Академия Драконариев. Комплект из 3 книг
Вообще прекрасно.
Я прикупила и то, и другое. Свяжу болеро, и платье заиграет. И хватит с меня.
Я уж и уходить собралась… цвет просто ударил в глаза, бросился… такой небесно-голубой. Яркий, красочный, праздничный…
– Что это?
– Ох, эсса… неприличие сплошное!
– Да?
Я вытянула из груды одежды самое обычное платье-рубашку. Я такие носила с огромным удовольствием. Длина до колена, пуговицы по всей длине, натуральный шелк…
– Что в нем плохого?
– Эсса, неприлично ж…
– Сколько?
Уйти без этой прелести? Не смогу, не уговаривайте…
Неприличие обошлось в два серебряных доро. Ничего, деньги есть. Пока…
А впереди еще и украшения. Нужны сережки – не мыслю себя с непроколотыми ушами. Это Каэ, бедолага, щеголяла с одним колечком, как нищенка, а так-то надо. Серьги, цепочку на шею – одну. И на руку браслет. Нет, это не сорочий инстинкт, это – статус. Увы…
И еще белье.
Почему тут до сих пор нет лифчиков, только корсеты? Но идеи я подавать не стану. С меня хватает и того, что Каэтане – ее телу – никакой корсет не нужен. Так что мир пока поживет без открытий. До патентного права.
А в платье я буду ходить у себя в комнате. Имею право.
И в шортах.
Кому какое дело, что до обрезания они были панталонами?
Подрубить их я и сама могу, не разломлюсь. Ох уж мне эта средневековая мода! Может, стринги изобрести?
Ладно. С этим тоже подождем.
* * *– Эсса?
Пожилой ювелир смотрел на меня с легким сомнением.
Оно и понятно. Пришла сама, не в карете приехала, из золота на мне только тоненькая цепочка на шее, и на ней ничего не висит. Платье паршивое.
Эсса из бедных.
И чего тогда к ювелирам ходить?
Я мило улыбнулась.
– Раэн?..
– Андрео Наварро, к вашим услугам, эсса.
– Эсса Кордова. Будем знакомы, раэн Наварро. Мне нужны серьги – удобные. Нужен браслет и пара колец. И на первый раз хватит.
Раэн поклонился с некоторым сомнением в глазах и принялся выкладывать на прилавок просимое.
Я тихо промолчала.
Сначала.
Потом все же запротестовала.
– Раэн, это не для девушки! Помилуйте! И вообще бриллианты днем – дурной вкус.
– Эсса?
– Они играют только при вечернем освещении, вы же знаете. Днем они некрасивы.
Раэн это явно знал.
– И поменьше, пожалуйста. У меня уши не проколоты даже… у вас их проколоть можно?
– Да, эсса.
– Отлично. Тогда покажите мне серьги размером не больше ногтя мизинца.
Раэн покосился уже вполне заинтересованно.
– Хорошо, эсса.
Мне приглянулись небольшие золотые серьги с раухтопазами. Застежка была вполне советская. То есть французская. До английских и итальянских, до пуссет и винтов, здесь пока еще не дозрели. А жаль.
– Хороший выбор, эсса.
Я тоже так думала. Серьги визуально сделали мои глаза глубже и ярче.
К ним нашлось и колечко с раухтопазом. А вот подходящего браслета не было. Пришлось плюнуть, купить цепочку и попросить поделить ее пополам.
А потом застегнуть получившийся браслет на своем запястье.
В глазах раэна блеснул интерес.
Я улыбнулась в ответ.
– Эту идею дарю. За следующую попрошу скидку.
– Хм… следующую?
Конечно, ничего сильно нового я не изобрела. Просто показала, что браслет можно и на лодыжку надеть. И кольца можно придумать для пальцев ног.
Не хотелось мне изобретать ничего нового в ювелирке, перебьются. Так что большую скидку мне и не дали. Пять процентов.
Но и так неплохо.
Осталось проколоть уши…
Выглядело это достаточно неприятно.
Кусок дерева, толстое шило, кладешь голову… да, мочки ушей можно натереть кусочком льда, чтобы чувствительность потеряли… брр!
Гадость!
– Раэн, у вас жаровня есть? И крепкое вино?
– Эсса? Да, конечно…
– Несите. Можете в счет включить.
Я лично прокалила шило, протерла и доску, и шило, и уши крепким вином, зажмурилась…
Все равно больно и противно.
Но быстро.
Один укол, рука у ювелира твердая – и тут же вставляется сережка.
– Продергивайте ее, эсса, чтобы не присохло.
– Хорошо. Спасибо, раэн.
– Не стоит благодарности. С вас двести семьдесят солеев.
Оставалось только развести руками и заплатить. Золото здесь дорогое. Но это вопрос статуса…
Постепенно я решила выползать из образа серой мышки. Так, чтобы это не было сильно заметно.
То золото.
То осанка.
Потом, к концу года, можно и платье получше качеством надеть… или как вернусь с каникул. Надо думать. И про папашу забывать не стоит.
Ничего, постепенно я со всем справлюсь.
* * *– Каэ! Подожди!
Возглас застал меня врасплох.
– Матиас?
Вот уж действительно о ком не горевали! Чего не ожидали! Вылечился? Еще добавить?
Эса Лиеза я оглядела почти с гастрономическим интересом.
– Что вам угодно, эс?
– Так официально… эсса, вам не кажется, что наша близость допускает более вольное общение?
– Близость? – подняла я брови. – Вот не припомню?
Матиас гадко улыбнулся.
– Как же? Ты так страстно спешила ко мне на свидание…
– Вы меня с кем-то перепутали, эс.
Матиас подошел еще на шаг ближе. Вот ведь… я понимала, что происходит. Этот паразит просто заявляет на меня права. Метит территорию, как последний паршивый кот. Простите, котики.
Тем не менее…
Когда эс и эсса собираются пожениться, заключить помолвку или просто приглядываются друг к другу… да вот это и происходит. Беседы, совместные прогулки (в рамках приличия), обеды и ужины за одним столиком…
Судя по всему, Мариса не помогла.
– Каэ…
Еще немного, и наглая лапа коснулась бы моего лица. Я едва сдержалась.
Но приличные эссы не перехватывают мерзкие конечности на излом, не ломают никому пальцы, не бьют в глаза или горло… даже если очень хочется. Даже если очень-очень.
А вот отстраниться я могу. Так, что наглая лапа зависла в воздухе.
И еще раз.
И еще.
Матиас понял не сразу, но потом до него дошло, что я проделываю, и парень остановился. В больших карих глазах вспыхнула злоба.
– Ты…
– Я. Тебе мало? Я добавлю. И я тебе не Каэ.
Матиас ухмыльнулся еще пакостнее.
– Ты уверена?
– Эс Лиез… – Я возвела глаза к небу. – Окажись вы последним мужчиной на земле… я бы посвятила себя богам! И дала обет безбрачия!
Сказано это было так искренне, что Матиас даже притормозил. Я и не врала. Ну кому, кому может понравиться вот ЭТО?
Даже в семнадцать лет… в мои семнадцать лет я больше ценила в мужчине ум, целеустремленность, характер, чувство юмора, а не вот… такое ЧСВ. Именно, что оно самое!
Может, у психологов это как-то иначе называется, когда человек считает себя центропупом всея планеты. А по-простому именно так. Чувство собственной важности. Очень распространено у спонсоров.
У некоторых я его и сбивала целебным массажем самолюбия.
– Но почему?
Видимо, это было настолько неожиданно, что Матиас растерялся.
– Потому что вы омерзительны.
– Я не урод, не калека, я пользуюсь успехом у женщин, – окончательно сбился с программы бедолага. – Я будущий драконарий, я богат…
Ну и как тут было устоять? Классика – она ж в любом мире бессмертна!
– Всем-то ты хорош, добрый молодец, да только я тебе не пара.
– П-почему? – предсказуемо повелся Матиас.
– Хвастаться не умею [13].
Ответом на мою тираду были выпученные глаза Матиаса и дружный хохот со стороны. И откуда только берутся непрошеные свидетели? Но Матиас был занят, охотясь на меня, а я – уворачиваясь от него. Вот и не смотрели по сторонам, а зря.
Беглый взгляд сообщил, что мы стали главной новостью дня. Матиас побагровел.
– Т-ты…
Я мило улыбнулась. Я, конечно. Еще полезешь – еще получишь. Даже и не сомневайся.
Парень заскрипел зубами, сжал кулаки, но понял, что дальше будет только хуже. Развернулся, сплюнул под ноги и покинул поле боя.