Академия Драконариев. Комплект из 3 книг

– Раэн, я тут решил сразу показать вам еще одно изобретение. Правда, не знаю, что там у меня с деньгами, хватит ли на его финансирование…
Удочка была заброшена, и рыбка клюнула почти мгновенно. Раэн Бонифацио заулыбался еще теплее, аж температура в комнате подскочила.
– Если оно такое же, как предыдущее, это неважно! Я и сам с удовольствием войду в долю…
Лутаро кивнул.
Этот вопрос они с Каэтаной обсудили. И решили предложить главе гильдии те же десять процентов. Пять ему – пять на счет гильдии. За продвижение, вложение денег, личную заинтересованность…
Лутаро опасался реакции девушки, но услышал только одну фразу: «Чтобы что-то получить, надо что-то вложить». И выдохнул с облегчением.
Сколько эсов никогда не будут вести дела с раэнами? Просто из-за глупой спеси?
Много. Очень много.
Сколько людей потеряли все, потому что хотели получить много и сразу? Не понимая, что так не бывает. И лучше сто раз по рие, чем один золотой – и все.
У Каэтаны Кордовы таких замашек попросту нет. Она отлично понимает, что любая вещь сначала нуждается в продвижении, в раскрутке, во вложении денег. И люди, которые будут помогать, хотят получить свой процент. Пусть небольшой, но постоянный.
И она не возражает.
На магнитную застежку раэн Бонифацио смотрел с сомнением. Но потом подумал и пообещал сделать. На пробу.
Это недорого в принципе…
Применение?
Одежда, сумки, мебель, ювелирка… Раэн Бонифацио сообразил не сразу, но потом понял, что и тут будет самое главное – массовость. Дешевле производство, большая востребованность…
– Говорите, есть возможность вложиться деньгами?
– Да, раэн Бонифацио.
Если в Гильдию Лутаро пришел лучшим другом раэна Бонифацио, то уходил, считай, почти что братом.
Доля во втором изобретении досталась раэну Теодоро, который повертел в руках рисунок сумочки, подумал, но… как мудрый человек, показал ее своей супруге.
Супруга сказала одно слово: «хочу».
Раэн вздохнул – и вложился деньгами. А то себе дороже получится… вставать между женщиной и обновкой? Нельзя такое делать, если хочешь жить долго и сча́стливо, никак нельзя.
И еще две идеи пошли в народ.
Раэн Лутаро подумал, но решил пока не торопиться. Хотя бы до следующего года, потом можно будет и о чем-то новом подумать. Это процесс не слишком быстрый, и не все нововведения общество готово принять…
Спешить тут не стоит. Это не ловля блох.
Каэтана полностью с ним согласилась и пообещала ждать. Время пока еще есть, а там и деньги будут… постепенно, потихоньку, полегоньку…
Она справится.
Обязательно справится.
И если захочет начать новую жизнь, то не уйдет в нее с голым задом.
3
Олинда застыла в упражнении.
Тело опирается на локти и на носки ступней, вытянуто в струночку, спина ровная, попу не выпячивать, голову не опускать, а так хочется! Опустить, и опуститься, и расслабиться – нельзя.
– Пятнадцать… двадцать шесть… сорок два…
Каэтана считала нарочито медленно.
Вредина.
Но обвинять ее серьезно Олинда не могла. Каэтана и сама работала не меньше, и еще находила время присмотреть за ними… можно подумать, у нее глаза вокруг головы!
– Фати, попу вниз! Лин, не сачковать!
Олинда скрипнула зубами, но коленки от земли оторвала. Каэ, зараза!
Но даже ругаться всерьез не выходило. После первых занятий девушка скулила, рыдала и мечтала убить Каэтану. А потом втянулась, и ей… понравилось?
Да, именно так.
Зарядка стала даваться намного легче, исчезла противная одышка, появилась легкость в походке. О чем-то серьезном пока говорить было рано, но Олинда поняла, что двигается быстрее, чем раньше. И этого пока было достаточно.
Олинда знала, что надо работать, если хочешь что-то получить. Хочешь быть стройной? Носи корсет. Хочешь петь и играть? Бери уроки музыки.
Хочешь хорошего мужа? Охоться…
Хочешь не быть беззащитной? Тоже надо учиться. И Олинда видела – Каэтана тоже выкладывается. Вместе с ними, а иногда и больше, чем они. Так что обиды не было. Все справедливо.
Занятие закончилось, и Каэ, как обычно, полезла в море. Олинда поежилась.
  
Ну да, тут тепло, но… купаться?
Вот так?
Не в ванной?
Не умела она плавать, не умела. А вот поди ж ты, глядя, как Каэтана ныряет рыбкой, вдруг испытала – зависть? Она тут вся потная, и вообще это несправедливо! Почему Каэ может, а она…
Олинда попробовала кончиками пальцев воду.
– Не бойся. – Каэ заметила ее попытки. – Водичка теплая. И дно тут хорошее. Можно хотя бы ополоснуться.
Олинда задумалась.
– А если захочешь, я вас потом и плавать научу. Это полезно. Спина болеть не будет.
Олинда вспомнила эссу Мираль, которая жутко мучилась от боли в спине. Да и… Многие страдали, она знала.
– Корсет не всегда полезен, – объяснила Каэтана. – Давай, я буду рядом. Не утонешь.
Севилла шагнула к морю.
– Давай я? Мне всегда хотелось научиться плавать.
Каэтана протянула руку.
– В море легче. Вода соленая, сама тебя держать будет. Давайте я вас научу лежать на воде? Сейчас волны, считай, нет, вода спокойная, должно получиться.
Пришлось мыть волосы.
И воду из ушей вытряхивать.
И наглотались девушки тоже. Но вот это ощущение, когда ты просто лежишь на воде, на спине, и над тобой небо… Олинда его запомнила. И оно было восхитительным.
Море обволакивало, качало, ласкало и нежило.
Море шептало и убаюкивало.
А главное… оно перестало быть источником опасности («Отойди немедленно!!! Утонешь!!! Нельзя!!! Не положено!!!») и стало своим. Родным. Уютным.
И это тоже было здорово.
  
Глава 6
 
Марису я видела всякой.
Красивой и элегантной, стервозной и насмешливой. Даже потной и растрепанной после тренировки.
Но чтобы так?
Эсса Лиез явно едва сдерживала слезы.
– Каэ…
Я огляделась, подхватила ее под локоть и утащила в конец коридора.
– Мариса, что случилось?
– Каэ… я так ждала, я…
И слезы потоком хлынули. Водопадом.
Единственное, на что меня хватило, это достать из кармана носовой платок, сунуть его подруге и погладить по волосам, ожидая, когда прекратится истерика.
Мариса безнадежно рыдала. Потом пошли сухие всхлипывания, и я принялась приводить ее в порядок.
Затащила в туалет, все равно на домоводство мы уже решительно опоздали (я опоздала), умыла, достала из сумки пакетик с какао-бобами, которые купила и сама обжарила. Гадость, конечно, но шоколад же! То есть его основа! Пятнадцать штук в день – и у вас будет хорошее настроение, как говорится в рекламе.
Врут, конечно.
Но Мариса послушно жевала бобы и даже не морщилась. Наконец я решила, что с ней можно и поговорить.
– Расскажешь, что произошло?
– Можешь меня поздравить, – горько усмехнулась Мариса. – Я помолвлена.
– Ну… вроде бы ты и собиралась? Этот… Хули… Хулиан Феррер? Так его зовут?
– Если бы! – взвыла утонченная эсса Лиез. Я сунула ей в рот очередной боб, чтобы не орала. – Если бы! Феррер, твари! Решили и с нами, и с Агиларами… и отец согласился-а-а-а-а-а…
– На кого он согласился? – начала подозревать неладное я.
– На Жоао Феррера! Понимаешь, Жоао!
– Не понимаю. Объясни, – попросила я.
Куда там! Опять соплеразлив начался. Пришлось снова отмывать подругу.
То ли бобы сработали, то ли резервы организма подошли к концу… как оказалось, Жоао – младший брат этого самого Хулиана. Только вот…
Судя по описанию Марисы, у него какие-то отклонения. То ли даун, то ли шизофреник, то ли еще что… честно говоря – я не врач-психиатр, чтобы тут диагнозы ставить. Просто – ненормальный. Очень точная градация.
И вот за такого замуж!
Жить с таким, детей рожать, в одну кровать ложиться… Как-то этот Жоао скомпенсирован. Его даже в свет выводят. Но все отлично знают, что время от времени он становится буен, может сильно ударить, может схватиться за нож, может…