Оборотень с границы (СИ)

  
Оборотень с границы
   
Пролог
 
Все персонажи данной книги выдуманы автором.
Все совпадения с реальными людьми, нелюдьми, а также тварями, считающими себя людьми, абсолютно случайны. Аналогии с местами, учреждениями, любыми происходившими ранее или происходящими в настоящее время событиями — не более, чем плод фантазии. А если что-то подобное случится в будущем, то автор будет гордиться, что Провидение тоже читает его книги.
Нет, я, конечно, понимаю, что при большом желании способен не спать суток трое. А может даже и больше, просто пока повода проверить не возникало. Но я же пытаюсь вести жизнь обычного человека, а значит, по ночам надо спать.
И кто-то наверняка сейчас спит. Я же вынужден работать, потому что отдельные несознательные балбесы не думают головой, что они едят и чем для их слабеньких желудков это может закончиться. Мой подчиненный Сашка позвонил буквально накануне ночной смены и долго что-то гундосил в трубку телефона про пищевое отравление, подкравшееся незаметно и выведшее его из строя. А замену искать уже было поздно, поэтому мне пришлось самому закрывать пробоину в броне.
Ничего не попишешь — начальник охраны несет ответственность за все на своем участке, а оставлять молодого Пашку одного на ночь не хотелось. Нет, он, конечно, выставлял грудь колесом и горячо убеждал меня, что «Саныч, не переживай! Я тут все разрулю, отдыхай, на крайняк я всегда на телефоне!» Но это неправильно, а значит, и делать так не надо.
Объект у нас тихий и беспокойный одновременно, все-таки ресторан, да не какой-нибудь, а экзотической кухни, два этажа вверх и этаж вниз. Отдельный особнячок, который один деятель умудрился когда-то у кого-то выкупить и теперь радостно жил, сдавая его в аренду приятелю, по совместительству владельцу этого самого ресторана.
Глубоко затянувшись, я щелчком отшвырнул окурок и проводил его полет взглядом. Люблю лето. Хотя бы за то, что, выходя на улицу курить, не надо надевать шапку и теплую куртку. Даже опустившаяся на город июньская жара, в мгновение ока сушившая горло, не мешала этой любви, а ночная прохлада делала мир совсем прекрасным.
Судя по всему, лето любил не я один. Если зимой по ночам в нашем заведении достаточно пустынно, то сейчас складывалось ощущение, что как минимум половина города днем не работает, а просыпается только ближе к вечеру, чтобы завтракать и обедать уже ночью. Второй час ночи, а у нас почти половина зала занята. Это значит, что поспать нормально мне не светит. Ну и за что мне такое наказание?
Вернулся в ресторан и подошел к маленькой конторке у входа, за которой обычно сидели охранники. Пашка, азартно играющий в стрелялку на смартфоне, только коротко поднял голову на звук открывающейся двери и опять уткнулся в экран. Счастливый человек. Он мне как-то поведал, что наш кабак — работа его мечты. Сутки через трое, на работе кормят от пуза, да и думать особо не приходиться. Я даже позавидовал такой его беззаботности и неприхотливости…
— Андрей, — ко мне подошла Светка, одна из наших официанток. Она была ниже меня на полголовы, с милым личиком и могла похвастаться обалденной, на мой взгляд, фигурой. Если честно, я давно присматривался к этой красавице, вернее, к ее замечательным округлостям ниже спины, но все никак не мог решиться начать с ней флиртовать. Все как в том анекдоте: то дождь пойдёт, то носки порвутся.
— Андрей, там двое посетителей буянить пытаются, — глаза Светки смотрели на меня просяще. Наш директор не очень одобрял, когда охрана входила в клиентский зал и разбиралась с борзыми посетителями. Он считал, что это отпугивает клиентов, а их поведение полностью зависит от старательности персонала, поэтому в его присутствии девчонкам приходилось и пьяных на себе из-за столиков вытаскивать, и особо истеричных клиентов успокаивать. На этот счёт регулярно проводились разъяснительные беседы, причем как с официантами, так и с моими ребятами. К особо непонятливым рыцарям даже применялись материальные санкции, поэтому почти все охранники до последнего отказывались встревать в конфликты с посетителями.
 
— Андрей, помоги, пожалуйста, — голос Светки задрожал. — У них счет большой, почти двадцать тысяч. А они платить не хотят, меня за задницу хватают и вслух обсуждают, как я их в туалете ублажать буду.
Это уже перебор, причем явный. Да и повод подружиться с симпатичной официанткой поближе вполне себе достойный будет. Поэтому я гордо расправил плечи и снисходительно бросил девушке:
— Пойдём, посмотрим на этих отморозков.
— Шеф, мне с тобой? — немедленно подорвался Пашка, но я только махнул рукой. — Не надо, справлюсь как-нибудь.
Народу в зале было прилично, но в этой части помещения как будто бы образовалась санитарная зона. За угловым шестиместным столиком с диванами вольготно расположились два молодых человека, одетых как среднестатистический офисный планктон: джинсы, рубашки. Выбивались из образа только одинаковые ярко-желтые банданы, повязанные на головах, но это Москва — каких придурков здесь только нет. Парни по-хозяйски оглядывали зал и громко хохотали.
— Добрый вечер, — поздоровался я. Молодые люди притихли и уставились на меня. Да пусть смотрят, лишь бы молчали, хотя не скажу, что произвожу какое-то особенное впечатление. Метр восемьдесят, сто килограммов, широкие щёки и такие же бёдра. Многие думают, что я борец-тяжеловес, давно завязавшийся со спортом, хотя, на самом деле, профессионально я никогда ничем не занимался. Вернее, не так. За свою долгую жизнь я периодически вспоминал о своем теле, находил секцию единоборств недалеко от дома, но очень быстро сбегал. Практически сразу, как только начинались стенания тренера о необходимости сбросить вес и привести мою физическую форму в порядок. Спортивных разрядов не заимел, так, просто осознаю, что на улице меня бить будут долго. В конце концов, я не совсем деревянный и несколько вещей усвоить успел. А уж если убивать начнут, то уж тогда выяснится еще пара нюансов. И я буду не виноват…
— Молодые люди, — максимально вежливо начал я свою воспитательную речь, но был резко перебит одним из парней.
— Слышь, толстяк, свали в туман и не отсвечивай!
— Ребята, я здесь начальник охраны, — сдерживая поднимающийся гнев, предпринял я еще одну попытку. — И если вы не прекратите…
Один из них вскочил и вплотную подошёл ко мне. Он оказался со мной примерно одного роста и теперь пристально смотрел мне в глаза.
— Я тебе ещё раз говорю, жирдяй…
Мой локоть влетел ему точно в скулу, он отшатнулся и схватился за лицо руками. Вообще, я очень не люблю драться, причём от слова совсем. Но тут задели за живое их оскорбления моей внешности, есть такой пунктик, да и на стоящую за спиной Светку все-таки очень хотелось произвести впечатление.
— Ты чего, убогий? — второй начал вставать со стула, глядя на меня немигающим взглядом. По спине пробежал какой-то холодок, взгляд у парня оказался в высшей степени неприятным. Его лицо почему-то стало удивлённым, и он начал бормотать что-то себе под нос, водя перед собой руками. Не отрывая глаз от моего лица, он начал приближаться ко мне, все так же дергая своими конечностями. Я смотрел на него, откровенно забавляясь и не до конца понимая, что происходит. Может, он адепт загадочного храма Шаолинь или просто психический?
Внезапно это чучело выкрикнуло какую-ту абракадабру и выкинуло вперёд руку, чуть не попав мне по лицу. Я чисто инстинктивно присел, пропуская руку над собой и также рефлекторно долбанул ему с левой боковым по печени. Когда-то тренер по боксу, у которого я честно отзанимался тренировок десять, говорил мне, что хотя удара у меня нет и быть не может, боковые мне удаются хорошо за счёт природной конституции. Когда я обиделся на конституцию, этот почти семидесятилетний дедушка, кстати где-то на полцентнера легче меня, вытащил мою тушку на ринг и отделал как бог черепаху. Буквально за две минуты и даже не вспотев при этом. А напоследок сказал, что у меня есть некоторые задатки, но попасть своими ударами я могу только в дерево, да и то, если безветренная погода. Больше я в ту секцию на бокс не ходил, потому что мне было больно, даже очень, а еще больше обидно.