Оборотень с границы (СИ)

— Я догадываюсь, — пришел на помощь Гамзат, заметив мое смущение. — Иначе в поездке сюда не было бы никакого смысла. Так что именно тебя беспокоит?
— Кольцо, — выдохнул я, чувствуя себя глупо и отчего-то начиная понимать, что реальной помощи здесь, видимо, я не получу. — Так получилось, что внутри меня оказалось кольцо ведьмы Анны Харт. Оно противно моей природе и хочет вырваться наружу, что запросто может убить меня. Помогите мне, уважаемый Гамзат, я не знаю, что делать.
— Ты прожил много лет, Андрей, — негромко, но неожиданно твердо ответил бывший мулла после долгой паузы, глядя мне прямо в глаза. — Но я вижу, что мало чему научился. Ты так и не понял свою сущность, а не разобравшись в этом, ты не можешь знать точно, что опасно для тебя, а что нет.
— Моя сущность принесет только зло и несчастья, — также твердо ответил я. — И мне кажется, что этого достаточно для ее понимания.
— Почему? — опять улыбнулся Гамзат. — Тебе точно известно, что будет именно так?
— Потому что я стану зверем и перестану быть человеком!
— Это не твои слова, — покачал головой собеседник. — И ты не знаешь, истина это или нет.
— Я не могу контролировать свою сущность, — упрямился я.
— Андрей, ты живешь со зверем внутри уже много-много лет. С чего ты взял, что у тебя не получится удержать его в узде? — голос Гамзата журчал, как горный ручей.
— Можно мне закурить? — в горле у меня внезапно пересохло, перед глазами встала знакомая картина, случившая давным-давно и не один раз повторенная во сне. Тот самый злосчастный день из очень далекого прошлого. Дня, завершившего прошлую жизнь и начавшую новый отрезок моего существования.
Хорошо живет на свете Винни-Пух!
От того поет он эти песни вслух!
Хорошо живет на свете Винни-Пух!
От того поет он эти песни вслух!
Повторение этих двух строчек из знаменитого мультика помогало мне не сбить дыхание во время бега. Хотя, о каком дыхании я говорю? Мы бежали по скользкой тропе уже почти час, и воздуха в легких, казалось, не осталось в помине.
Если верить нашей самой лучшей на свете собаке по кличке Рекс, то нарушитель государственной границы СССР, как видно, перепутал направление, и теперь не уходил вглубь нашей территории, а фактически шел вдоль «ленточки». Еще немного и он забежит в зону ответственности соседней пограничной заставы. Тогда, может быть, обстановка станет полегче. «Соседей» наверняка уже подняли по тревоге, когда поняли, что враг идет в их сторону, а ребята там грамотные, дырок в заборе не оставят.
Хорошо живет на свете Винни-Пух!
От того поет он эти песни вслух!
Я служил в погранвойсках сверхсрочником уже второй год, но таких сложных задержаний пока не случалось ни разу. Как правило, все происходило по отработанной десятилетиями схеме. Срабатывание сигнализации на рубеже основных инженерных сооружений, либо обнаружение следов на контрольно-следовой полосе, подъем заставы по команде «В ружье!», и максимум через пару часов нарушитель с почетом привозился к воротам КПП. Нет, бывали, конечно же, и особо хитрые товарищи, но все равно поиск надолго не затягивался.
А этот деятель оказался особенно ушлым и шустрым. Он не просто шел с сопредельной стороны, надеясь на удачу, а следовал грамотному плану, в котором были учтены и два ряда колючей проволоки, и десятиметровая контрольно-следовая полоса, и, кажется, даже время выдвижения по сигналу тревожной группы. Судя по всему, через забор он перелез строго после того, как наш наряд проверил местность и пошел дальше вдоль сигнальной системы. В довершение всего перечисленного, на нарушение границы этот умник решился днем, сломав шаблон, согласно которому, все неприятности, как правило, случаются ночью.
И казалось, что все у него получится, но жизнь всегда гораздо сложнее, чем самый продуманный план. Вернее, хитрее оказался наш начальник заставы, капитан Леонтьев Григорий Данилович. Он еще год назад убедил начальство, что после очистки приграничной полосы валежник надо не сжигать, а частично складировать с обратной от границы стороны дороги. Ссыхаясь, ветки превращались не только в труднопроходимый бурелом, но и своим треском были вполне способны перебудить половину округи, что, собственно, и случилось.
 
Наш нарушитель, пробежав через дорогу, на всех парах влетел в царство сушняка и, не ожидая такого подвоха, создал столько шума, что мы услышали его сразу. И, естественно, рванули на задержание. Две красные ракеты в небо выпустить тоже не забыли.
Хорошо живет на свете Винни-Пух!
От того поет он эти песни вслух!
Ветки хлещут по лицу, сил на то, чтобы поднять руки для защиты от них уже не остается. Догоним, загрызу зубами! Я даже и подумать не мог, что способен бежать так быстро и так долго.
Тропа постоянно виляла между деревьями, поэтому приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не зацепиться сапогом за какой-нибудь корень. Потому что, если упаду, то не факт, что уже встану.
Лес кончился внезапно, мы выбежали на опушку и оказались на краю обширной поляны метров двести в диаметре. Тропа шла наискосок, и наш пес уверенно рванул по ней вдогонку за нарушителем.
Выстрелы раздались неожиданно, в тот самый момент, когда устал настолько, что не то, что не ждешь какой-то бяки, а даже не задумываешься ни о чем подобном. Видимо, наш противник тоже замаялся и решил все-таки вступить с нами в перестрелку, понимая, что уйти не получится. Или просто хотел выиграть себе немного времени на передышку.
Взвизгнул Рекс, закрутившись на земле, заматерился Серега, кидаясь куда-то в сторону.
От неожиданности я даже не понял, что случилось, когда неведомая сила ударила меня в грудь и швырнула на землю.
— Андрюха, что с тобой? Ты ранен? — склонился надо мной младший наряда Валерка. — Подожди, я тебя сейчас перевяжу.
Рядом раздалась длинная автоматная очередь.
— Стой, падла! — заорал Серега, высадивший, судя по звуку, весь магазин одной длинной очередью.
— Валера, все в порядке, — я перехватил руку товарища с зажатым перевязочным пакетом. — Я сам! Вы эту гадину не упустите!
— Да я сейчас, быстренько, — суетился Валера возле моего тела.
— Догнать! — прохрипел я из последних сил. — Не дайте ему уйти!
Валера растерянно посмотрел на меня, но я с силой оттолкнул его, и тогда они с Серегой рванули дальше по тропе. Я откинул голову на траву и закрыл глаза. Последние силы ушли на приказной хрип. Топот сапог стих, и я остался один.
Я чувствовал, как жизнь толчками выходит из меня вместе с пульсирующей кровью, но не мог заставить себя хотя бы прижать бинт к ране. Я открыл глаза и молча смотрел, как стремительно бегут по небу облака. А ведь столько планов было… Было…
«Медвежонок», — раздалось у меня в голове. — «Тебе больно?»
Галлюцинация? Я почувствовал, что тело трясет от холода. Вроде так бывает при большой потере крови, что-то подобное говорили на занятиях по медицинской подготовке.
«Ну как же ты так?» — опять раздался в голове у меня грустный голос. Вот теперь я точно поверил, что умираю. Никак иначе объяснить звуки в голове я не мог. Рядом со мной послышалось какое-то шуршание, но я был не в состоянии повернуться, чтобы увидеть источник шума. Меня накрыла чья-то большая тень.
Я закрыл и опять открыл глаза. Хотелось заорать от ужаса, но сил не было даже на то, чтобы просто открыть рот. Облаков больше видно не было, потому что прямо надо мной нависала туша огромного и абсолютно черного медведя.
Косолапый наклонил морду ближе и тронул меня лапой. А потом внезапно лизнул лицо своим шершавым языком. Все тело сковал ужас, из-за которого, как мне показалось, исчезла даже боль в месте ранения.
— «Не бойся», — раздался голос у меня в голове. — «Ты не умрешь!»
Наверное, я все-таки потерял сознание, потому что когда я пришел в себя, то медведь был уже в метрах пяти от меня и когтями царапал толстый дуб на опушке.