Палитра чужих цветов (СИ)

Annotation
Рéференс (англ. reference — справка, сноска) — вспомогательное изображение: рисунок или фотография, которые художник изучает перед работой, чтобы точнее передать детали.
_____
Любой рисунок – автопортрет. Тщательно выбирайте референсы!
Палитра чужих цветов
Глава 1. «I am too young for that shit»
Глава 2. Стать частью большего
Глава 3. Карандаш в её руке
Глава 4. Влезть в чужую шкуру
Глава 5. Наёмники дома Креона
Глава 6. Лжедимитрий
Глава 7. Рука и сердце
Глава 8. Каникулы кончились
Глава 9. Не играть по правилам
Глава 10. Пыль и прах
Глава 11. Ортогональность
Глава 12. Возвращения и расставания
 Палитра чужих цветов 
 Глава 1. «I am too young for that shit» 
— …Лучше тебе было всё-таки умереть! — сказала Берана и вышла.
— Эй, пояснить не хочешь? — спросил я вслед.
Ответа не последовало. Видимо, не хочет. Да и чёрт с ней. Ждать от людей благодарности — занятие пустое и чреватое разочарованиями.
— Дедушка Док! — вернулась из ванной Нагма. — А где немая-странная?
— Она стала менее немой, но более странной. И ушла. А ты довольно халтурно умылась, грязнулька, вон, на щеке разводы. Иди сюда, платком вытру.
Я послюнявил платок и потёр щёку, укоризненно продемонстрировав девочке чёрное пятно. Она отмахнулась, разглядывая меня вблизи, благо, за окном совсем рассвело, и узкое окно в толстой стене донжона даёт достаточно света.
— Дедушка Док, а ведь ты больше не дедушка! — сказала Нагма удивлённо.
— Правда? — я встал и подошёл к зеркалу.
Смотрящий на меня оттуда мужчина не так чтобы молод и не особо красив, но всё познаётся в сравнении. В прошлый раз из этого зазеркалья на меня подслеповато пырился убогий старик, допукивающий последние деньки своего никчёмного существования. Сейчас это слегка седоватый, заметно усталый, сильно исхудавший и весьма неухоженный мужчина возраста «сорок плюс». Человек, которому требуются услуги парикмахера, а не гробовщика.
— Пожалуй, я слишком молод для десятилетней внучки, — признал я. — Но в ваших краях рожают рано, мог бы успеть.
— И как мне тебя теперь называть, дедушка Док?
— А как хочешь, колбаса.
— А можно я тебя немного поназываю папой? Пусть этот, «билохический», бесится!
— Фу быть такой злой, врединка курносая.
— А чего он маму обижает?
— Знаешь, мелкая, не лезла бы ты в это, — сказал я серьёзно. — Пусть сами разберутся. Твоя мама может за себя постоять, как мне кажется.
— Ага, то-то ты ему врезал!
— Уже знаешь?
Мне стало неловко. Пётр, какой он ни есть, а всё-таки ей отец. А я ему по морде. Непедагогично.
— Подслушала, когда Слон с мамой разговаривал. Он всё время говорил про хобот, но я не поняла шутки.
— Лучше тебе не знать, — вздохнул я. — Она не самая удачная. А что я твоего отца ударил, то это было неправильно, прошу прощения.
— У меня? — удивилась Нагма.
— Ну, не у него же… Ладно, проехали. Постараюсь больше так не делать.
— Деду… Ой. Док?
— Сойдёт «Док».
— Док, я не хочу, чтобы Слон.
— Чтобы Слон что?
— Стал моим папой.
— Э… Технически папа у каждого строго один. И у тебя уже есть, даже если он тебе не нравится. Биологический факт.
— Фу, опять «билохический»! Нет, я про другое. Не хочу, чтобы мама была с ним.
— А ты не думаешь, что твоей маме может быть немножко одиноко?
— Вот ещё! — возмутилась девочка. — У неё есть я!
— Это не совсем одно и то же. Кроме того, ты скоро вырастешь, станешь большая, влюбишься, выйдешь замуж… С кем она останется?
— Я её с собой заберу в этот замуж!
— А если твоя мама влюбится в Слона? Она ещё молодая, у неё может быть любовь.
— Фу! И бе! Она же моя мама!
— И что? С мамами тоже случается любовь.
 
— Пусть тогда лучше в тебя влюбится!
***
В столовой Слон одобрительно похлопал меня по плечу и сказал:
— Недурно выглядишь, товарищ!
А потом подумал и уточнил:
— По сравнению со вчерашним.
Анахита, вошедшая с кухни с чайником, наткнулась на меня взглядом и застыла.
— Док? — спросила она осторожно.
— Не похож? — улыбнулся я.
— Так это правда? Что можно… вот так?
— Я тебе говорил, куколка! — укоризненно сказал Слон. — А ты не верила!
Анахита развернулась и вышла. Как была, прямо с чайником.
— Не дала, представляешь? — пожаловался Слон. — Я и так, и этак, со словами и без слов… Не убедил. А что ещё за странная красотка тут бродит?
— Мать Калидии. Бывшая Креона.
— Она ничего так, хотя уж больно лицом строгая.
— Не советую, — предупредил я, — она киборг.
— Подумаешь, — оптимистично отмахнулся командир, — мне нравятся сильные женщины. То, что она связана с Креоном, пугает меня больше. Он тот ещё отморозок.
— Пойду возвращать чайник, — сообщил я и пошёл за Анахитой.
Чайник нашёл в кухне, Анахиту — в ванной. Она стоит перед зеркалом и смотрит в него без всякой радости.
— Я совсем постарела, — сказала она горько.
— Прекрати, — ответил я. — Сколько тебе? Двадцать восемь?
— Или двадцать семь, — вздохнула она, трогая пальцем морщинки у глаз. — Было несколько очень тяжёлых лет, и я сбилась со счёта. Здесь никто не считает годы, зачем?
Анахита помассировала лицо, как будто пытаясь разгладить на нём следы времени.
— Это даже не средний возраст. У нас молодость считается до тридцати пяти.
— Здесь рожают в четырнадцать и умирают в сорок пять. Знаешь, Док, мне было плевать, как я выгляжу. Что у меня руки крестьянки, что кожу на лице состарили солнце и ветер. Вместо ухода за собой я ухаживала за козами. Я десять лет не красилась и не брила ноги. Зачем? Для кого? Я думала, что так и сдохну в иблисовом кыштаке.
— Это изменилось, Анахита, — напомнил я.
— Вот именно. Это изменилось, а я уже не смогу вернуть эти десять лет, которые у меня на лице.
— Уверен, немного косметики и уделённого себе времени всё исправят.
— Я ничего в этом не понимаю, — Анахита провела пальцем по морщинам на лбу. — Когда Петя меня бросил, мне было семнадцать, и я не нуждалась в косметике.
— Поговори со Змеямбой, она не всегда выглядела так молодо, но всегда выглядела хорошо.
— Женщина с ружьём? Кто она тебе? — спросила мать Нагмы напряжённым тоном.
— Друг.
— Просто друг?
— Старый хороший друг. Мы знакомы лет двадцать. Она пришла в команду вскоре после меня. Слон, я, потом Змеямба, потом все остальные. Первые лица первого состава.
— И вы не?..
— Любовники? Да, иногда. После того, как я овдовел. Змейса легко относится к сексу, для неё это ничего не значит.
Анахита недоверчиво покачала головой:
— Это всегда что-то значит… Шайтан, я же сбежала с чайником, да? Просто ты так помолодел, это меня слегка… Выбило из колеи.
— Я вижу. Перестань маяться ерундой, ты красивая молодая женщина, а что лицо малость обветрилось — поправимо. У тебя вся жизнь впереди, и пройдёт она не в кыштаке. Мужчины будут падать к твоим ногам, умаешься спотыкаться! И давай уже донесём в столовую чайник.
***
Вернувшись в комнату, обнаружил в своей кровати спящую Нагму. Ещё бы, всю ночь рисовали. Я бы сам рухнул и захрапел, но Слон привёз кофе, по которому я невообразимо соскучился. Теперь мне какое-то время не надо думать про сосуды и давление, так что всадил сразу большую кружку, и с отвычки глаза на лоб лезут.
Поправил одеяло, полюбовался на сопящего в две дырочки ребёнка — дети, когда спят, очень милы — и пошёл разбираться с тем, на что без малейшего сожаления обменял свои седины.