Палитра чужих цветов (СИ)

По Анахите тоже немного скучаю, но Змеямба регулярно эту скуку развеивает. Наша снайперша в учениях не задействована, отрабатывать слаженность ей не надо, она юнит-одиночка. Так что сил и энтузиазма у неё куда больше, чем моих возможностей к концу дня, но ей не сложно брать инициативу на себя и побыть активной стороной процесса.
— Ты как дорвалась прям, Зме, — удивляюсь я. — Вокруг полно военных, красивых-здоровенных. Молодняк о твои сиськи все глаза поломал, а ты в моей койке. Не замечал за тобой такой монофилии раньше.
— Пользуюсь, пока могу, — смеётся она. — Пока индульгенция не отозвана и пока ты меня терпишь.
— А могу перестать?
— Мало ли, что случится…
— Змейса, — напрягся я. — Что-то ты не договариваешь, мне кажется.
— Всякому знанию — своё время, Докушка, — отмахивается она. — Не забивай голову. У нас впереди та ещё развлекуха, может, и говорить не о чем будет. Или некому. Иди лучше сюда, у меня есть пара свежих идей…
***
С Дмитрием разговаривать до сих пор неловко, но приходится. Общение фокусирует референс, а Слон велел торопиться. Скоро учения закончатся, и начнётся то, ради чего они проходят.
— Это и есть твоя суперсила? — скептически спрашивает мой несын. — Картиночки карандашиком?
— Не всем же левитировать, — вздыхаю я, — с лестницы жопой вниз. Кто бы говорил, супермен хулев…
— Это случайность, — злится он.
— Кто-то спорит? Я так нет. Но до приличного бойца тебе ещё как до Пекина раком.
— Я знаю.
Ишь, надулся.
— А насчёт картиночек — подожди пару дней, потом будешь выводы делать.
— Ах да, Алиана говорила, прыщи ты выводишь отменно. А геморрой заговариваешь?
— Есть такая необходимость? — удивился я.
— Единственный мой геморрой сейчас — это ты.
Я молча пожимаю плечами. Детская провокация, глупо.
— Так ты врач, вояка или художник? — не унимается он.
— Всё это и ничего из этого.
— Боже мой, какие мы загадочные!
— Я не кроссворд, разгадывать не надо, — делаю очередной набросок. — Тем более, тебе. Потребность в отце ты перерос, друзьями мы вряд ли станем, так что сфокусируй своё обаяние на Алиане. Может быть, отобьёшь её у Калидии, та из ревности снесёт тебе башку саблей, вот и решение проблемы отцов и детей.
— Чувство юмора у тебя так себе, ты в курсе?
— Так я и не клоуном работаю, — напоминаю я.
— Ну да, ты же художник-передвижник!
— Будешь борзеть — яйца под нос передвину. Проснёшься завтра — а целоваться мешают…
— С кем мне тут целоваться? — бурчит он. — За помощницу твою башку отрубят, а с подругой ты сам блудишь.
— Ценность победы — в преодолении трудностей.
— Давай, папаша, повоспитывай меня теперь! Поучи жизни!
— Жизнь сама научит, — резюмирую я эту содержательную беседу, собираю карандаши и закрываю блокнот. — Завтра сможешь снова учиться летать.
— Покажи хоть, что вышло!
Я разворачиваю скетчбук к нему.
— Ну… Так. Что-то есть, — неохотно признаёт он.
На мой взгляд, едва начавшаяся служба уже идёт ему на пользу — он коротко постригся, переоделся в военное и перестал быть похожим на гендерфлюидного плейбоя из модного клуба. Но этого всё равно мало, чтобы отбить Алиану у Калидии, на территорию которой мы вот-вот вернёмся.
***
Замок встретил нас заснеженной дорогой к перевалу, по которой едва прошли две наших машины. Тут в разгаре зима, и после жаркой пыльной базы в отеле это как мороженной камбалой по харе. Такое у меня возникло ощущение, когда выгрузились во внутреннем дворе. Мороза большого нет, но ветер свирепый, даже внутри периметра стен пробирает.
— Иблис! — вопит восторженно Алиана.
К ней прыжками несётся огромный самец кикатты, которого она обнимает, повиснув на шее.
 
Лицо Дмитрия в этот момент становится очень сложным.
Багха более сдержанна, подходит неторопливо, смотрит на Калидию укоризненно — мол, где тебя носило, хозяйка?
Примерно с тем же вопросом нас немедля потребовал к себе Креон. Не всех, только меня, Слона и Калидию. Та же отвратительная маска, та же поза «Держать лом сфинктером», та же безмолвная Берана за спиной.
— Нам удалось получить информацию о том, где Контора рассчитывала найти катализатор митоза оболочек, — докладывает наш командир нашему нанимателю.
Я украдкой слежу за Бераной, не выдаст ли она своего отношения к новостям. Женщина совершенно непроницаема. Калидия, кажется, смущается тем, что её личное достижение в этой операции — прекрасный загар и ничего более.
— То есть, — уточняет Креон, — у них нет катализатора? Только информация о его возможном местонахождении?
— Именно так, — кивает Слон.
— Тогда на что они рассчитывали, предлагая сделку?
— На то, что вы предоставите им активированную непривязанную оболочку.
— Зачем?
— По их предположениям, оболочка является необходимым условием проникновения туда, где может храниться катализатор. Своего рода пропуском.
— И что это за место?
— Гипотетический «ортогональный фрактал». Место, куда ушли Ушедшие. Предполагается, что туда можно попасть через Цитадели.
— Оболочка является ключом… — задумчиво сказал Креон. — Интересная идея. Кажется, таких экспериментов в Цитадели не проводилось. Берана?
— Попыток проникнуть в закрытые полости Цитадели с использованием оболочек в истории исследований не зафиксировано, — сказала женщина абсолютно мёртвым голосом.
Лицо её не дрогнуло, а в глазах что-то… Или мне показалось.
— Ничего удивительного, — пояснил Креон. — Учёные — простолюдины, доступа к оболочкам у них нет. А вассалы дома обычно заняты более важными делами.
«Глотки друг другу режут», — подумал я, но, как всегда, промолчал.
— Таким образом, — резюмировал Слон, — следующим этапом операции становится попытка проникновения в какую-либо Цитадель с целью поиска гипотетического прохода в её скрытую часть. Если же там обнаружится некий портал в «Мультиверсум-2», то перейдём к разведке и подготовке проникновения. Мы провели предварительную информационную работу: Цитадель, которую исследовала Контора, расположена неподалёку от некоего объекта под названием «Маяк Зелёного». Не «зелёного цвета», просто «зелёного». Объект строго охраняемый, но сама Цитадель от него в стороне, и есть пара кросс-локусов, через которые к ней можно подобраться. Насколько нам известно, активные исследования там сейчас не ведутся, есть хороший шанс, что нас вообще не заметят. Преимущества этого варианта — у нас есть планы помещений, снятые экспедицией Конторы…
— Нет, — перебил его Креон.
— Что «нет»? — растерялся Слон.
— Мы воспользуемся другой Цитаделью. Цитаделью Дома Креона.
— Но ваша резиденция захвачена!
— Мы в любом случае собирались её освобождать.
— Не уверен, что мы располагаем достаточной военной силой для операции такого масштаба… — упирается Слон. — Потери будут велики. В помещениях, в бою накоротке оболочки дают обороняющимся большое преимущество, а у нас их всего четыре… то есть пять, включая вас.
— Пойдёмте.
Креон встал и направился к двери, Берана двинулась за ним, мы — за ней.
Так, гуськом, удивлённо переглядываясь, дошли до подвальных лабораторий, но не остановились и прошли их насквозь. Каменный полутёмный коридор привёл нас в нечто среднее между тюрьмой и казармой — большое помещение с двухъярусными нарами, разделённое решётками от потолка до пола.
— Ну и вонь! — брезгливо сказала Калидия.
Пахнет грязными телами, нестиранной одеждой, мочой, подгорелой едой, какой-то кислятиной. Это неудивительно, тут собралось примерно полста человек, которые и в обычном своём быту не очень критичны к гигиене, а помещённые в такую обстановку тем более не числят её среди приоритетов.