представлял, как он предстанет перед мужем, когда тот выздоровеет? Что скажет любимому, когда он придет в себя и спросит, как дела в племени? Омега вышел в центр и поднял руку, призывая к спокойствию.
- Вы говорите что Арен плох, но кто победил Красное племя? Кто отменил закон, запрещающий казнить омег других племен? - Кайлин смотрел на оборотней, тщетно надеясь найти союзников. - Кто принес шкуру тигра? Арен опытен и мудр! И лучший воин всех трех племен! Кто его заменит, не разобщив нас? А если нападет враг, кто отразит атаку? Есть ли среди вас такой же талантливый и бесстрашный военоначальник?
- Арен на смертном одре! - Рявкнул Герольд. - Кто будет управлять племенем, пока вождь лежит без сознания? Ты мой папа, но ты омега и глупый омега, потому что не помнишь, к чему привело ранение Витольда! К гибели Красного племени!
- Нет, я не глуп, потому что я знаю, что Витольда убил сын, Мертен… - Произнес Кайлин, с ненавистью глядя на сына. - И ты делаешь сейчас то же самое!
- Не моя рука наносила ранения отцу!
- Ты чужими руками его убиваешь! - В отчаянии крикнул Кайлин, на что альфа грубо рассмеялся и шепотом произнес.
- А ты, папочка, говорил, что я непроходимо туп. - И продолжил во весь голос. - Арен нарушил законы чести племени, как и Давид. Что мы вообще здесь обсуждаем?!
Ответом на слова Герольда послышались крики одобрения, Кайлин был в отчаянии. Однако, среди шороха голосов послышался голос Аскольда.
- Арен не виноват! И Давид не виноват!
Герольд повернулся и с удивлением увидел уверенно идущего в центр альфу. Оборотень напряженно оглядел толпу и продолжил.
- Я изнасиловал Давида. И он не виноват в той связи, которая произошла. Он был против этого, потому что никогда меня не любил и всегда презирал.
- А если против, то почему же не сопротивлялся? - Ехидно спросил Герольд.
- Я его шантажировал волчонком. Этим я заставил его согласиться, он даже разделся, но в последний момент передумал… Давид попытался вырваться, а я его держал, не позволил ему бежать… - Аскольд смотрел прямо в глаза бледнеющему от злости Герольду, который понимал, что если тот сможет доказать, что он выступил насильником, то племя простит Арена.
- И почему же тогда Давид не явился в поселение и не рассказал, как же жестоко ты поступил с ним?!
- Он не смог бы доказать этого. Одежда цела, а синяков почти не было, да и кто их не оставляет на теле омеги после совокупления?
По рядам снова пошел ропот. На этот раз волки гневно отзывались об Аскольде, оправдывая Арена, который поступил так, как поступил бы любой отец и дед, готовый любой ценой спасти сына и внука. Вождь приобретал человечность в лице оборотней.
- А почему ты напал на Арена?
- Потому что испугался, что Давид и Арен однажды расскажут правду…
- Что же ты тогда сейчас рассказываешь о своих преступлениях? - Герольд не скрывал ненависти к Аскольду. - Ты понимаешь же, что тебе грозит казнь?
- Лучше сдохнуть, чем жить в племени, где два самовлюбленных самозванца узурпировали власть!
- Так ты и не будешь… - Прошептал Герольд и, оглянувшись на вече, прокричал. - Я предлагаю его наказать! За изнасилование моего младшего брата и нападение на отца!
- Наказать! - Раздалось эхом.
Кайлин стоял, пораженный этой сценой, не замечая, как слезы катятся у него из глаз, Феофил был ни жив ни мертв. Он понимал, что вмешиваться нельзя, он только навредит. Лекарь молился всем богам, лишь бы у него не отняли сына. Между тем с разных сторон раздавались предложения как именно стоит наказать Аскольда. Кто-то кричал, повесить, кто-то - забить плетьми. Но был кто-то, кто и кричал, что Аскольда стоит отпустить. В конце концов, много ли альф смогут сдержать себя, если перед тобой раздетый омега?
- Кто за то, чтобы виновного повесить? - Закричал Герольд, тайно надеясь, что большинство проголосует именно за такой вариант развития событий. Однако, подняли руки только четверть, остальные сидели, не шелохнувшись.
- Кто за то, чтобы наказать плетьми?
Это предложение набрало гораздо большее количество сторонников. Половина хотели именно этого наказания. Оставшаяся же часть либо не имела какого-то мнения на этот счет, либо полагали, что Аскольда и вовсе необходимо отпустить на все четыре стороны.
- Значит, плетьми! Триста плетей! - Проорал Герольд, зная, что после такого наказания Аскольд точно не выживет. Однако, рядом был Кайлин, который понимал, что оборотня надо спасти любой ценой.
- Аскольд должен быть наказан, но после трехсот плетей он погибнет. А Давид жив. И даже не имеет ни одного синяка!
- А отец! Отец умирает!
- Он идет на поправку! И если ты к нему ни разу не явился, чтобы навестить, то я сообщаю тебе последние новости! Арен жив и выздоравливает! - Кайлин блефовал, блефовал уверенно, так, что соплеменники стали переглядываться. Многих испугало возможное быстрое выздоровление вождя.
- Неужели на поправку пошел? Ты уверен, папа? - Ехидно уточнил Герольд, видя, что Кайлин врет, однако, спорить было бесполезно.
- Пойди и проверь! И если Арен жив, то и Аскольд не должен погибнуть от твоего наказания!
Тридцать плетей. Этого достаточно и более чем достаточно!
- Пятьдесят! - Прокричал Герольд и, повернувшись к Кайлину, тихо произнес, - Я выведу из строя твоего защитничка, папочка.
Омега побледнел, пораженный издевательским тоном сына.
Со спины раздались крики: “Пятьдесят!”. Кайлин бросил быстрый взгляд на Герольда и вернулся на свое место. Аскольд все это время стоял, не выражая никаких эмоций. Он тайно хотел казни, но понимал, что по правилам племени смертью наказываются только убийцы, да и то не всегда. Еще он хотел физической боли, надеясь, что это отвлечет его от мыслей о Давиде.