Академия Драконариев. Комплект из 3 книг
Драконы выздоравливали, драконарии холили и лелеяли своих рептилий, уроки велись спустя рукава, а эссы… да кому есть до них дело?
Матиас – и тот не пытался к нам прорваться. Они искали «закладки» в ручьях и речках. Так что все были при деле.
Стук в дверь раздался после обеда, который мы тоже пропустили. И я поползла открывать.
Они стояли за дверью.
Все четыре, серьезные, сосредоточенные, принявшие нелегкое для себя решение…
Девушки, которых растили, чтобы жить в бесполезной роскоши и служить украшением мужа и дома. Девушки, которые жутко боялись, я это видела.
Олинда Оливера, Фатима Ломбардо, Севилла Коцци, Кайа Ибанес. Не передумала ни одна. А Олинда еще и держала в руках судок с обедом.
– Каэ, мы тут на кухне еду для вас спросили.
– Спасибо. – Я растрогалась.
– Можно войти?
– Да, конечно.
– И… Каэ, мы решили. Мы остаемся.
Я только вздохнула.
– А обеда на шестерых хватит?
– Хватит, – заверила Олинда. – Но кофе с тебя.
И нагло ухмыльнулась, когда Севилла показала еще два судка, скрытых за широкой юбкой.
Сварить ей, что ли, кофе с чесноком? Очень хочется…
* * *– Каэтана, а можно мы с вами сходим?
– Куда?
– К драконам. – Олинда явно продумала все это заранее.
– Девочки, а вы уверены?
– Каэтана, а ты за нас не решай. Мы вчера долго разговаривали. – Севилла нервно укусила дольку огурца. – Понимаешь, именно здесь и сейчас у нас появляется шанс что-то изменить в своей жизни. Что-то сделать… я вот смотрю на тебя, и я понимаю, что знаю и умею намного меньше.
Я прикусила язык.
Да еще б ты знала и умела больше меня! С моим-то жизненным опытом!
Я в этом мире читтер, будем честны. Вас-то растили в тепличных условиях, а меня – в спортивных. Разница принципиальная…
– Это не страшно. Я тоже много чего не умею, Севилла.
– Да. Но ты не стоишь на месте, ты стараешься учиться, ты двигаешься куда-то… может, не в самом верном направлении, но все же. Я ночью думала о своей маме, о старшей сестре… понимаешь, у них в жизни нет ничего. Вообще… дом, дети – и муж. И все. Обсуждения мод и нарядов, такие же эссы, приемы и сплетни. Это так… безнадежно! Я для себя такого не хочу. Может, нас убьют, отравят, может, случится что-то плохое – я не знаю. Но у меня хотя бы будет шанс. А дома… Я буду сидеть, стареть, следить за мужем, которого не люблю… Да-да, я тоже помолвлена. Пока еще нет официального договора, но между семьями уже есть сговор. А мне этот человек решительно не нравится. И что дальше? Пустота, и темнота, и все равно смерть…
Я задумчиво кивнула.
Да, Севилла озвучила общую для эсс проблему.
Или не проблему?
– Девочки, та жизнь, о которой вы говорите, – она стабильна. А вы сейчас можете отказаться от всего. И дети – вам их не хочется?
– Хочется, – мрачно отозвалась Олинда. – У моей матери шестеро. И рядом с ней – никого. Братьев вечно нет дома, сестры замужем. Она ждет внуков, сплетничает, занимается домом. А отец… он в это время ходит по девкам. И мать все знает и принимает как должное. А я не хочу. Я мужу никогда не прощу!
Я только вздохнула.
Не простит она! Я вот тоже не простила. Но вряд ли Олинде так повезет.
– Ладно. Девочки, давайте так. Санторинцы уедут – и по одной. Я вас буду водить к драконам или Мариса – как повезет. Но если вы найдете себе дракониц… я не знаю, что будет и как это будет выглядеть.
Фатима пожала плечами.
– Как-нибудь. Давай не забегать вперед? Сначала драконы, а потом все остальное…
Я мрачно кивнула.
Меня терзали неприятные предчувствия… тайну можно хранить, когда о ней знают один, ну два человека. Но когда больше?
Рано или поздно нас раскроют. И как, скажите на милость, к этому можно подготовиться?
Библиотека – и законы, обязательно. Только вот мало этого…
Но пока ничего не придумывалось.
Какое уж там равновесие? Даннара, ты пустила слона в посудную лавку. Мне кажется, я только больше раскачаю твои весы. Но и просто сидеть сиднем – не выход.
Слов у меня нет. И мыслей.
Зато есть кофе. Сварю-ка я еще по одной?
Интерлюдия
1Эс Орландо Чавез в компании эса т-Альего и раэна Сории с отвращением разглядывал залитую чем-то темным дохлую ящерицу. Сейчас у него было и время, и возможность. И даже небольшая лаборатория в больнице. А кто еще может знать что-то о болезнях драконов, как не человек, который проводит с ними все время? Ну, и драконолог?
Но т-Альего молчал, а преподаватель драконологии смотрел с отвращением и умных идей не выдавал.
– Не знаю, эс Чавез. Конечно, эта тварь имеет определенное сходство с драконами, но предположить, что именно она – причина болезни?..
– Матиас Лиез нашел шесть таких тварей в ручьях, из которых вода шла в пещеры к драконам. Первыми заболели драконята, впрочем, не все, примерно половина. Остальные пили воду из других ручьев, пещеры большие. И заболели драконицы. Те даже сильнее.
– Так…
– Убрали эту пакость, драконы больше не болеют. Я бы хотел знать, что это – и как травили драконов?
Раэн Сориа только руками развел.
– Не знаю, эс Чавез. А что говорит Матиас Лиез?
– Он решил, что это может быть не болезнь, а яд. Драконы же не болеют. И решил проверить ручьи. Больше-то яду никак в пещеры не попасть.
– Неожиданная сообразительность для эса Лиез, – прокомментировал преподаватель. – Вы уверены, что он сам додумался? Может, ему кто-то подсказал?
Эс Чавез задумался, не замечая насмешливой улыбки на губах т-Альего.
Подсказал.
Проблема в том, что не подсказал, а подсказалА. И потому обнародовать имя истинного спасителя нельзя. Но это не повод награждать Матиаса.
Можно немножко как исполнителя, но не слишком сильно, чтобы не зазнался.
– Не знаю. Надо уточнить, мне было не до того…
– Уточните, эс Чавез, – посоветовал с порога лекарь.
– Раэн Суарес. – Ректор чуточку расслабился.
Раэн Арло Суарес, несмотря на то, что не имел благородного происхождения, в больнице был королем и богом. Он знал все о воздействии крови и слюны драконов, он изучал драконов, он писал статьи и трактаты, при этом не утратил мастерства и легко мог зашить рану или вправить вывих.
– Я, Орландо. – Лекарь отбросил вежливость и принялся тоже разглядывать ящерицу. – Чего удивительного… тебе надо было сразу к нам обращаться, а не к Сории. Ричи, не в упрек, о строении драконов ты знаешь, но глубже их не изучал.
Раэн Сориа только руками еще раз развел. Мол, признаю. Не изучал.
– Эс Лиез действительно высказал правильное предположение. О яде. Но его воздействие лучше проверять мне и раэну Оллеросу.
Симон Оллерос, второй из врачей, был именно что вторым. На генерацию ценных идей его не хватало, но исполнителем он был от бога. Пусть даже внешне раэны достаточно забавно смотрелись рядом. Седой худенький Суарес с длинной бородой, этакий дедушка-одуванчик, – и рядом с ним крепкий, пузатенький раэн Оллерос.
Они ругались, спорили, ссорились раз по двадцать на дню, но когда им попадала очередная нерешенная проблема – все остальное отходило в сторону. И они работали, работали и работали, забывая про сон и еду. Раэн Оллерос даже шутил, что для него работа – единственный способ похудеть.
– Придется выставлять караулы у ручьев. – Эс Чавез вздохнул. – Это же повторить могут…
– И не раз. Если повадились травить – так и будут пакостничать, – «порадовал» Арло. – Санторинцы?
– Увы. Они, но как доказать?
– Сложно доказать будет. Форма кувшина явно эстормахская, у них там принято так делать.
Мужчины переглянулись, посмотрели на кувшин.
Так-то да. В Эстормахе матриархат (дикари они там, точно!), поэтому кувшины у них делают в виде женской фигуры.
Расширение снизу, подобно бедрам, сужение талии – и снова расширение. Так, мол, от предков пошло, так и останется.