Черное племя. Война (СИ)

Омега, зная, что Герольд вернулся в поселение, заплетал цветы в свои длинные волосы. Ему нравилось чувствовать на себе взгляд Аскольда, однако украшал себя волк не ради товарища, а чтобы понравиться Герольду, которого планировал сегодня навестить. Волк слышал, что якобы сын вождя пропах мертвечиной, но омега не слишком переживал из-за таких пустяков. Жив-здоров, и это главное.
Оборотень уже вплетал последний цветок, когда увидел, как быстрым шагом приближается Герольд. Омега ласково заулыбался, а Аскольд нахмурился, с тревогой прикидывая, что же нужно сыну вождя, который раньше к нему старался не приближаться. Альфа поднялся и скрестил на груди руки, готовый к чему угодно.
Однако когда Герольд приблизился, улыбка у Колмана резко пропала. Не успев даже поздороваться, мальчишка кинулся прочь, под удивленные взгляды обоих альф. Аскольд посмотрел вслед товарищу, потом повернул лицо к оборотню и кивнул тому в знак приветствия.
- Что тебе нужно?
- Разговор есть… - Герольд продолжал смотреть в сторону, куда убежал омега, несколько сбитый с толку.
- О чем разговор? - Аскольд разглядывал сына вождя, который был, вроде, и прежний, а с другой стороны, что-то в нем поменялось. Кажется, взгляд. Еще волк отметил про себя запах. От Герольда попахивало тухлятиной.
- Скучаешь по Давиду и Аларду?
Оборотень вздрогнул от такого вопроса. Неожиданно. Хотя, зачем еще мог явиться ближайший родственник?
- Если ты хочешь биться, я принимаю вызов. А обсуждать все это я не собираюсь. Тем более с тобой. - Рыкнул Аскольд.
- Я не пришел с тобой биться. У меня для тебя есть новости.
- Это какие?
- И Давид, и Алард живы. Мой отец обманул все племя.
Повисла пауза. Аскольд не верил своим ушам.
- Ты шутишь? Откуда ты знаешь, что они живы?
- А ты пойди спроси у вождя. За спрос не наказывают, ведь правда?
- Ты врешь! - Альфа во все глаза смотрел на Герольда, пытаясь понять, что у того на уме. Но вот незадача! Чем больше он смотрел на собеседника, тем больше Аскольд ему верил, тем больше ярость наполняла душу.
- Зачем мне врать? Я пришел поделиться радостью. На тебе не весит грех гибели двух волков. Ты можешь оправдаться за свой поступок. Ведь только смерть непоправима, а все остальное исправить можно… - Герольд говорил доброжелательно и усыпляюще, и Аскольд кивал, тщетно пытаясь собрать мысли в одну кучу.
- Но зачем Арен обманул всех?
- Чтобы обелить своего младшего сына! Чтобы все думали, что не Давид совершил легкомысленный поступок, а ты виноват в страшном преступлении! Он как отец мстил тебе, потому что ты не захотел укрыть от позора Давида, потому что ты на нем не оставил метки, не женился. И Арен тогда и решил что ты и твоя семья должны быть опозорены навеки! И это несмотря на то, что именно ты спас от смерти Аларда!
Последние слова Герольда подействовали особенно сильно. Аскольд почувствовал, что едва держит себя в руках от лавины гнева. Сын вождя это тоже видел.
- Так иди, спроси у Арена, живы ли его сын и внук?
И оборотень, бледный от ярости, зашагал прочь, забыв и про убежавшего куда-то Колмана, и про волчат, оставшихся без присмотра. Перед ним теперь стояла задача найти вождя и отомстить.
Между тем удовлетворенный Герольд решил поискать омегу. Не то чтобы он так хотел его увидеть, но узнать что случилось, не помешало б. Альфа отправился в лес, куда вела тонкая дорожка запаха белокурого мальчишки. Вскоре, показался и сам омежка. Он сидел на бревне, бледный.
- В чем дело? - Герольд медленно подошел к волку, заметив, что стоило ему приблизиться, как Колман отчего-то отвернулся.
- Я не знаю… - Донесся глухой голос оборотня. - Меня затошнило, и я убежал…
- Почему затошнило?
Колман молчал и почему-то морщился. Наконец, Герольд начал смутно догадываться.
- Погоди, тебя тошнит от моего запаха?
Омега в ответ сжал губы, явно не зная, что ответить, затем резко вскочил с места и кинулся прочь. Герольд с ненавистью посмотрел вслед мальчишке. Не в состоянии унять раздражение, он крикнул:
- Что, опять затошнило, или обиделся?
Но Колман не ответил и не вернулся. Тогда альфа, с трудом справляясь с клокотавшей внутри яростью, решил найти Луиса. Рыжеволосый омега не был таким нежным. И если от Герольда отвратительно пахнет, он скажет без обиняков. И альфа отправился снова в поселение.
Пока оборотень ходил между шатрами, он отметил про себя, что волки на него оглядывались гораздо больше и чаще, чем когда-либо. Но если альфы и беты продолжали при этом заниматься своими делами, то омеги сторонились, отходили куда-то в сторону, и это подтверждало самые худшие опасения. Наконец, Герольд увидел сидящего возле шатра Луиса. Тот занимался рукоделием, погруженный в свои мысли. Но не успел альфа приблизиться, как красный волк кинул вязание и сжал нос, растерянно вертя головой.
- Ну привет. - Безрадостно произнес альфа.
- Здравствуй! - Луис убрал руку и через силу улыбнулся. Герольд видел, что омега прикладывает все силы, чтобы не убежать. - Как твои дела?
- Давай без заговаривания зубов. Пахну?
- Пахнешь. Ужасно пахнешь. - Выдавил из себя Луис, борясь с наплывом тошноты.
- Чем пахну?
- Мертвечиной. И мускусом. Будто ты сношал чей-то труп.
- И так невыносимо тебе рядом со мной находиться? Вот прям так все плохо? - Герольд уже не злился. И тем более не злился на Луиса. Он даже был ему благодарен, что тот не пытается увиливать от ответа.
- Меня тошнит, я с трудом сдерживаюсь. Дело в запахе. - Омега то и дело отворачивался, чтобы вдохнуть свежий воздух.
- То есть дело в запахе?
- Да. В остальном ничего не поменялось.
Герольд кивнул и зашагал от Луиса. Сердце сжималось от тоски и обиды на весь мир.
========== Глава 90. Гнев Аскольда ==========
Все утро Кайлин не находил себе места. Его мучила тревога, природу которой он никак не мог понять. Несколько раз он оставлял вышивание и подходил к окну, однако все было как всегда. Волки каждый занимался своими делами, а по желтому лесу носился с долгим гулом осенний ветер. Младший вождь ждал возвращения Арена, но того все не было.
И когда солнце уже застыло в зените, Кайлин не выдержал и решил отправиться к шатру, где находился Герольд. Однако, как только волк спустился вниз, к нему подошло несколько оборотней, которые и сообщили, что между Ареном и Феофилом произошла драка, и последнего препроводили в подвалы крепости. На вопрос, что послужило причиной конфликта двух закадычных друзей, соплеменники, пряча глаза, ответили, что пошел слух, якобы Давид с сыном до сих пор живы, и лекарь впал в бешенство, сообразив, что Аскольд страдал напрасно.
Кайлин был потрясен такой новостью. Он стоял, в ужасе глядя на оборотней, тщетно пытаясь понять, кто же мог раскрыть эту тайну? Арен в жизни б не признался что сын жив, Энджи и захотел бы - не смог, уже сколько болеет, не подымаясь… А больше было некому. Волки в ответ косились на вождя, рассчитывая прочесть в его побледневшем лице согласие или опровержение новостям о Давиде. Однако, в широких глазах омеги было удивление и страх. Наконец, немного придя в себя, Кайлин поднял голову и бегом побежал к шатру, где рассчитывал найти мужа.
Кайлин мчался, чувствуя, что еще немного, и случится непоправимое. Что именно непоправимое, омега и не пытался, и не желал предполагать. В висках стучало. В воздухе пахло бедой. Волосы Кайлина совсем растрепались, но он не замечал этого. Младший вождь уже завидел издали шатер, когда увидел, как внутрь зашел Аскольд. В руке альфа держал меч. У волка не возникло иллюзий относительно того, зачем оборотень отправился к Арену. Вызвать на поединок и убить! Но, там ведь должен быть Герольд, который защитит отца. Должен защитить.
Кайлин буквально влетел внутрь. Глаза не сразу привыкли к темноте. В помещении он разглядел две фигуры. Аскольд стоял спиной к омеге, по-прежнему держа в руке клинок, а напротив него, с трудом держась на ногах, стоял Арен. Вождь был безоружен.