Остаться сильным (СИ)

Разговор прервался, когда они вошли в лабораторию.
— Ну, наконец-то, — им навстречу поднялся Тихон. — А-то я уж думал, что одному придётся чай пить. Садитесь, — и он почти насильно усадил Егора за свой стол. Люсинда даже губу закусила, чтобы не засмеяться. — Красавец. — Тихон разглядывал Егора. — Вон, даже Таська засмотрелась, а ведь её в мужиках только орган из четырех букв привлекает, и это мозг, кто бы что себе не вообразил. Но на тебя засмотрелась.
— Да, идите вы, — Тася фыркнула и отошла подальше, но, Люсинда заметила, что украдкой она всё равно посматривает на Егора. В который раз ей подумалось, что его жене будет очень трудно.
Они выпили чай, а потом Тихон вытащил чертежи, и они с Егором склонились над ними. Люсинда даже не пыталась понять, о чём они говорят, большинство терминов для неё представляло собой набор букв. Егор разогнулся и потёр шею.
— Чтобы вот эти два перехода сделать, мне придётся выложиться в ноль, — наконец, произнёс он. — Я не стихийник, долго восстанавливаюсь.
— Тогда их-то и нужно будет сделать первыми, — деловито сообщил Тихон, а Люсинда нахмурилась. Она не знала, что чувствует маг, когда опустошает полностью свой резерв, но подозревала, что ничего хорошего.
— Да, я тоже так подумал, — Егор кивнул, и они снова склонились над чертежами.
В это время дверь открылась, и в лабораторию зашла Алёна. Люсинда уже познакомилась с главным бухгалтером Керна и поэтому кивнула ей. Алёна же подошла к ней.
— А я к тебе. Со мной дядя связался, они с Виталием Павловичем вернулись домой. Там какой-то плохо управляемый хаос. И Мария Витальевна слезно просила тебя найти, потому что дозвониться не может. — Скороговоркой проговорила бухгалтер.
— Как это, дозвониться не может? — Люсинда нахмурилась и вытащила телефон. Трубка словно умерла, никак не реагировала на нажатия клавиш, в общем, не подавала никаких признаков жизни.
— Я тут вчера, после твоего звонка искажающее поле — один из компонентов контура страха сделал. Оно, собака, всё заблокировало. Так что мы сейчас как свиньи в вакууме. Никто до нас не доберется. Если только до Ушакова. — оказывается, Тихон слышал всё, что творится в него в лаборатории.
— А до него почему? — Люсинда с любопытством посмотрела на Егора, который, нахмурившись, полностью погрузился в предстоящую работу.
— Так у него передатчик в ухе активный. — Тихон кивнул в сторону Егора. — Наша разработка. Но тут правильно. Не должны бойцы своего командира искать, ежели что стрясётся. Вот это вещь получилась. Никакое поле её не берет. Да и запеленговал я эту кроху с трудом. И то, потому что сам делал, да подозревал, что Егорка даже в сортир с ним ходит. — Люсинда невольно вздрогнула. Это что же получается, он и любовью занимался с передатчиком в ухе. Вот был бы номер, если бы его в самый ответственный момент искать начали. А Тихон в этот момент снова повернулся к Алёне — Чего там Машка хочет от девочки?
— Она хочет, чтобы та помогла ей осмотреть места, где можно провести свадебные торжества. В доме Кернов нет бальной залы, поэтому воспользоваться опытом Вольфа не получится, — ответила Алёна.
— Я тогда, пожалуй, пойду, — Люсинда поднялась со стула. — Егор Александрович, я уезжаю. Мария Витальевна нуждается в моей помощи.
— Да-да, что? — Егор поднял на неё слегка расфокусированный взгляд. Наконец, до него дошло, что она ему сказала. — На пару слов, — он посмотрел на Тихона, который кивнул ему на комнату отдыха.
Люсинда пошла за ним, гадая, что Ушаков хочет ей сказать.
— Люся, я сегодня, скорее всего, буду в разобранном состоянии, — он замолчал, а потом продолжил. — Если я приду к тебе ночевать, ты меня впустишь? Правда, подвигов не обещаю, мне нужно будет восстанавливаться, поэтому, я, скорее всего, как раз-таки усну часов на десять, — он усмехнулся. — Я приеду?
— Приезжай, — она кивнула и быстро вышла из комнаты. Зачем она согласилась? Эта нелепая связь уже начала слишком далеко заходить, нужно её прервать, пока не стало слишком поздно, и она не влюбилась в этого сына одного из самых могущественных на сегодняшний день кланов.
 
* * *
Стук в дверь вырвал меня из сна.
— Ну а сейчас, можно я кого-нибудь убью? — простонав, я неохотно поднялся.
— Это нам покушать принесли, я просто чую это, — из вороха одеял показалась голова Ирины. — Нельзя убивать человека, который приносит нам еду, это негуманно по отношению ко мне.
— Куда в тебя столько влезает? — я невольно оценивающе посмотрел на её хрупкое тело. Я всю ночь боялся сделать ей больно, если навалюсь всем своем весом, поэтому, мы большую часть времени экспериментировали. Ира насупилась, я же, тихонько рассмеявшись, натянул штаны и пошёл открывать.
За дверью действительно стояла Маша с полными руками различной еды.
— А почему вы сени не закрываете? — она снова покосилась на мою татуировку. Одеваться я не стал, не мог найти спросонья футболку, которую куда-то зашвырнул вечером.
— У нас нечего красть, в сенях, по крайней мере. Здесь-то такой красавец, как я, имеется. Вот поэтому избу на замок, чтобы девки не утащили, — заговорщицким шепотом ответил я Маше. Она хихикнула и стрельнула в меня глазами, одновременно ловко накрывая на стол.
И тут зазвонил мой телефон, даже странно, что вчера в то время, когда я распутывал защиту. Никому я срочно не понадобился, никто меня не прервал, зато я больше половины работы сделал.
— Керн, — под любопытными взглядами Маши, я поднёс трубку к уху.
— Любовь моя, ты вспоминаешь меня тоскливыми зимними вечерами? — Ева говорила приглушенно, а в голосе слышалась легкая хрипотца.
— Каждую минуту, уже даже мазь, заживляющую, для рук покупал, — торжественно произнёс я.
— Фу, как грубо, — из трубки донесся приглушенный смех.
— Зато откровенно. Ты должна радоваться, я тебе сейчас очень нехилый такой комплимент отвалил, между прочим, — я отошёл от стола и понизил голос. Незачем Маше знать, о чём я разговариваю со своей несостоявшейся убийцей.
— Я радуюсь, милый. Так радуюсь, что даже хочу узнать, ты когда возвращаешься? Может быть, не надо деньги на мази переводить, когда есть способы гораздо приятнее?
— Ева, что тебе надо? — я оставил этот заигрывающий тон, потому что, Маша уже ушла, а в спальне завозилась Ира.
— Здесь что-то намечается, Керн, — она тоже стала серьезной. — Пошли какие-то перестановки. Мне объявили недельную готовность. При этом, они прекрасно знают, что тебя нет в городе, но всё равно к чему-то готовятся. В детали меня всё так же не посвящают, но приказ ясно гласит, что я могу оказаться на подхвате. Вот только они забыли упомянуть, у кого. Тебе нужно вернуться, как можно скорее, — закончила Ева.
— Я не могу, вот прямо сейчас, не могу, — после этих слов где-то в груди начали скрестись кошки от дурных предчувствий. Что-то действительно должно произойти, но я никак не могу понять, против кого направлена угроза.
— Как знаешь. Моё дело предупредить. Да, у меня всё никак из головы не идёт разговор с твоей куколкой, которая твой пустой кабинет охраняет. Я решила немного проверить секретаря Вольфа. Тут какая-то мутная история вырисовывается. Мутная и зловонная. Я так и не смогла ничего найти на неё. Просто потому что не смогла пройти дальше имени и фамилии. Просто какие-то сплошные блоки. Это ненормально, понимаешь? — Я кинул, словно Ева могла меня видеть, и сжал руку в кулак.
— Я постараюсь вернуться, как только представится возможность, но не могу ничего обещать.
— Я уже тебе сказала, как знаешь. Люблю, целую, пока-пока, — и она отключилась.
— Проблемы? — Ира, как оказалось уже во двор успела сбегать, умылась и теперь сидела за столом, дожидаясь, когда я составлю ей компанию.
— Пока не знаю, — я бросил телефон на стол и натянул куртку прямо на голое тело. — Но может так случиться, что я вынужден буду уехать до окончания практики. — Ира ничего не ответила, только едва заметно наклонила голову.