К лучшему ли (СИ)
Наблюдая, как он спокойно заводит двигатель авто, я не выдерживаю и перехожу на крик.
— Илья, выпусти меня немедленно!
Лихорадочно достаю телефон, решая кому позвонить, в полицию или Максу. Тыкаю трясущимися пальцами по экрану, попадая все время не на те контакты, как охнув от острой боли в бедре, я вскидываю глаза на Илью и на уже пустой шприц у него в руках.
— Что ты делаешь? Ты рехнулся? Что ты мне ввёл?! — круглыми от ужаса и паники глазами, я уставилась на своего бывшего жениха, который судя по его точным и решительным движениям ничуть не сомневался в правильности своих действий.
Он проворным движением выхватил у меня из рук телефон и выбросил его в открытое окно.
— Мне жаль, Маша. Но я должен это сделать.
Нет, нет, нет! Нет! Это просто не может быть правдой! Какой-то бред! Кошмарный сон! Не иначе. Но чувство тошноты и страха, сковывающие моё тело очень даже реальны.
Так, без паники! Нужно взять себя в руки. Черт возьми, как же страшно-то, а! Я должна попытаться сделать хоть что-нибудь. Время потянуть. Хотя как говорят — перед смертью не надышишься. Блин, ну не убивать ведь он везёт меня?! Он же не совсем психопат! Так, мне нужна информация, хоть какая-то. Что бы он там мне не ввёл, раньше пятнадцати минут, плюс/минус пять, действовать не начнёт.
— Илья, что было в шприце? — почувствовав усиливающуюся тошноту и двоение в глазах, сморгнув, я попыталась разглядеть его.
— Не переживай. Не от этого ты умрёшь, — глядя на дорогу, сказал так, как будто вынес приговор, который не может быть обжалован.
А мое сердце забилось ещё чаще, разгоняя по венам ту дрянь, что он мне ввёл.
Глава 32 Мария, Максим
Натужно сглатываю и отворачиваюсь к окну, силясь запомнить местность, по которой мы передвигаемся, что сделать было не так-то просто с учётом головокружение и тошнотворного состояния.
— Илья, куда… куда мы едем? — мысли начали путаться ещё больше. Почувствовав, что скоро отключусь, я торопливо заговорила: — Что ты хочешь? Ты же понимаешь, что меня будут искать и не… непременно найдут.
— Искать будут, но не найдут.
Последнее, что услышала я перед тем, как окунуться в неизвестное и пугающее забытье.
Максим
Никак не мог понять зачем ей сегодня ехать на работу. Но Мария уперлась и сказала, что до полудня отработает сама. И чтобы я за ней не приезжал. Встретимся якобы в загсе.
Без десяти двенадцать отправляю сообщение "Жду на парковке". Спустя девять минут ответа так и не последовало и SMS не прочитано.
Холодок страха и тревоги тонкой струйкой прошёлся от макушки до позвоночника, заставляя сердце сжиматься в приступе пока неясной и безымянной, ноющей боли.
Хлопнув дверью, я быстро вхожу в здание и увидев человека в форме рядом с Маргаритой, мои лёгкие мгновенно отказываются принимать воздух. Из них как будто разом жёстким и сильным ударом под дых выбили весь кислород.
Сестра Марии замечает меня и бросается с главным вопросом, а самое главное, со страхом и беспокойство на бледном лице.
— Макс, Маша с тобой? Скажи, что она с тобой, очень тебя прошу, — с мольбой в глазах спрашивает она, заламывая себе руки.
— Нет. Она должна быть здесь. Что происходит?
Рита смотрит на меня уже влажными глазами, так и не решаясь сказать самое важное. Я же с каждой долей секунды терял терпения, а моих душу и тело опутывал животный ужас от неизвестности.
— Рита! Отвечай! — прикрикнул я на неё не в силах сдержать эмоции.
— Маша, не вышла на работу. Телефон не отвечает. Один из инструкторов выдел, как она перед работой села в машину к мужчине и уехала. Здесь что-то не так. Она бы никогда так безответственно не поступила. Оставила работу. В сад я звонила, Алису она утром привела. Я сначала подумала, что она уехала с тобой, но по описанию мужчина больше похож на… на Илью.
Чёрт! Я так и знал, что он мразь каких поискать!
— Я хотела с тобой связаться, но не знала как, — продолжала сбивчиво говорить Маргарита. — Я написала заявление. Полиция уже начала поиски.
— Капитан Морозов Павел Петрович, — представился следователь. Мрачный мужик, чуть за сорокет, внимательнейшим образом весь наш разговор наблюдал за мной. — Когда Вы говорите последний раз видели гражданку Титаренко?
— Сегодня. Около семи часов утра, — ответил я капитану и не глядя на Риту, обратился к ней. — Рита, дай мне свой телефон.
Быстро вбиваю свой номер. Делаю дозвон себе и протягиваю ей телефон.
— Были ли ссоры, ругань? Может заметили странности в её поведении? Как думаете, Максим Владимирович, где она может быть?
— Скинь мне номер своей матери. Сейчас съезди, забери Алису и поезжайте к ней. Только не одна. Есть кому за тобой присмотреть? — Дождавшись её кивка, я продолжил отвечать на вопросы капитана, хоть они меня изрядно подбешивали, особенно его подозрительные взгляды. Но стоит отдать должное его хватке, раз меня он уже знал. — Ссор не было. Всё было нормально. У меня на телефоне стоит программа слежения её сотового.
Открыв приложение, не обращая внимания на удивлённые выражения лиц, я жадным глазами впился в точку на экране смартфона.
— Около двух километров от сюда. Пожарского, 213. Я поехал, — уже на выходе бросил я.
Запрыгивая в машину, увидел, что капитан Морозов увязался за мной. Выруливая на оживленную улицу, я проклинал обеденные пробки и всех жителей южного города.
Маша! Машенька моя! Потерпи немного, я обязательно тебя найду. Где бы ты не была.
Да уж, прошлый раз я искал её больше трех лет.
Нет, черт возьми! Это совершенно другая ситуация. И сейчас я не об этом должен думать. Мне нужно прочь гнать эти мысли.
Я всегда старался держать свои эмоции в узде. Считал, что только трезвый ум и холодная голова способны решить любую проблему с наименьшими потерями или вовсе с отсутствием таковых. Но как быть сейчас, когда кровь в жилах стынет и внутренности выкручивает наружу только при мысли о том, что эта мразь рядом с моей Машенькой. А подумать, что он может с ней сделать за то время пока я её ищу, вызывают у меня слепую ярость и судорожную боль в каждой мышце.
Стискиваю руль до ломоты в суставах и прошу кого-то там, наверху, чтобы с ней все было хорошо.
Я никогда не верил в Бога. Но, мне кажется, что среди страданий и отчаяний каждый начинает искать Его. И просить…
— В каких они сейчас отношениях? — услышал я голос капитана сквозь поток мрачных мыслей. Поймав мой взгляд, он добавил: — Как они расстались?
— Скорее плохо, — сказал я, вспоминая последнюю нашу встречу с этим гусем.
— А какие у Вас с Марией отношения?
— Она не могла к нему вернуться по доброй воле. Это исключено, — сквозь сжатые зубы ответил я, с трудом сдерживая злость.
— Я бы на Вашем месте не был так уверен. По словам свидетеля, она сама села в машину. Это, конечно, не доказывает её добровольного жеста, но все же есть над чем подумать.
— Она пошла в парк, — сказал я, отмечая перемещения на экране телефона.
В парке ее телефон найти было несложно. Телефон, но не Марию.
Как выяснилось, её мобильный подобрал подросток вблизи её работы, на парковке.
Твою мать! И в телефоне нет никакой полезной информации. Там ведь переадресация стоит на мой номер.
— Вы квартиру его проверяли? На работе были? — громче, чем следовало спросил я, тщетно пытаясь успокоить свои нервы.
— По нашим данным Илья Колосков в командировке со вчерашнего утра в Краснодаре. Ни дома, ни на работе его нет. Звоните как только что-то будет известно, — протягивая мне визитку, сказал следователь. — И никуда не уезжайте из города, — добавил уже уходя.
Вот дьявол!
Так, спокойно! Надо действовать! Как можно быстрее.
Дрожащими руками нажимаю на вызов безопасника, строя план поисков в голове.
— Слушаю, Максим Владимирович, — отвечает со второго гудка бывший следак.
— Игорь Петрович, сею секунду надо узнать все об этом Колоскове Илье. Все связи: родственники, друзья, знаковые. Все, что касается недвижимости. Где он может прятать и удерживать человека. В первую очередь заброшенные дачи, дома и так далее. Как можно быстрее.