Писательница для Белова (СИ)

Я сажусь на стул, достаю из сумки телефон, дрожащими руками захожу на сайт, на котором выкладываю книги. От количества уведомлений у меня кружится голова. Я открываю страницу с редактором выложенных книг и в ужасе округляю глаза. Паника накатывает, и я едва сдерживаю желание закричать.
Нет. Нет!
Такого просто не может быть! Это не моя книга! Я обновляю сайт, но роман никуда не исчезает. Он завершён. И на нём такое огромное количество библиотек, что даже мерещится, что кто-то просто использовал фотошоп.
  
— Боже мой, бабулечка родненькая, это что же такое? — испуганный всхлип вырывается из грудной клетки.
Дамир не солгал. Это на моей странице появилась книга, о которой я ничего не знала. Я быстро нажимаю на кнопку «выйти со всех устройств». Перехожу в редактор, вижу, что книгу добавили сегодня ночью.
И она продаётся. От количества продаж и прописанной в отчёте суммы я в растерянности выдыхаю. Роман о Дамире Беловом стал бестселлером.
Дрожащими пальцами нажимаю на кнопку «прекратить продажи», пишу в техническую поддержку сайта, объясняя, что произошло. Я знаю, что за пять минут я не смогу снять книгу с сайта. Как и удалить её у тех, кто уже купил роман.
— Божечки, — хнычу, когда вижу, что открыт доступ для скачивания.
Ледяной страх накатывает на меня волнами. Трясущимися от плохого предчувствия пальцами я вбиваю в поисковой строке свой псевдоним и название романа. И в то же мгновение выскакивает как минимум пятнадцать разных сайтов, на которых можно прочитать и скачать роман бесплатно. Со стоном бессилия опускаю голову на сложенные на столе руки, по щекам начинают течь слёзы.
От страха, ледяного ужаса меня сковывает по рукам и ногам. Тело становится деревянным, а мысли скачут в голове, как испуганные зайцы. Хаотично и путано.
— Токарева, Вы закончили свои эротические опусы ночью, решили на моих парах спать?
Насмешливый голос преподавателя разносится по аудитории, вызывая злорадные смешки. Я выпрямляюсь. Вскидываю глаза на преподавателя и мучительно краснею.
— Простите, — я быстро смахиваю слёзы со щёк, закусываю нижнюю губу и пытаюсь восстановить сбившееся дыхание.
Какой ужас! Весь университет знает об этом?
Я с огромным трудом дожидаюсь окончания пары, стараясь слишком не вздрагивать, когда колкие шутки преподавателя вновь и вновь касаются меня. Сжимаю пальцами край свитера, сверлю взглядом стол, глотаю слёзы. Мне очень хочется вскочить и позорно сбежать. Но я не должна пропускать пары.
Слишком тяжело далось мне поступление в университет.
Когда пара заканчивается, я первая подрываюсь с места и кидаюсь к выходу из аудитории, но голос преподавателя заставляет остановиться и отойти в сторону, чтобы пропустить усмехающихся однокурсников:
— Токарева, останьтесь.
Я медленно подхожу к столу Аркадия Семеновича, замираю, не решаюсь поднять взгляд. Нервно грызу нижнюю губу, на которой, кажется, уже не осталось ни единого живого места.
— Я не ожидал от тебя такого, Екатерина, — голос мужчины меняется, прежней насмешки я не слышу, только нотки снисходительности.
— Простите, — шепчу, с трудом разлепив губы.
— Я понимаю, что ты влюбилась в этого паршивца, — мягко говорит Аркадий Семенович, медленно огибая стол и подходя ко мне. — Но разве он стоит того, чтобы писать такие книги?
— Я ничего не писала. Это какая-то досадная ошибка, — я вскидываю на преподавателя полные слёз глаза.
— Мне можешь не лгать, девочка, — глаза Аркадия Семеновича блестят за стёклами очков, лицо блестит от капелек пота. — Я понимаю, что ты серая неприметная мышка. Но для него, милая девочка, — руки мужчины оказываются на моих плечах, он начинает поглаживать мои предплечья сквозь ткань свитера. — Он не в состоянии оценить твой острый ум, твою красоту, — Аркадий Семенович зачем-то поднимает руку, проводит по моей голове, берёт мою косу.
— Аркадий Семенович, — я делаю несколько шагов назад, коса падает мне на грудь, выскользнув из пальцев мужчины, — это какая-то ошибка. Я обязательно разберусь. Узнаю, кто это сделал.
— Семья Белова слишком влиятельна, девочка, — Аркадий Семенович достаёт платок, вытирает лоб и снова шагает ко мне. — Катюша, ты такая красивая и умная девушка, зачем тебе это нужно?
Мужчина кладёт руки мне на плечи, начинает поглаживать их большими пальцами. Хоть ткань свитера очень толстая, мне всё равно становится некомфортно. Я сжимаюсь. К горлу подкатывает тошнота. Я чувствую, какие холодные руки у преподавателя.
— Простите, мне нужно идти, — говорю дрожащим голосом, отскакиваю от Аркадия Семеновича и отворачиваюсь. — До свидания.
Я пробкой вылетаю из аудитории. Чтобы в то же мгновение в кого-то врезаться. Я отшатываюсь, вскидываю глаза и вижу лучшего друга Дамира, который всегда и везде ходит с Беловым. Я вжимаю голову в плечи, затравленно озираюсь, боясь увидеть Дамира поблизости. Но к моему безграничному облегчению молодого человека в просторном коридоре нет.
— Осторожнее, — губы парня трогает улыбка, он осторожно придерживает меня за локоть, помогая установить равновесие.
Я с изумлением смотрю на него, не понимая, почему не слышу смешков в свою сторону. Но Савелий Дубинин смотрит на меня дружелюбно.
— С-с-спасибо, — шепчу, с трудом выталкивая из себя слова.
Парень дёргает уголком губ, окидывает меня с ног до головы непонятным взглядом и уходит. А я, осознавая, что не могу больше выдерживать столько эмоций и вот-вот позорно разрыдаюсь, спешу в туалет.
Из-за того, что здесь ещё не сделан ремонт, сюда редко кто ходит. Поэтому я заскакиваю в пустую кабинку, падаю на крышку унитаза и, подтянув колени к груди, начинаю плакать.
Тусклый дневной свет еле пробивается сквозь запылённое стекло, отбрасывая слабые тени на серые облупленные стены. Здесь, в звенящей тишине старого туалета, я наконец-то позволяю себе выпустить наружу те чувства, которые захлёстывали меня всё утро. Слёзы катятся по щекам, оставляя солоноватые дорожки и пощипывая кожу. Я закрываю лицо руками, пытаясь заглушить всхлипы.
Мне кажется, что в каждой капле, стекающей с подбородка, растворяются остатки напряжения, тяжестью лежащего на сердце.
Через пять минут поток слёз иссяк, а меня просто потряхивает от напряжения. Я кладу подбородок на колени, достаю телефон и открываю страницу с книгой. Ответа от администрации сайта я пока не получила, роман всё ещё продаётся. Всего за сорок минут продалось больше тысячи экземпляров. Я прикрываю глаза, пытаюсь побороть отчаяние.
Дамир точно размажет меня по стенке. Он будет в ярости. В ещё большей ярости, чем утром.
Я смотрю на обложку. Она совершенно не походит по стилю на все остальные. «(Не) единственная для развратного». На обложке можно угадать Дамира, хоть и обработанного при помощи искусственного интеллекта. В хоккейной форме. Перед ним стоит девушка, подозрительно сильно похожая на меня, а позади него ещё три девушки. Меня бросает в жар. Я оттягиваю ворот свитера, читаю аннотацию.
«Дамир Белов — знаменитый хоккеист с ледяным сердцем. Он привык получать все, что пожелает, включая внимание самых красивых женщин. Но однажды в его жизни появляется та, кто не хочет вписываться в общую картину. Она не стремится выделиться и уж точно не планирует стать частью его личного гарема. Случайная встреча на катке переворачивает их судьбы, рождая удивительное притяжение, от которого ни Дамир, ни она не могут убежать.
Эта девушка, с виду такая обычная, оказывается источником теплоты, которая начинает растапливать крепкий лед его сердца. Однажды заглянув в ее глаза, он вдруг увидел в них отражение своей жизни, до сих пор казавшейся ему вполне полноценной. Кто бы мог подумать, что загадка такой простой девушки окажется сложнее любой спортивной комбинации?
Тем временем слухи и сплетни о новых похождениях Дамира множатся, как снежный ком. И хотя он привык не отказывать себе в женском внимании, все его мысли против воли возвращаются к ней — той, что не стремилась выделиться, но запала в душу. Теперь Дамиру предстоит выбрать, играть ли дальше в привычную игру, или рискнуть, поставив на карту все, ради шанса на настоящее чувство».