Академия Драконариев. Комплект из 3 книг

Надо было прикупить несколько кувшинов дорогого вина – отдариться и Чавезу, и Ледесма. Это как минимум.
Надо было найти что-то для Каэтаны. Понятно, она не за подарок старалась, помогала ему, да и нет таких подарков, чтобы выразить всю благодарность. Это ведь она не дала ему сорваться в пропасть, в боль и вину, в тоску и печаль. Это она была рядом и поддерживала.
Если бы не она…
Как часто, когда человек сильный, мы проходим мимо? Да он же сильный! Он справится!
Только вот поддержка нужна даже самым сильным людям. А закаленный металл после какого-то момента попросту ломается. Мог бы сломаться эс Хавьер?
Мог.
Он и сам это отлично знал. И сломаться, и запить… Ладно, Сварт не дал бы, но есть занозы, которое годами сидят в сердце, укорачивают жизнь, ломают и выворачивают душу.
Есть.
Каэтана позаботилась, чтобы он такими не обзавелся. И Хавьер был искренне благодарен.
Только вот что подарить-то?
Золото?
Она не примет. Золото дарится только внутри семьи, это понятно. Серебро эссе носить не по чину. Если купить какие-нибудь нити из камней? Можно попробовать.
Одна нить, с драгоценными переливающимися опалами, ему даже понравилась. Хавьер приценился, купил ее и убрал в карман. Но… может, и что-то другое стоит посмотреть?
Как же это сложно – дарить девушкам подарки! Сколько лет он ничем таким не занимался?
Продажным женщинам хватало денег, а если он оказывался с кем-то в постели по своему желанию – там и цветов с пирожными за глаза. Тебе хорошо, мне хорошо, зачем еще что-то?
А тут вот…
Что подарить девушке, молодой, незамужней, красивой (красивой, и глупец тот, кто не видит звезд, сияющих в серых глазах!), подарить так, чтобы она поняла: Хавьер ей благодарен. И…
Не может он себе позволить никакого «и».
Права не имеет.
Но подарить что-то такое, чтобы лет через двадцать она взяла подарок в руки и улыбнулась и сказала: вы знаете, в моей жизни был такой человек…
Так – можно?
Хоть так остаться в ее жизни, если больше никак нельзя?
Да и домой возвращаться не хотелось. С подачи той же Каэтаны (Орландо сознался, она настояла и объяснила, что так лучше будет) все вещи Магали собрали, и о жене ничего не напоминало. А боль все равно царапала коготками.
Покусывала изнутри, свербела где-то под ложечкой.
Не хотелось ему домой возвращаться. А самое страшное, что Хавьер знал – почему.
Дом – это где тебя ждут, любят, где родные люди, где хоть одно сердце бьется от тревоги за тебя, где за тебя молятся…
Был у него такой дом?
Нет.
Было жилище, в котором его ждали, кормили и в постель укладывали. А настоящего дома не было. Снова Каэтана, но ведь она правду сказала! Когда любишь – через себя переступишь, лишь бы твоему любимому хорошо было. Истинная любовь что угодно стерпит, через любые преграды пройдет…
Не готов ты себя переломить, чтобы любимому лучше было? А это не такая любовь, значит. Это страсть. Это желание владеть. Это эгоизм. Но не то, истинное, что даруют только боги и только немногим.
Не было у Хавьера ни такой любви, ни такого дома. А жилище… что ему? Постоит, не развалится. Вот и ходил он по ярмарке, стараясь шумом голосов, запахами, яркими цветами как-то заглушить свою тоску. Домой он позднее вернется, чтобы бросить все и сразу на обед. Так лучше будет…
Голос Ярины он не узнал бы. Царапнуло имя – Каэтана.
И сумочка, которая валяется под ногами, в пыли. Хавьер ее помнил, Каэтана с ней в академии ходила. А что? Ключик, зеркало и расческа туда помещаются, ей хватало. И Ярина зажимает в угол санторинца, который явно сейчас попробует ругаться и шуметь.
Рядом Майя держит поднос со сладостями.
Но сумка?
Откуда?
– Ярина?..
Вмешался он раньше, чем осознал свое движение к девушкам.
– Эс Хавьер! – рявкнула эсса Лонго. – А вдруг они не просто сумки крадут? Они и с Каэтаной что-то могли сделать?
– Я?! – почти взвыл санторинец…
Бац!
Хавьер и разбираться не стал. Приведем в чувство, потом допросим. Тело даже на землю осесть не успело, он подхватил мужчину, перекинул руку через свое плечо.
  
– Моему другу плохо! Дайте пройти…
– Да-да, дядюшка, сейчас мы найдем лекаря, – заботливой наседкой суетилась рядом Ярина. Хавьер сверкнул на нее глазами, чтобы не переигрывала, и потащил Юсуфа к одному из выходов.
Сейчас мы с тобой поговорим, приятель.
Майя подобрала еще и сумочку и последовала за своими, не выпуская подноса. А что – сладости бросать? Да никогда! И ни за что! Как у вас только язык поворачивается такое предложить!
* * *
Юсуф очнулся оттого, что эс Хавьер без особых рассуждений сунул его мордой в море. И подержал там пару минут.
– Буль! Бур-р-р-р-р-л-л-л-л-ль!
– Ага, говорить хочет, – понятливо кивнул Хавьер. И вытащил санторинца из воды.
Зря.
Первое, что сказал Юсуф:
– Пустите! Я жаловаться буду, как вы смеете!!!
За что и вернулся той же мордой в то же море. Слушать его, что ли? Перебьется!
Следующее выступление началось со сплевывания большого количества воды. А потом все равно:
– Вы не смеете!!!
– Эс Хавьер, – вмешалась Ярина, не дожидаясь третьего притопления, – вы его давайте… того? Пристукните – и пусть полежит под кустиком. Вряд ли в гавани много санторинских кораблей, найдем, откуда он явился. И все-все выясним.
– Я не с корабля!!! – завопил Юсуф, прекрасно понимая, что с ним сделают и Хасан, и его высочество за провал миссии.
Не поверил никто.
– Без денег? Без кошелька? Разве что по карманам монеты? Без верхней одежды? И сладости ты откуда брал, убогий?
– А-а-а-а-а… У меня повозка.
– Эс Хавьер, мне кажется, он нам врет. – Ярина разглядывала свои ногти со скучающим видом. Майя молчала. Она еще успеет вмешаться, если понадобится.
– Мне тоже так кажется. – И эс Хавьер погрузил санторинца в море еще раз.
И еще…
И снова…
Пытка? Безусловно! Пытка, и жестокая, и страшноватая, и человек от нее может погибнуть, если сердце не выдержит. Но как быть, если беспокоишься за близкого человека? Если эти твари что-то с ней сделали? Майя успела проверить сумочку Каэтаны – там и кошелечек, и платок, и прочие мелочи… ладно – мелочь! А без кошелька – куда?
Определенно, эти твари что-то с ней сделали! Так что эс Хавьер собирался быть безжалостным.
Юсуфа хватило минут на сорок.
Потом он все же сломался. И, обмочившийся, измученный, принялся рассказывать.
– Принц Баязет приказал привезти ему чужеземку, оскорбившую великого…
Чего Хавьеру стоило сдержаться и не дотопить подонка до логического конца… чудо, наверное. А может, не чудо.
– Что за корабль? – жестко спросил он.
– «Непобедимый».
Хавьер посмотрел на Ярину и Майю.
– Девочки… узнайте, корабль на месте или нет?
Ответил за всех Юсуф:
– Я знал, ЗНАЛ!!!
Здесь его просто убьют. И только его.
А в Санторине принц и всю его семью приговорит. Так что Юсуф старался молчать и выгадывать время. А потом… потом от пристани отошел белый корабль с синей полосой на ватерлинии и синими полосами на парусах.
Теперь его не поймать и не догнать, да и кто будет это делать?
Он выиграл!
Правда, выигрышем он насладиться не успел, получив в челюсть от эса Хавьера.
– Девочки, – мужчина увязывал негодяя его же поясом, – нам надо в академию – и БЫСТРО!
– Эс Хавьер? – Ярина знала, о чем думает она, но мужчины же… они существа сложные.
– У нас будет боевой вылет. И быстро!!!
Ярина молча кивнула.
Что ж. Вылет так вылет. Ради Каэтаны – надо!
– А с этой гадиной что?
– А ничего. Полежит тут, в расщелине, – приговорил эс Хавьер. – Авось не подохнет, воды он наглотался, ему хватит. Найдут – освободят, а нет, так и нашего возвращения подождет. Или не дождется.
И метким пинком спихнул Юсуфа в одну из расщелин, которых там много на каменистом побережье. Прибой сюда не доходит, расщелина сухая, полежит…