Академия Драконариев. Комплект из 3 книг
И все же, все же…
Матиас решил еще задержаться на своем наблюдательном пункте и посмотреть, что будет дальше. И не прогадал. Хотя запахи из домика неслись такие, что хотелось начать жевать ветку дерева, на которой он сидел. Просто – с голодухи! А еще – вломиться в дом и все сожрать. Вот то, что там так восхитительно пахнет!
К обеду домой вернулся эс Хавьер. Потом в дом постучался сам ректор. Потом туда же добавился математик.
И что происходит?! Если Мариса и эс т-Альего… они же должны прятаться, правильно?
Обязаны! Приличные люди всегда свои интрижки держат в тайне от всех и проворачивают все втихаря, а тут что происходит? Вся академия в курсе, один Матиас не в курсе?
Бред какой-то… наблюдаем дальше.
А после обеда, когда мужчины ушли, из дверей домика вышли Мариса… и Каэтана!
Матиас так и впился глазами в любимую девушку.
Выглядела она совершенно непривычно. Обычно Каэтана в строгих платьях, волосы стянуты в пучок, глаза в пол… очень перспективная жена, кстати. И никто другой на нее не поглядит, и воспитывать не надо. А сейчас что?
Платье какое-то простое, волосы распущены по плечам и сзади перехвачены чем-то таким, вроде ленты, ноги босые. И улыбка на лице… да что тут происходит?!
Каэтана что – была тут с утра?!
Он же никуда не уходил, и Каэтана не приходила, а он за Марисой следил с самого завтрака… так что? Получается, это Каэтана живет у т-Альего?!
От такой новости Матиас взвыл раненым козлом – и слетел с дерева.
– КАЭТАНА!!!
Глава 12
Вот уж чего я не ожидала.
Расслабилась я тут, на природе. Лето же, в академии, считай, никого нет. Преподаватели разъехались кто куда, их тут пять штук осталось на всю академию.
Ученики тоже времени зря не теряют. Даже те, кто учится «по квоте», то есть раэны-драконарии, – и те разбежались. Да их и есть тут десятка два. Мало, одним словом.
Преподавательские домики почти все свободны, никто лишний раз не ходит. Разве что ректор и математик повадились с нами столоваться. Мы с Марисой не возражали.
Мне не сложно приготовить, а тут, благодаря ректору, продукты Марисе на кухне выдают бесплатно. Я список пишу, она ходит. Правда, смотрят кухонные работники так, словно Мариса с них лично эти продукты состригает и куски мяса выдирает. Голыми руками.
А заняться все равно особенно нечем. Болею я.
А когда болею, ничем заниматься особенно не хочется. Даже думать.
Хочется лежать, читать романы в мягких переплетах, и думать, что у кого-то и где-то все будет хорошо. Только вот незадача: романов в доме много, но читать мне их не хочется. Явно же эсса Магали их покупала и читала. А мне как-то гадко, что ли?
Вот понимаю, что ни в чем не виновата, понимаю, что ничего между мной и Хавьером нет и не было, и вообще…
Понимаю, что эта дура сама по себе и приревновала, и жизнь попортила.
Душе не прикажешь. Ощущение, что хозяйственного мыла наелась. И запах, и вкус, и изжога. И, чтобы занять время, я готовлю, попутно рассказывая Марисе рецепты. Та, конечно, не очень интересуется, она же воспитывалась как хозяйка дома. Но кормить мужчин ей нравится. И видеть довольные лица тоже, так что она учится старательно.
Даже рецепты в тетрадку записывает.
Так в этот мир пришли борщ, пельмени и блинчики с икрой. А что? Прогрессорство, однако! Кухня тут очень разнообразная, но до блинов с икрой не додумались. И борща тут такого, как мой, не ели. Только что за ушами трещало.
Тут кухня вообще ближе к европейской. Это когда, чтобы не варить и не тратить топливо на приготовление пищи, мутили бутерброды и запивали абы чем. Делали похлебки, всякие пудинги… последнее вообще – фу. Ладно, это мое личное мнение. А Европа пусть хоть чем давится.
Я расслабилась.
И вижу, как к нам летит опрометью Матиас Лиез. И лицо у него такое, словно я родину за пельмени продала. Возмущенное и негодующее.
– ТЫ… вы…
А в чем смысл претензий-то?
Мариса вообще остолбенела, пришлось наступить ей на ногу, чтобы подруга отмерла. И тоже глядит на брата словно завороженная. Все же он симпатичный. Жаль, что дурак и сволочь, а внешностью-то Лиезов боги не обидели.
– В чем дело-то?!
Матиаса от этого вопроса сорвало окончательно. И ка-ак ливануло!
Мир другой, а ощущение, что канализацию прорвало, – то же самое. И визгом, и свистом.
Оказывается я – Я! – была обязана ему по гроб жизни! Более того, Матиас твердо уверен, что я его девушка, собираюсь за него замуж и никуда от него не денусь. А с отцом – так, временные трудности.
Поэтому я не имею никакого права проводить время с кем-то другим.
Хорошо хоть не сказал – в чужой постели. А мог бы, идиот несчастный!
Вот откуда берутся такие гениальные личности?
Мне остается только смотреть и любоваться. Ну и мечтать о чугунной сковородке, на которой я недавно блины жарила. Такое шикарное средство от идиотов!
Только вот сковородка – там, а я – здесь.
И визгом Матиас исходит просто истошным.
Дать ему в морду?
Можно бы, но связываться не хочется. И слабость пока после простуды – повезло еще, ни во что серьезное не перешло, и кашель вниз не пошел, в легкие. Тут это чревато.
Эс Хавьер, кстати, постарался. И растирал меня, и горячим поил, и даже горшок выносил. Кому сказать…
А Матиаса, который выносит за кем-то горшки, я представить не могу.
Как он бриллианты дарит – пожалуйста. А вот как ухаживает за больным человеком, такого нет.
И как бы его заткнуть? Пригласить в дом и уронить там на него сковородку? Но ведь не пойдет, он сейчас никого, кроме себя, не слышит! Только пуще расходится… аж красный весь.
– Эс Лиез…
Орландо Чавез, словно из воздуха соткавшись, похлопал Матиаса по плечу.
Матиас развернулся – и тут же получил прямым в челюсть. Только зубы лязгнули. А потом и рухнул как подкошенный.
– Доработки не требуется, – подвела итог я, потыкав тушку ногой. Тушка колыхалась, но в сознание не приходила.
– Что случилось? – поинтересовался Орландо.
– А что тут могло случиться? Матиас последил за нами, нашел свою сестру в домике постороннего мужчины – и взбесился. Мозгов там нет, зато фамильной дурости от папочки хоть ведрами черпай, – проинформировала я.
Про то, что и меня тут нашли, я умолчала. И про ревность тоже. Была у меня одна идея… а вдруг сработает?
– Орал, что Мариса позорит его фамилию, что репутация, что ее никто замуж не возьмет…
Орландо посмотрел на тушку у своих ног.
Мариса закрыла лицо руками.
– Ох, Каэтана… он ведь и правда отцу напишет. Чего не было сочинит…
– Драконам скормлю! – рыкнул Орландо Чавез. – Эсса Лиез, не надо бояться. Вы уже у меня работаете, увольнять я вас не собираюсь…
– Пока король не рыкнет, – почти пропела я. – Сейчас Матиас натявкает, и получите-распишитесь.
Орландо побелел от гнева.
– Эсса Кордова!
– Разве нет? Держать библиотекарем незамужнюю эссу вам просто не позволят. И ректора поменяют, если что. И не надо на меня глазами сверкать, эс Чавез, я тоже так умею. Давайте подумаем, что можно с этим гадиком сделать, чтобы он замолчал? И молчал дальше и дольше?
Я вообще рассчитывала на конструктивное предложение. К примеру: утопить. Шантажировать. Запугать так, чтобы мелко дрожал и корчился.
Орландо Чавез меня удивил.
Он поглядел на Матиаса, на Марису… и вдруг выдал:
– Эсса Лиез, выходите за меня замуж?
– Что? – ахнули мы с Марисой почти одновременно.
Орландо покосился на меня чуточку недовольно, мол, молчи, женщина, не с тобой говорят, и повторился:
– Эсса Лиез, выходите за меня замуж?
И, ободренный молчанием Марисы, продолжил уже более уверенно:
– Эсса, так будет спокойнее, безопаснее, да и брат ваш рот открывать не посме…
Бац!
Пощечина Марисе удалась, даром что красоточка на вид вся эфемерная и воздушная. Орландо Чавез отшатнулся, схватился за щеку, а Мариса кинулась в дом и хлопнула дверью так, что чуть ее с петель не снесла.