Черное племя. Война (СИ)

Витольд думал около получаса над возникшей ситуацией. Если Давид выжил, а он выжил, то он обязательно расскажет, как выглядел насильник, а это значит, что рано или поздно Арен докопается, кто подослал Мертена. И начнет готовиться к войне. Поэтому ждать не было никакого смысла. Оставалось нападать первыми, сейчас, да еще делая вид, что всё, что случилось с Давидом - не досадная осечка, а строго запланированная акция.
А еще нужно было что-то сделать с Мертеном. Витольд не хотел оставлять своего приемного сына без наказания, но сейчас, в эту секунду, было не до того. Рыжеволосый оборотень отбросил назад длинную, причудливо заплетенную косу, которую теребил все это время, пока раздумывал над дальнейшими действиями, и отправился к шаману.
Мертен сидел в своем шатре, раскидывая камушки с нарисованными на них знаками, понятными только ему.
- Что, пытаешься вычислить, что я с тобой сделаю?
От резкого голоса альфа вздрогнул и тут же вскочил с места, однако вождь жестом указал сесть на место. Мертен тут же повиновался, и Витольд приземлился напротив сына, уставившись ему в лицо. Его карие глаза нехорошо блестели, и шаман рассеяно начал сгребать камушки, слушая, как в углу шатра хриплым голосом гаркает ворон. Огромная черная птица вот уже три года жила с альфой и даже умела разговаривать. Ее боялось все племя, кроме Витольда. Вождь не боялся ничего.
- Замолчи, Арак! - рыжеволосый оборотень перевел взгляд на ворона, который, чувствуя страх хозяина, и сам начал беспокоиться, - Ты своим пустым гарканьем не спасешь его шкуру. Что, чуешь, что он принес в племя чужие запахи?
- Хрр граамега, - произнес ворон, который, несмотря на, казалось бы, птичьи мозги, быстро уловил, что хозяин вернулся каким-то другим.
- Да, омега. Мертен провел ночь с омегой, но не убил его, как я требовал, а просто хорошо провел время.
Птица в ответ что-то нечленораздельно прохрипела и, взмахнув крыльями, спрыгнула с шеста на пол, по которому тут же начала прохаживаться, поглядывая на оборотней. Витольд же опять уставился на Мертена.
- Гадай, шаман, что нас ждет сегодня. Я объявляю поход. Война начнется сейчас же!
Альфа собрал в ладони камушки, поднес их к самым губам и начал что-то тихо шептать, прикрыв глаза. Затем он раскрыл ладони и, опустив их к полу, тонко просвистел. Это был сигнал для птицы. Ворон тут же подошел и, взяв в клюв один из камушков, кинул его. Выпал рисунок - две черточки, соединенные в угол. Альфа нагнулся, чтобы рассмотреть ближе.
- Кеназ, факел. Если мы подготовимся, нам улыбнется удача, - шаман аккуратно поднял глаза на вождя, но тот даже не поменялся в лице, слушая предсказание. Хмурый и сосредоточенный, он проводил глазами гуляющего по полу ворона и снова уставился на Мертена, который, откашлявшись, продолжил, - Будет долгая битва. Великая сила будет витать над обоими племенами, и кого коснется перст богов, за тем и будет победа. Но победа не полная. Это будет начало войны. Черное племя не готово к нападению. Согласно этому знаку, боги встанут на сторону тех, кто любит и созидает, а это не мы. Мы придем искромсать их. Наша цель - истребление. Наши силы не направлены на созидание, поэтому нам нужна защита, чтобы обмануть богов, - Мертен взял камушек и положил его в шкатулку, куда кинул и остальные, - Все должны одеть эту руну… Она усиливает страсть. И если целью нашего похода сделать не убийство, а, например, похищение Давида, якобы ради любви и продолжения рода, то боги будут на нашей стороне.
- Ты полагаешь, боги не в курсе, что мы тут затеваем? - мрачно усмехнулся Витольд, - Ты много запутываешь. Или твое предсказание лживо. Я не дурак, я понял, что сегодня боги будут на стороне тех, кто отошел от войны. И это меня не устраивает. Это твоя вина, Мертен, - вождь подвинул резную каменную шкатулку и поставил ее перед шаманом, - Гадай, что с нами будет, если мы отсрочим нападение.
Мертен вздохнул и послушно повторил ритуал. Теперь выпал другой камушек. Витольд не сводил глаз с шамана. От вождя не укрылось, что оборотень вдруг занервничал.
- Ну что там?
- Турисаз. Дурной знак, - Мертен покусывал губы, - Если война будет под ним, то никому мало не покажется. Эпоха переосмысления, нужды и лишений. Это смерть, белые волчьи кости, разбросанные по полю…
- Это хуже, чем предыдущий вариант? - Витольд покачал головой, рассматривая то камушки, то растерянное лицо Мертена.
- Значительно. Это самое худшее, что может быть…
- Что ж, тогда я выступаю сейчас же, - Витольд поднялся на ноги, гневно сверкая глазами, - И ты собирайся. Это тебе не омег насиловать, посмотрим, каков ты в бою.
С этими словами вождь покинул шатер, отправившись готовить войско к нападению.
А в это время в Черном племени проходило вече. Зал был полон. На скамьях сидели Арен, Феофил, Энджи, старцы, а также Роджер и Герольд. Криан к этому моменту уже покинул мир живых, о чем вождь вспоминал с огромной тоской. Теперь вопросы приходилось решать значительно дольше, оборотням не хватало мудрости для быстрых и правильных решений.
- Так кто мог напасть на Давида? Есть версии? - Арен по привычке прохаживался по залу, практически не глядя на остальных, - И, главное, зачем?
- Запах незнакомый, я не встречал альфу в нашем племени, кто мог бы носить такой, - тихо произнес Энджи, о чем-то напряженно думая. Шаман сидел рядом с мужем, незаметно касаясь его плечом.
- Тогда это не черный оборотень. Но почему его не заметили? - вождь остановился напротив шамана, рассматривая его и невольно поражаясь, что годы никак на него не влияют. Но эта мысль была подспудной, мимолетной, которая как возникла, так и исчезла.
- Он мог изменить внешность, - омега пожал плечами, - Покрасить волосы, например.
- Волосы? В черный? - Арен сел на место, вопросительно глядя на бывшего любовника. Остальные также повернулись к Энджи.
- Покрасить рыжие или белые волосы в черный цвет не так уж и сложно. Любой шаман знает, как это делается. А у нас к тому же бывают и белокожие оборотни, со светлыми глазами… - Энджи пожал плечами, - Но это просто версия.
- Хорошая версия. Если нападавший - крашеный оборотень из другого племени, то это дело рук Витольда. Михаэль никогда бы подобного не допустил. Давид - его внук. И пусть у нас отношения не очень, но…
Арен не успел договорить, когда дверь распахнулась и в зал вошел Кайлин. Омега старался выглядеть максимально спокойно, однако его растрепанная прическа и бледная кожа выдавали его нервозность. Старший вождь молча кивнув, подошел к мужу.
- Давид очнулся, - голос Кайлина дрожал, глаза с тоской смотрели на Арена, - Я спросил о насильнике, он его не знает… Говорит, черный оборотень со странным запахом.
- Спасибо, Кайлин, возвращайся к Давиду. Не надо его одного оставлять, - Арен на мгновение опустил глаза, затем, не желая показывать, как его убила ситуация с сыном, повернулся к вече и продолжил, - Если на нас напали один раз, то нападут еще. Я объявляю тревогу. Когда придет враг, мы обязаны встретить его подготовленными. Феофил, будь рядом с Давидом, Энджи, нам нужны амулеты, Роджер и Герольд, за мной…
Арен уже вышел из зала, когда старший наследник подбежал к нему.
- Я раньше не обращал внимания на Энджи… А теперь хочу спросить.
Вождь повернулся к мальчишке, рассеяно ему кивая.
- Спросить об Энджи?
- Да, он молодой, а Феофил ему в дедушки годится, ему не противно с ним спать? - Роджер произнес это с легкой насмешкой, за которой прятался гнев.
- Энджи гораздо старше, чем выглядит, и перестань мне голову морочить, - с раздражением произнес Арен, - На нас вот-вот нападут, а ты думаешь о том, кто с кем спит. И это мой старший наследник.
Вождь пожал плечами, и зашагал дальше, раздумывая над возможным нападением врагов на Черное племя. Роджер же, поджав губы, отправился следом за отцом.
========== Глава 35. Битва ==========