Оборотень с границы (СИ)

Ну ладно, надо хотя бы выяснить, что этому чудаку от меня понадобилось.
— Хорошо, внимательно вас слушаю, — и с комфортом усевшись напротив загадочного визитера, я изобразил дебиловатую улыбку.
— Давайте сначала познакомимся, — немного торжественно произнес мужчина, по-прежнему пристально глядя мне в глаза. — Меня зовут Альберт фон Фолькштайн, я родился очень далеко отсюда, но долгие годы живу в данном городе. Так сложились обстоятельства.
— Очень трогательно, — выдавил я из себя улыбку. — А меня зовут Андрей. И я не понимаю, к чему мне знать вашу биографию.
— Я знаю ваше имя, — кивнул Альберт. — Мои люди собрали о Вас некоторую информацию. Правда, ее крайне мало, и она очень противоречива. Вам тридцать пять лет, родились в Европе, затем жили в Восточной Пруссии, там же закончили русскую школу.
— Вообще-то, Калининград уже давно никто не считает Восточной Пруссией, — не удержался я от реплики. Цитирование моей биографии немного меня напрягало. Кроме того, по спине опять пару раз пробежал непонятный холодок и мне почему-то казалось, что такое ощущение напрямую связано с Альбертом.
— Может быть, — легко согласился мой собеседник, — но мы об этом как-нибудь потом поговорим. — Сейчас разговор о Вас. Школа, после нее военное училище, служба, внезапное увольнение… Кстати, почему Вы решили уволиться?
— Скучно стало, — пожал я плечами. — Очень большое количество начальников утомляет.
— Возможно, возможно, — задумчиво кивнул Альберт. — Последние шесть лет Вы работаете в данном заведении. Здесь веселее, чем на службе?
— Относительно севера здесь юг, — туманно ответил я. — Все познается в сравнении, свои плюсы есть и там и там, минусы тоже. Мне нравится, и это главное.
— Ну да, ну да, — опять закивал Альберт. — Про семью данных нет, сейчас живете один. Тоже скучно было от семейной жизни?
— Представьте себе, — я ухмыльнулся. — Потенциальные жены совсем не интересовались техникой оригами, и моя тонкая душевная организация никак не могла такого вынести.
К нашему столику подошла старший менеджер с подносом. Громадным усилием воли я сделал вид, что ничего необычного не происходит, так, абсолютно привычная картинка. С тех пор, как Виолетта всеми правдами, неправдами и другими местами получила эту должность, я в жизни не видел, чтобы она хотя бы кофе клиенту подала. Она считала себя намного выше такого. А тут с самой милой улыбкой расставляет на столе чайники с чаем и чашки.
— Неплохо, — благосклонно кивнул Альберт. — Вот только я буду эспрессо. А Вы, Андрей?
— Вообще-то нам запрещено принимать пищу с гостями, — попытался я отказаться, но мой собеседник прервал меня.
— Я думаю, что никто не будет особо против. Девочка, два эспрессо. И побыстрее.
Виолетта покраснела как рак, она уже отвыкла от такого обращения, и было видно, что вспоминать особо не стремится. Я дождался, пока девушка удалится от нашего столика, и задал главный, как мне казалось, вопрос:
— Что Вам от меня надо? К чему подробности моей биографии и зачем вообще вы мне это рассказываете?
Альберт посмотрел на меня с недовольным видом.
— Знаете, молодой человек, я очень не люблю, когда меня перебивают. Но, учитывая Ваше военное прошлое и нестандартность ситуации, в которой Вы оказались, я Вас прощаю, — мой собеседник не обратил внимания на мою ухмылку и продолжил. — Ну что же, уважаемый Андрей, я архимаг Желтого круга Альберт фон Фолькштайн, имеющий право говорить от лица Верховного совета, предлагаю Вам вступить в наши ряды.
— Мужик, ты часом не перегрелся? — сказать, что я обалдел от такого предложения, это ничего не сказать. — Пойми меня правильно, все могут сходить с ума по-своему, кто-то хочет масоном стать, кто в религиозной секте зажигает. Но у меня своих дел выше крыши, на ваши игрушки времени нет.
Мне показалось, или в глазах собеседника сверкнуло изумление? Он явно ждал какой-то другой реакции. Альберт задумчиво поднял крышку чайника, заглянул внутрь, а потом опять вонзил в меня свой неприятный взгляд. По спине опять потянуло холодком.
 
— Простите, Андрей, — начал говорить мой собеседник, причем, казалось, что он с трудом подбирает слова. — Вы очень необычный молодой человек и я допускаю, что мое предложение прозвучало для вас несколько неожиданно, но позвольте мне рассказать про ваши блестящие перспективы. Ваша жизнь перевернется! У вас такие ярко выраженные способности к ментальному сопротивлению, что вы можете стать одним из величайших людей на планете!
— Уважаемый Альберт, — в тон ему ответил я. — У меня действительно мало времени. Я никогда не слышал ни про какие круги Света, я вообще материалист до мозга костей и в магию верю не больше, чем в существование Хогвартса. Поэтому давайте сделаем вид, что вы ничего не говорили, а я ничего не слышал, посидим, выпьем кофе, а потом я вам такси вызову. Меня абсолютно не интересуют любые самые блестящие перспективы, нам вот зарплату подняли в прошлом месяце, так что смотрим в будущее с оптимизмом.
Вот теперь мне точно не показалось. Мой собеседник был серьезно изумлен, причем теперь эти эмоции у него на лице прочитал бы даже ребенок.
— Но позвольте… — начал было он и замолчал, глядя на приближающуюся к нашему столику девушку. Виолетта несла нам кофе, причем с таким выражением лица, что я всерьез начал опасаться, что она просто выльет его нам за шиворот. Или уже банально плюнула в чашки. От души! Так сказать, чтобы вкуснее было.
— Андрей, — наблюдая за тем, как старшая менеджер буквально швыряет на стол чашки, сахарницу и ложки, внезапно спросил Альберт. — Вы не против, если я продемонстрирую Вам, о каких способностях идет речь?
— Было бы любопытно, — благосклонно киваю я, пододвигая к себе вазочку с цукатами.
Мой собеседник тоже кивает, затем легонько трогает Виолетту за руку, привлекая ее внимание.
— Простите, Вы давно здесь работаете? — вкрадчиво спрашивает он у девушки.
— Пять лет, — цедит та сквозь зубы, явно не желая вступать в беседу.
— А у Вас когда-нибудь возникало желание доставить моему другу удовольствие оральным способом? — кивает на меня Альберт, улыбаясь как можно более доброжелательно.
— Чего??? — щеки Виолетты стремительно краснеют, впрочем глаза у нее тоже наливаются кровью. — Вы что несете?
— Ну как это сейчас называется у молодежи? — Альберт запнулся и продолжил. — Вы хотели когда-нибудь сделать Андрею минет?
— Да я сейчас… — от возмущения девушка поперхнулась воздухом, а мой собеседник, не обращая внимания на ее недовольство, лекторским тоном говорит, обращаясь уже ко мне:
— Вот смотрите, Андрей, это обычная реакция обычного человека в обычной ситуации. А теперь позвольте, я продемонстрирую Вам немножечко магии.
И он щелкает пальцами перед лицом девушки.
— Молчать! — жестко произносит он, и наша самолюбивая гордячка замирает, как кукла, вытянувшись наподобие оловянного солдатика.
— Ты будешь делать всё, что тебе приказываю я или мой друг. Это понятно? — Теперь голос Альберта становится каким-то вальяжным, мне кажется, что он испытывает удовольствие от происходящего.
— Как Вам будет угодно, — а голос Виолетты, наоборот, становится безэмоциональным.
— Сейчас ты встанешь на колени и попросишь у Андрея разрешение доставить ему удовольствие, — вот сейчас улыбка моего собеседника показалась мне мерзкой.
— Как Вам будет угодно, — повторила девушка и, сделав шаг, начала опускаться на пол.
— Стоп! — я подхватил Виолетту под локоть. — Эксперимент закончен.
— Как скажете, — равнодушно махнул рукой Альберт и щелкнул пальцами перед лицом девушки. Виолетта недоуменно хлопнула глазами и дернулась у меня в руках.
— Ты чего меня лапаешь? — а вот и привычный хабалистый тон вернулся. Нее, она, конечно, тварь еще та, но привычная. А вот на все согласная кукла механическая как-то не внушает мне особо доверия.
— Виолетта, — я аккуратно отпускаю девушку. — С тобой все хорошо? Ты чего падать начала? Голова закружилась?