К лучшему ли (СИ)
Черт! Как же я устал от неё! Она заполняет собой все без остатка. Надёжно поселилась в моих снах. Не выходит из моих мыслей. Пробралась мне под кожу. Проникла в самое сердце. И свалила…
Да свалила так, что я уже больше трех лет не могу её найти. Больше трех лет… Время вроде лечить должно, а уже хочется сдохнуть от этих процедур. Но оно день за днем не стирает из памяти её образ, хрупкую фигурку, голос, очертания губ и взор зеленых глаз. А мое сознание только подливает масло в огонь, подкидывая фантазии и рисуя картины всего того, что хочу с ней сделать.
Я хочу получить именно её. И только её! Но пока это невозможно. А то, что есть не вызывает высшую степень упоения и кайфа. Я же хочу иметь лишь её! И эта мысль порождает чувство неудовлетворенности жизнью. Она ушла и забрала с собой все краски наслаждения и удовольствия. Оставила мне безвкусную серость и пустоту, которую ничем не заполнить. Я знаю. Пробовал. А постоянное чувство неудовлетворённости уже давно сделало меня раздраженным, озлобленным, ожесточённым и разочарованным.
Ну ничего! Как только я её найду, она мне за всё ответит и заплатит по всем счетам! И лишь осознание этого не даёт мне вконец опустить руки. А я её обязательно найду. По-другому быть не может. И тогда самое главное не сорваться и не придушить маленькую зеленоглазую ведьму на месте! А всласть и вдоволь насладиться объектом моего воображения. Ожидание же только сильнее возбуждает предвкушение желаемого.
Порывисто поднялся, взглянув на время, и направился в душ.
— Максим Владимирович, — приоткрыла дверь секретарь Юлия Викторовна в мой кабинет и тихо сказала, — К Вам Игорь Петрович. Говорит по важному делу.
Кивнув головой, приглашая войти, я отодвинул бумаги и ноутбук. Встал, пожимая руку нашего безопасника, и указывая на стул поинтересовался:
— У нас проблемы?
Игорь Петрович, здоровый мужик, чуть за пятьдесят, бывший следак и завидного ума человек дела. Не спеша пожал руку и, размеренно двигаясь, сел на стул, положив перед собой на стол темно зелёную папку.
Взглянув на папку, и подумав, что зелёный цвет не сулит мне ничего хорошего, меня охватило предчувствие чего-то тревожного, мучительного, но неизбежного.
— Это Вам решать, Максим Владимирович. — бывший следак посмотрел мне в глаза прямым и равнодушным взглядом, продолжил, — Мы её нашли.
Я застыл. Не мог оторвать глаз от, жгущей взгляд и руки, папки. Страшился и одновременно жаждал взять её в руки и впитать каждую букву в себя, несущую информацию о ней.
— Всё это время она с матерью жила в Болгарии. Та вышла замуж и почти сразу увезла дочь с собой. Полгода назад она переехала в Сочи. А три недели назад Мария официально устроилась в спортивный центр администратором.
Никак не мог понять, почему всю грудь и лёгкие сжимает, будто сверху придавило бетонной плитой. Пока не дошло, что я задыхаюсь. Резко и нервно вздохнул. Но легче почему-то не становилось.
— Что-то еще? — голос прозвучал грубо и глухо.
— Да. У неё есть дочь. Скоро будет 3 года. И… — он кинул взгляд в мою сторону. Так, я не понял, он что, сейчас с жалостью на меня посмотрел? И каждый час все новой гранью сияет слово охху…ренеть! — Позавчера она подала заявление в загс на регистрацию брака. Вся остальная информация подробна изложена здесь, — пододвигая папку, добавил Игорь Петрович, — Будут ещё распоряжения?
Что я там говорил, про бетонную плиту? Бляяя. ь! Сууу. ааа! Вот сейчас меня накрыло лавиной снега, а сверху придавило айсбергом. Кровь в жилах застыла и заиндевела каждая клетка моего тела. А душу до кроев наполнили жидким азотом. Она наполнила…
Вот как можно быть такой маленькой бессердечной чертовкой?! Неужели ты так легко забыла обо мне? Ну так, я напомню!
Выныривая из леденящего душу оцепенения, я подскочил, попутно отмечая, что бывшего следака и след простыл, распахнул дверь в приёмную, нетерпеливо и резко сказал:
— Срочно один билет до Сочи, ближайший рейс!
Вернувшись, к себе в кабинет, я уже ни о чем другом не мог думать! Торможение сменялось неудержимым гневом и желанием крушить все. В первую очередь свернуть её шею!
— Максим Владимирович, а бизнес-класса нет, — в приоткрытую дверь сказала секретарша.
— Юля, да любой! — рявкнул я.
Она вздрогнула и пролепетала:
— Т-тогда сегодня в час дня.
Посмотрев на время и собираясь на ходу, выдаю ей все распоряжения.
— Номер в отеле на неделю забронируй. Арендуй машину. Все пришлёшь на почту. Меня пока не будет, если что, я на связи.
Ближе к вечеру, я уже сидел у её дома и на сотый раз листал содержимое ненавистный папки. Мысли разрывали мой мозг.
Значит, в августе она была уже беременна. И тогда, в наш последний телефонный разговор знала ли она об этом? Не поэтому ли она интересовалась Женькой? И если знала, то почему ничего не сказала? Девочка ведь его. Это ясно, как божий день. Со снимка в моих руках смотрела маленькая улыбающаяся синеглазая красавица, очень похожая на мать. Коричневые волосы обрамляли её личико в форме сердечка, а на пухлых щечках играли ямочки. Веселье и безмерная детская доверчивость читались в её синих искрящихся глазках.
В горле образовался ком, мешающий дышать и здраво мыслить.
У Женьки есть ДОЧЬ! А он ни сном, ни духом…
Она вышла из подъезда и прямиком направилась к черному седану, который по всей видимости ждал именно её.
Я узнал Марию за сотую долю секунды. Всё моё естество кричало, что вот ОНА! Та, которую ты так долго искал! Что же ты сидишь? Почему ничего не делаешь? Но я, с мазохистским наслаждением, оттягивал самый важный момент. Момент нашей встречи, долго и с нетерпением ожидаемой. Стиснув зубы до скрежета и руки на руле, услышал противный скрип кожаной оплетки рулевого колеса и тронулся следом за ней.
Вечера в Сочи в марте ещё довольно прохладные. Она же была одета слишком легко и при полном параде. Неужто собралась на свидание со своим женишком? Ну-ну.
Через двадцать минут мы подъехали к ресторану "Блажь". Хмыкнув про себя, даже не удивившись такой предсказуемости.
Наблюдая, как гусь, придерживая её за руку, пропускает первой войти в здание, я ощутил как кровь начинает закипать, а дыхание учащается. Зверь внутри меня на стремительно растущем адреналине, подгоняемый злостью, гневом и ревностью жаждал крови. Заставляя себя успокоиться и призывая на помощь всю свою выдержку, я просидел ещё минут десять в машине, прежде чем пойти за ней.
В зале было полно свободных мест. Я сел по диагонали от столика, за которым сидела моя Маша.
— Добрый вечер, — поздоровалась девушка официантка, подойдя бесшумно.
— Двойной эспрессо и воду, пожалуйста, — не отрывая взгляд от моего объекта, бросил девушке.
Смотрел ей в спину и не мог отвести взгляда. Как же я скучал!… За что ты так со мной, ведьма маленькая? Приворожила, околдовала, очаровала и сбежала, бросив подыхать в тоске, уныние и меланхолии. Что же ты делаешь со мной? Она стала ещё красивее! Синее платье до колен с неглубоким вырезом на шее ей шло донельзя, выделяя, подчёркивая, но не показывая её грудь и тонкую талию. Тёмные волосы волнами струились по плечам и спадали на спину. Она сидела расслаблено, слегка наклонив голову вбок, тем самым чуть больше обнажая изящную шею. Мягко и кротко улыбалась гусю. Милая моя девочка, последний раз ты ему улыбаешься.
А гусь, кстати, так себе. Я, конечно, не эксперт в мужской харизме и красоте, к счастью. Чуть старше меня, выглядит довольно солидно. Так что там в досье на него было? Тридцать пять, своя небольшая айти компания. Колосков Илья. Родился и вырос в Сочи, учился в Питере.
Бля. ть! Вот если он ещё раз так на неё посмотрит, я выбью ему глаз! И зубы, чтобы не скалился. Честное слово!
Тем временем гусь уже который раз косит на меня свой, пока ещё целый, глаз. Наклонился ближе к Марии и кивнув в мою сторону, что-то ей сказал. Она замешкалась и повернулась ко мне, встречаясь со мной взглядом. Я видел, что она не сразу узнала меня. Ну да, я немного изменился, тогда я не носил бороду. Скользила по мне зелёными глазами, вызывая дрожь, жар и томление во всем моём, многострадальном без неё, теле. В первые секунды, как только Мария поняла, кто перед ней, уголки её губ дрогнул и в улыбке. Но как только она пристальное и внимательнее посмотрела в мои глаза, не знаю, что там она конкретно увидела, дернулась, как от удара. Порывисто отвернулась и опрокинула на столе бокал с вином.