Черное племя. Война (СИ)

- Что, я такой не привлекательный? - Усмехнулся Энджи.
- Во-первых, я не так юн, чтобы страдать подобными глупостями. А во-вторых, я давно перестал видеть в тебе омегу.
========== Глава 78. Колман ==========
Энджи вернулся в шатер в подавленном состоянии. Не рад был шаман такому условию. Он должен будет хранить тайну так долго, как Арен посчитает нужным. А все это время Аскольд будет страдать и чувствовать себя виноватым в гибели двух оборотней. Омега сына не оправдывал, но опасался, что он не выдержит такого гнета. Совесть, общественное мнение, разбитая любовь… Как он с этим справится?
- О чем вы говорили с Ареном? - Феофил подсел поближе к Энджи, слегка принюхиваясь. Однако, его подозрения были напрасны. Омега пахнул как всегда.
- Он от меня потребовал одну услугу.
- И какого рода эта услуга? - Лекарь не унимался. Он хотел наверняка убедиться, что Арен не задумал ничего плохого.
Энджи с сожалением посмотрел на мужа. Омега прекрасно понимал его опасения и страхи, но от этого становилось еще более обидно. Не того Феофил боялся. Шамана раздражало, что муж переживает не о том, каково дальше жить Аскольду, а о возможной измене. Только и думает, покусится ли очередной самец на честь Энджи, да о своей надвигающейся старости. Но сказать об этом вслух омега не мог, он боялся ухудшить ситуацию.
- Арен попросил меня как шамана провести один ритуал. По погибшим.
- Ты думаешь, что Арен все-таки убил Давида? Да он слабак для такого! - Феофил зло усмехнулся. - Он их спрятал! Он не мог их убить! А теперь прикрывает себя и подставляет Аскольда! А наш сын ни в чем не виноват. Цену Давиду я знаю. И ты тоже!
Энджи пожал плечами.
- По факту Аскольд принудил Давида к близости, используя волчонка. Это подло. И это не обсуждается. - Шаман поднялся и вышел на улицу. Феофил недовольно фыркнул, но спорить не стал, понимая, что муж в целом прав.
Возле шатра Энджи ждал длинноволосый белый омежка с двумя волчатами на руках.
- Здравствуйте… - Оборотень выглядел крайне уставшим и изнуренным. Шаман сразу его узнал - это был сын погибшего Флориана. А волчата на его руках - братья, которые родились недавно.
- Здравствуй. - Энджи кивнул. Разговаривать с кем-либо омеге сейчас хотелось меньше всего, но и оттолкнуть мальчишку он не мог.
- Простите, мне нужна ваша помощь… Я не справляюсь с ними. Они постоянно кричат. Я их ношу к кормильцам по три раза в день, а в остальное время мне приходится их поить козьим молоком. А они не спят, плачут, я их постоянно мою, я ужасно устал. - Оборотень говорил быстро, сбивчиво, словно боясь, что его перебьют. - У меня нет никого. Папочка умер, отца и братьев убили на войне. Я вчера упал в обморок, и пролежал всю ночь, а волчата скулили рядом, пока их не услышали соседи. Они меня облили холодной водой, чтобы я очнулся. У меня постоянно темнеет в глазах. Я не отказываюсь от волчат, просто мне нужна помощь…
Энджи внимательно смотрел на тонкого, худого омежку, прекрасно понимая, что в одиночестве он братьев не воспитает. Слишком слабый. Но как ему было помочь? У Энджи и Феофила не было времени заниматься чужими волчатами. И тут шамана осенило.
- Хорошо, будет тебе помощь. Кстати, я не знаю твоего имени. Как тебя зовут?
- Колман. - Тихо ответил омежка. Казалось, он едва стоит на ногах.
- Колман, идем в шатер. - Улыбнулся шаман и взял на руки обоих малышей, которые оказались вполне тяжеленькими.
Аскольд сидел на том же месте, глядя в пустоту, не в состоянии выйти из оцепенения. Его страх и скованность носили во многом иррациональный характер и чем-то напоминали настоящий психоз. Альфа чувствовал себя беззащитным, почти голым. В голове смешалось все, и совокупление с Давидом, и поединок с Ареном, и косые взгляды сородичей. Особенный ужас ему внушало воспоминание о том, как вождь лизнул ему щеку. А что если с Аскольдом сделают то же самое, что когда-то сделали с Лаббертом? От одной этой мысли альфа холодел.
Получалась удивительная ситуация, и Аскольд, и Феофил ждали от Арена какого-то сексуального насилия, в то время как тому подобное и в голову не приходило. И дело было вовсе не в том, что они считали вождя озабоченным, просто страх, который теперь им внушал бывший товарищ, надо было как-то объяснить. Проще бояться чего-то конкретного, я не неизвестного.
- Аскольд, познакомься, это Колман. - Энджи кивнул омеге, приглашая того присесть. - Колман остался без родителей, с новорожденными братьями на руках. Он сам не справится, и ты ему поможешь.
- Я не могу. - Альфа даже не поднял головы. - Алард умер. Хватит.
- Поэтому я и хочу, чтобы ты помог Колману. Опыт общения с волчатами у тебя есть. А мне некогда, я шаман.
- Папа! Я действительно любил Аларда! - Аскольд зло посмотрел на Энджи, держащего на руках дремлющих оборотней. - И теперь все считают, что я подонок, но я не хотел с ним расставаться! Мне было тяжело одному его воспитывать. Но я его любил!
Альфа хотел сказать еще что-то, но тут его взгляд упал на Колмана, который сидел, уставший, прикрыв глаза. Омега уже знал, что у Аскольда кто-то убил волчонка, и что он вроде бы был как-то в этом виноват, а может и не был виноват… История мутная, но сидеть и разбираться в ней омега не хотел. Он был слишком измучен. А вот Аскольда как будто молния ударила.
- Папа, кто это?! Кого ты привел?
- Колман это. Омега, который остался без родителей. А это его братья… - Энджи покачал головой. Надо сварить сыну успокаивающее зелье. - Я только что про него говорил.
- Это Давид. Только без шрамов. Посмотри! - Аскольд поднялся, подошел к выходу и одернул ткань, пустив в шатер дополнительные лучи солнечного света. Энджи и Феофил осторожно переглянулись, затем перевели взгляд на сына, ища в нем следы безумия, затем уставились на притихшего Колмана, который, сообразив, что дело стало принимать какой-то дурной оборот, тут же вышел из полуоброчного состояния и стал поглядывать в сторону выхода, который, как назло, перегородил альфа.
- Какой Давид? - Энджи с тревогой посмотрел на сына. - Давид умер.
- Нет-нет, ты не понял! Посмотри на него! - Альфа резко поднял руку, указывая на сжавшегося в комок гостя. - Видите?
- Вы знаете, я, наверное, сам справлюсь с волчатами… - Омега постарался сказать это спокойно и мягко. В то же время он судорожно соображал что происходит. И если до последнего момента вся история кто кого совокуплял и воспитывал его не волновала, то теперь он пытался вспомнить все, что только знал об этой семейке. Итак, Давид - это одноглазый омега-воин, которого сегодня изнасиловал Аскольд и которого сегодня же убил вождь. При этом он был одним из наследников, то есть вождь убил собственного сына. Что еще? Давид родил волчонка и почему-то отдал его на воспитание Аскольду. Потом выкрал этого волчонка и убил, видимо, мстя за изнасилование. А теперь этот вот Аскольд называет его, Колмана, Давидом. Это надо ж было так встрять. Омега приподнялся, затравленно оглядываясь по сторонам. - Можно, я пойду?
Ответом было молчание. Все уставились на оборотня, отчего тот готов был разрыдаться.
- А он действительно похож на Давида… - Феофил удивленно покачал головой. - Только более худой. А если его откормить, убрать впалые щеки, то точно, будет Давид. Каким он был до того как Мертен напал на него.
- Феофил, каким был Давид в юности, никто в племени, кроме Аскольда да тебя, уже и не помнит. - Энджи усмехнулся. Он тоже, после слов мужа и сына, заметил сильное сходство. - Не бойся, Колман, все нормально.
- Я не Давид, у меня нет с ним ничего общего! - Омега с опаской поглядывал на Аскольда, который не сводил глаз со своего нового знакомого. Оборотень еще не был уверен в своей безопасности. Но тут, наконец, альфа, вдоволь насмотревшись на Колмана, заговорил.
- Ты не Давид, ты просто похож. И это ничего не значит. - Аскольд на мгновение замолк, будто что-то прикидывая в голове, затем продолжил. - Я помогу тебе с волчатами. Не беспокойся, никто тебя не обидит.