Оборотень с границы (СИ)

— Помню, — задумчиво проговорил я, догадываясь, что случай действительно наш. Немного помолчал и решительно бросил в трубку. — Сейчас попробую приехать, ты где?
— Вокруг его загородного дома шатаюсь, адрес квартиры тоже есть, но общаться со мной отказались категорически. Прикинь, охранное агентство тоже рассчитали, на воротах меня встретили две милые красотки с такими ледяными взглядами, что я даже позабыл оценить другие их достоинства. Еще парочку я заметил на территории. И кроме того, похоже, тут еще и собаки есть. В общем, приезжай, будем думать, что делать. Сейчас смской адрес сброшу.
— Не, не поеду, — ответил я, прикидывая, что сегодня мы все равно ничего сделать не сможем. — Давай лучше завтра с утра пообщаемся с заказчиком. Договорись о встрече, а мы с тобой перед этим пересечемся и все обсудим.
— Как скажешь, — легко согласился Мирон. Он, в принципе, редко спорил со мной, признав свою роль ведомого в нашей компании, предпочитая делать, а размышления и разговоры оставлять на откуп мне. — Я тогда здесь пошарюсь, может еще что любопытное увижу.
— Чистой КСП тебе, и опасайся Индуса, — пафосно попрощался я с Мироном, и мы расхохотались. Было еще одно обстоятельство, которое позволило нам достаточно быстро сдружиться и начать доверять друг другу. Мироха, как и я, был пограничником. В прошлой жизни. Охрана границ у любого нормального государства поставлена на серьезный уровень. Кто-то строит стены от нежелательных гостей, кто-то расставляет мины и пулеметы, а у нас в стране окраинные рубежи просто охраняли профессионалы. Причем погранвойска настолько быстро превратились в серьезную силу, что какое только серьезное ведомство не пыталось включить их в свой состав.
В истории пограничников были и Министерство финансов, и всесильный Комитет государственной безопасности, до этого НКВД, после ФСБ, хотя нам самим всегда было ровно на это. Граница от названия вывески сильно не менялась. Лет пятнадцать назад погранслужба в очередной раз в своей истории получила независимость. Шумных торжеств по этому поводу не устраивали, прекрасно понимая, что в этом мире все подвержено переменам. Но вздохнули посвободнее, а потом я решил, что с военной службой пора завязывать. Стало слишком трудно проходить медкомиссию, и даже наличие хороших друзей уже не спасало.
Так что, получив честно заработанное пенсионное удостоверение, я с легким сердцем отправился покорять гражданский мир, без ограничений, запретов и всяких разных уставов, инструкций, наставлений.
Хотя старая жизнь все равно не отпускает, потому что бывших пограничников не бывает. Между прочим, контрольно-следовую полосу, сокращенно КСП, не боронят уже лет двадцать совсем нигде. Технологии давным-давно не стоят на месте. А Индусом, кстати, звали собаку самого известного пограничника Карацупы. Нарушителей ловил пачками, из-за чего вполне заслуженно и стал легендой людей в зеленых фуражках. Правда, ходят слухи, что на самом деле, песиков в течение службы хозяина было три или четыре, просто их звали одинаково. Но это уже совсем другая история.
Полицейские уже успели покинуть наше прекрасное заведение, а официантки с поварами восстанавливали порядок в зале. Бизнес никогда не замирает.
Вячеслав Геннадьевич был совсем не против моей завтрашней отлучки. Складывалось впечатление, что он вообще мечтает меня уволить и больше никогда не видеть. Так-то наш директор, в целом, мужик не плохой, но трусоват. Что есть, то есть. И поэтому он не любил решать проблемы, а предпочитал бегать от них, а избавиться от меня для него лично смотрелось самым идеальным решением.
Одна беда, еще больше, чем потенциальных проблем со мной, он боялся конфликта с официальными органами, и поэтому наверняка обратил внимание, как вольготно я общался с целым полковником госбезопасности. А вдруг мы друзья? Поэтому проще поступить как обычно, сунуть голову в песок и сделать вид, что ничего не было. А там глядишь и само рассосется.
Дальше все в ресторане катилось по накатанной колее. Директор покрутился по залу, заглянул на кухню, взгрел посудомоек и, чуть ли не расцеловав меня от нахлынувших эмоций, поехал снимать стресс от переживаний. Шушуканий в ресторане прибавилось, но ко мне никто с разговорами не лез, что меня более чем устраивало.
 
Дневная смена отработала без эксцессов, в красках за перекуром пересказала утренние события ночникам и отбыла домой, к семьям. Я прошелся еще раз по объекту и уже начал прикидывать, во что одеться вечером, как напомнил о себе молчавший весь день мобильник.
Неее, даже смотреть не буду, кто звонит. У меня впереди чудесный вечер, который я не хочу испортить.
  
Глава 3
 
Я знаю, что это лишь сон. Одна и та же картинка, намертво засевшая в памяти. Она то прячется где-то в глубине, то снова начинает напоминать о прошлом. Но даже осознавая нереальность происходящего, я снова и снова начинаю бояться. Я бегу, каждый раз зная, что сейчас будет выстрел. Я могу до сантиметра воспроизвести положение своего тела, точно знаю, куда ударит пуля, и что я почувствую. Вот только изменить ничего не могу. И я бегу навстречу неизбежному.
Рядом хрипит, нагруженный рацией с запасными батареями, Валера. Немного отстал Серега. А впереди чернеет силуэт уходящего от преследования нарушителя. Опушка леса все ближе и ближе, вот он, знакомый поворот тропинки. «Не беги туда!», — надрывается мозг, уже зная, что произойдет дальше…
Выстрел! И я проснулся…
Как говаривал один известный в узких кругах мазохист, «утро всегда прекрасно!». Причем надо пояснить, что этот чудик имел обыкновение вставать каждый день в пять часов утра независимо от дня недели и времени года. Когда-то во времена тяжелого детства он прочитал умную книгу о продуктивности раннего подъема и с тех пор упорно следовал этому правилу.
Проблемы начались тогда, когда он осознал, что для столь раннего подъема надо и спать ложиться не очень поздно. А это уже сложно. Ибо спать хочется даже роботу-пылесосу, по крайней мере, чтобы батарейки подзарядить. Юноша был развит не по годам, поэтому упрям как баран и еще больше самоуверен. Года три он прожил в режиме сна сразу же после программы «Спокойной ночи», а потом внезапно узнал, что по ночам тоже есть жизнь. Пивные бары, танцевальные клубы, да и много других интересных мест, отчего-то не работающих днем. Это его смутило, но не сломило, и он продолжал познавать дзен раннего подъема. Через некоторое время он познакомился с девушкой, которая очень обиделась, получив отказ на предложение провести вместе ночь. Ибо чудики ложатся спать не позднее десяти вечера, даже если кто-то утверждает, что слово «чудак» написано с ошибкой.
А потом он поехал в Китай, узнал, что такое биологические часы у человека, их индивидуальность, и понял, что не все книги одинаково полезны. Попытался начать жить заново, но девушка уже вышла замуж, а фейс-контроль в танцевальные клубы с кислым лицом пройти трудно. И начал наш герой медленно, но, верно, спиваться в барах, засыпая где-то под забором только утром, которое всегда прекрасно.
Рассказанная кем-то однажды эта история произвела на меня такое неизгладимое впечатление, что всю последующую жизнь я очень старался не испортить себе утро. Искал работу возле жилья или жилье возле работы, если не успевал лечь до полуночи, то делал все, чтобы лечь в полдень. В общем, вел исключительно здоровый образ жизни, чтобы не стать похожим на чудика, героя столь печальной истории.
Но когда мне снится этот сон из прошлого, я всегда сплю плохо… И взглянув на часы поутру, пришлось признаться самому себе, что проспал. С треском!
Нашарив на прикроватной тумбочке телефон, я понял, что уши мои должны гореть, а причиной пробуждения стала икота. Потому что Мироха звонил уже раз десять, причем последний раз минут двадцать назад.
Блин, неудобно-то как…
— Опять вся квартира воняет, — раздалось из кухни. — Здесь вообще-то люди живут, им для жизни чистый воздух нужен.