Остаться сильным (СИ)

— Да какая по сути разница? — махнул он рукой, но, видя мой изучающий взгляд, добавил. — Если это тебя успокоит, то отец получил разрешение на посещение для меня.
— И как он это мотивировал? — мне действительно стало любопытно.
— Что значит, как? Сказал, как есть, мол, мне это жизненно необходимо. Мы же партнёры и мне нужны будут твои подписи, это как минимум. А если я вовремя эти подписи н получу и в итоге мы потеряем миллионы, то подадим в суд на болвана, который не проникся идеей и не выдал разрешение. И, поверь, мы бы этот суд выиграли, и этот хрен угодил бы к нам в рабство навеки, потому что вряд ли сумел компенсировать потерю прибыли плюс штраф, плюс моральный ущерб.
— А если мой путь в итоге окончится на виселице? — я с любопытством посмотрел на него.
— Так тем более! Представляешь, сколько в этом случае будет возни с переоформлением, вступлением в наследство... — Вольф закатил глаза. — Жуть просто. Так что, лучше вот так.
— Ты просто потрясающе прагматичный человек, — я хмыкнул. — Кстати, а что говорит твой отец по поводу моей возможной казни или пожизненного труда на рудниках?
— Да всё нормально будет. Кланы никогда не пойдут на то, чтобы создать прецедент нарушающий их законные права. Даже, если при этом пострадал кто-то из императорской семьи. А сам император, если бы хотел, чтобы тебя наказали, просто приказал бы тебя на месте не арестовывать, а пристрелить. Тогда бы точно без вариантов было бы. — Вольф говорил уверенно и часть этой уверенности передалась и мне. — Ты лучше скажи, ты просмотрел проекты?
— Да, представь себе, — я говорил мягко, как Паразит, когда тот выпрашивал свою любимую буженину. — Вот только у меня сложилось впечатление, что сам ты ни черта не изучал. Так мельком просмотрел и тут же мне всю эту кипу сунул.
— Ну-у-у, — протянул Вольф и я понял, что попал в точку.
— Хорошо, так бывает, не переживай, ты не можешь успевать везде и во всём. Вот только скажи мне, друг мой Юрий, перед тем, как вот эту гадость мне подсовывать, — я указал на довольно внушительную стопку, лежащую с краю, — ты дал ознакомиться с содержимым юристам?
— Ну конечно, — Юрка нахмурившись, рассматривал стопку.
— Да что ты говоришь? — я просто истекал мёдом. — А ты, случайно, премию им не зажал? Или, может быть, среди них есть женщины, которых ты соблазнил и бросил?
— На что ты намекаешь? — Вольф скрестил руки на груди.
— Я не намекаю, я тебе прямо говорю, что, если бы мы начали реализовывать вот эти проекты, то вляпались бы в нескончаемые судебные тяжбы, регулирующие права собственности, — рявкнул я. — Или тебе жить скучно, и ты специально решил её разнообразить таким вот интересным путём?
— Я всё проверю, — Вольф поджал губы и покраснел. — И, если ты прав... — Что он в этом случае сделает с нерадивыми юристами, озвучено не было, но, полагаю, что ничего хорошего их не ждёт. До смертоубийства вряд ли дойдёт, но фантазия у Вольфа нездоровая, так что просто выговором они точно не отделаются.
Собрав бумаги, он с сосредоточенным видом направился к выходу. Уже у арки Вольф остановился и задумчиво посмотрел на меня, а потом произнёс.
— Слушанья назначены через три дня. На первую часть заседания приглашены наследники. Кому из глав пришла в голову гениальная идея о том, что нам просто жизненно необходимо туда идти, история умалчивает, но все остальные члены Совета приняли идею с небывалым энтузиазмом.
— Я это учту, — серьезно кивнув, я дождался, когда он выйдет и снова поднял книгу. Чтение прервал телефонный звонок. — Керн, — машинально ответил я, приняв звонок, даже не взглянув при этом на дисплей.
— Костя, как ты? — тихий голос матери заставил меня оставить книгу, пройти к кровати и завалиться на неё. Матери сейчас трудно, как никогда. Сын в тюрьме, отец в клинике, что будет дальше — неясно. Но она, судя по всему, держится.
— Нормально, — ответил я, почесав внезапно зазудевшуюся кожу на груди. — Ты как, держишься?
— Я не понимаю, что происходит. Мне никто ничего не говорит, — ответила она ещё тише. — Я в каком-то вакууме уже который день нахожусь. Да ещё и эта газета. Это правда, что ты убил Светлану Снежину?
 
— Какая газета? — я резко сел, продолжая карябать кожу, да что ты так расчесалась, падла?
— Твоя газета. Вышел первый выпуск и там на первой странице... — Понятно, значит, главный редактор пропустил то, что сумел выжать Михалыч из записи. Ну что же, я могу представить, что там написано, но мне желательно всё-таки видеть. Надеюсь, Егор всё-таки принесёт мне газету, желательно целиком, а не по частям, потому что ему может не понравиться, что его там так или иначе упоминают. Надеюсь, Михалыч не пострадал. — Это правда, что именно ты убил Светлану Снежину?
— Если разбираться досконально, то, чисто технически её убил всё-таки Егор. — Осторожно ответил я. Где этого демонова Ушакова черти носят? Мне просто жизненно необходимо, как Вольф любит выражаться, прочитать статью, потому что, если у матери появились вопросы, то где гарантия того, что они не появятся у всех остальных. Вот, например, о гибели Светланы. Ведь это именно пуля Егора отправила её к праотцам.
— Если она действительно всё это натворила, то эта дрянь заслужила смерти, — жёстко ответила мама.
— Да, я там был, а потом много раз просматривал воспоминание, чтобы убедиться, что это именно она была. Ну, а о том, что она собственноручно кого-то прирезала, Снежина сама сказала, — я вздохнул. — Это признание зафиксировано, так что...
— Хорошо, — мать явно успокоилась. Всё-таки эта история её беспокоила. — Тебе ничего не нужно? Я могу передать с Егором, раз уж дед подсуетился раньше других и выбил ему разрешение навещать тебя.
— Нет, у меня всё есть, разве что, — я несколько секунд обдумывал пришедшую в голову мысль. — Мам, ты не могла бы в лаборатории Тихона забрать один прибор и потом доставить на слушанье?
— Конечно, это не сложно, и не запрещено, если прибор может доказать невиновность подсудимого. — Деловито ответила она. — А что это за чудо прибор?
— Я тебе говорил о нём, с его помощью я просматривал свои воспоминания. Тихон со своей командой его основательно доработали, и теперь то, что вижу я, могут видеть и остальные. — Отрапортовал я.
— Интересная вещица, — задумчиво произнесла мать. — Я её передам через деда. Как председатель Совета он имеет право назначить демонстрацию.
— Мам, его надо сначала проверить, и потом как-то передать мне инструкцию по пользованию, я же ещё не видел, что там Тихон понаделал.
— Я это поняла, — я мог побиться об заклад, что, говоря это, мама кивнула, словно я мог её увидеть. — Когда состоится слушанье?
— Вольф сказал, что через три дня. Так что, времени тебе на всё должно хватить, — уверенно произнёс я.
— Ну, уж за совсем маленькую девочку меня не держи, — она фыркнула. Последние новости явно повысили её настроение. — Я всё сделаю, Костя, не волнуйся. — И она отключила связь.
— Я и не волнуюсь, — прикрыв глаза, я лежал в надежде задремать, чтобы время пошло побыстрее. Наконец, мне это удалось, я почувствовал, что проваливаюсь в блаженную пустоту сна...
— Константин Витальевич, можно мне с вами поговорить? — я резко распахнул глаза и рывком сел.
Прямо под аркой стоял мужчина средних лет, прекрасно одетый, и смотрел на меня так пристально, что я невольно оглядел себя, ну а вдруг у меня ширинка расстёгнута и оттуда трусы выглядывают, и хорошо, если только трусы. С ширинкой у меня было всё в порядке, а вот мужика, молча стоящего и ждущего, когда я отреагирую, кажется, мне представляли на балу. Как же его, а, вспомнил, Денис Белов его зовут, счастливый родитель недавно рожденного сына, точно.
— Проходите, хотя, я не слишком понимаю, о чём мы можем с вами разговаривать, — я указал рукой на стол и стоящие вокруг него стулья, куда незваный гость тут же прошел, устраиваясь на понравившемся ему стуле. Когда я к нему присоединился за столом, то увидел, что перед ним лежит газета. Ну что же, после разговора с матерью я знал, что вопросы будут неизбежны, и, похоже, что господин Белов только первая ласточка в этом направлении. Странно, что Подорова всё ещё здесь нет, но, думаю, что это всего лишь вопрос времени.