Романов. Том 12 (СИ)

Британская империя пала, и все ее разработки перешли Русскому царству. Понадобилось не так уж много времени, чтобы среди этих трофеев найти именно технологию невидимости. Но наша стройка на тот момент еще не была завершена, и только неделю назад все было готово к старту производства.
Не только документация прибыла к нам с Туманного Альбиона, но и оборудование. Это потребовало некоторых усилий, преодоления бюрократических препон. Однако теперь мы могли начать использовать невидимость не только на трофейных устройствах, которых тоже захвачено в избытке, но и на произведенных самостоятельно.
— Это огромная победа, Святослав Святославович, — сказал я, кивнув новоиспеченному кавалеру «Андрея Первозванного».
Государь наградил боярича за все его заслуги перед отечеством разом. И нужно заметить, репутация рода Волковых, а с ними и Урала серьезно возросла. Так что и выбирать, кто станет разбираться с английским наследством, Михаилу II не пришлось. А главное — ни у кого не повернулся язык сказать, что выбор неверный и есть более достойные кандидаты.
— Пока ждем первую крупную партию материалов, — продолжил Святослав Святославович, будто меня и не услышав, — я взял на себя смелость опробовать оборудование. Пришлось потратить наши собственные запасы.
Тем временем мы вошли в обширное помещение, больше напоминающее мастерскую, чем высокотехнологичную лабораторию. Было заметно, что ради скорости пожертвовали привычной внутренней отделкой, ограничившись лишь голым функционалом. Даже помещения для сотрудников еще не были закончены.
Впрочем, в условиях комплекса, объединенного системой подземных переходов, это не составляло проблемы. Административное здание, выстроенное специально для новых корпусов, вполне справлялось с нагрузкой. А в будущем можно будет и ремонт закончить, уже никуда не спеша.
— Также я подал заявку на закупку ваших манипуляторов в Иннополис, — продолжил рассказ Волков. — Здесь много таких задач, на которых будет эффективнее ставить именно программируемых роботов, а не живых людей. Очень тонкая и сложная работа, свободных специалистов-то у нас в запасе больше нет, а своих выращивать уже некогда.
— Верное решение, тем более что свободных людей нам и так не хватает, — заметил я. — Не успеваем мы закрывать все свои потребности. И это не только уральского комплекса касается, в том же Иннополисе еще полно должностей и мест, на которые еще не пришли люди.
Как бы ни хотелось решить вопрос с персоналом кардинально, набрав народ с улиц, но... Физик-ядерщик всегда может подмести двор, а вот дворник ядерный реактор уже не построит.
Русское царство совершило никем не ожидаемый бешеный технологический скачок, и на рынке труда уже давно образовался адский кадровый голод. Людей образованных должным образом отрывали с руками, в университеты и институты приезжали вербовщики, стараясь опередить конкурентов. Слишком мало студентов на профильных специальностях, и их на всех не хватит. Откровенная борьба уже началась, и я даже в новостях разок прочитал о судебном разбирательстве между двумя лабораториями, которые не поделили пятикурсника. А ведь это — всего лишь начало.
Автоматизация и искусственный интеллект тоже не в силах пока что закрыть этот вопрос. Уйдут годы, прежде чем будут подготовлены сотрудники в достаточном количестве.
Слишком быстро мы рванули вперед, и общество еще не успевало перестроиться.
— Надеюсь, нам удастся решить этот вопрос, — произнес Святослав Святославович, впуская меня в небольшое облицованное белой плиткой помещение. — Иначе не представляю, где мы будем брать персонал. Проектов меньше не становится, государь все время говорит, что хочет наращивать объемы продукции. А кто ее выпускать станет?
— Мы обязательно решим эту проблему, — пообещал я, разглядывая расставленное вдоль стен оборудование. — Но не сегодня, возможно, и не через год.
В стене напротив входа имелось смотровое бронированное окно. А за ним открывался вид на обширный цех, в котором беспрестанно двигались манипуляторы агрегатов, перетаскивая детали между конвейерными лентами.
 
Несмотря на слова Волкова о том, что партию он запустил пробную, Святослав Святославович решил сразу же попробовать массовый выпуск. Это позволит прикинуть процент брака, который, разумеется, неизбежен. А кроме того, в случае успеха частично позволит закрыть наши потребности.
Ведь все трофейные устройства уже расхватали царские службы. И их было слишком мало, чтобы насытить прорву государевой армии и опричников. Требовались сотни тысяч, а Русское царство захватило хорошо если тысячу работающих экземпляров.
— Смотрите, Дмитрий Алексеевич, — обратился ко мне Волков, вставший у терминала. — Я не стал трогать или изменять показатели. На выходе у нас должна получиться готовая установка, которую использовали киборги при нападении на Красную площадь.
Я кивнул, сравнивая цифры на дисплее с теми, которые вывел «Оракул». В базу данных искусственного интеллекта все имеющиеся по этой технологии сведения были давно загружены. Как и документация англичан. Так что «Оракул» мог теперь полноценно прогнозировать результат этой техномагической разработки.
Вся беда подобных артефактов заключалась в том, что нельзя было просто нанести на кусок железа некий код, влить частичку силы и получить рабочее техномагическое устройство. Безусловно, некие закономерности стали нам известны — как из опыта Царской Службы Безопасности, так и из работы Игоря Михайловича Милославского.
Но сведений все еще было крайне мало, чтобы с нуля самостоятельно разрабатывать техномагические устройства. Каждому изделию соответствовал свой материал, определенные параметры самого продукта и так далее.
Собственно, только этим и объяснялось, почему у нас до сих пор так ничтожно мало разнообразие техномагических устройств. Иначе как слепой удачей создание уже имеющихся артефактов и не назовешь. Потому как не существовало никаких инструкций, и новшества в этой сфере носили характер озарений, а не кропотливых испытаний и усиленной работы.
В свое время такой была наука. Когда древние греки могли, например, измерить диаметр планеты или расстояние от Земли до Солнца. Эти знания не смогли реализовать, развить, переведя в практическую плоскость. Озарения, не более того.
Точно так же сейчас обстояло дело с техномагией в целом. Редкие вкрапления озарений, не более. А технологии хоть и отстают от моего родного мира, но все же достаточно развиты, чтобы вести вполне современный моему прошлому времени уровень жизни.
— Здесь все верно, — подтвердил я, переводя взгляд в смотровое окно. — Через сколько будет готово первое изделие?
Волков взглянул на циферблат в углу своего дисплея.
— Четыре минуты, Дмитрий Алексеевич, — объявил он. — Желаете лично испытать получившийся прибор?
— Давайте вместе это сделаем, — предложил я, пожав плечами. — В конце концов, вы немало сил приложили, чтобы у нас что-то начало получаться. Так что, считаю, это будет правильно.
Святослав Святославович улыбнулся. А я пометил себе в уме, что нужно чаще его хвалить и поддерживать. Как любая творческая натура, Волков был достаточно уязвим и зависим от мнения тех людей, которых считает компетентными. И, разумеется, я этот список возглавлял.
— Благодарю, Дмитрий Алексеевич, для меня это честь, — серьезно ответил боярич.
Через озвученное время мы вдвоем смотрели на упакованную в уже знакомую мне коробку систему невидимости. Оставалось ее только активировать с помощью капли силы, и можно будет использовать.
— Прошу, Святослав Святославович, — поведя рукой в сторону устройства, произнес я.
Волков кивнул и положил ладонь на внешнюю оболочку коробки. Усилие требовалось небольшое и выверенное. Боярич сосредоточился и, собрав свой дар в кулак, выпустил его наружу.
Я тут же пометил себе, что стоит принудить его вернуться к магическим тренировкам. Конечно, можно списать на волнение от важности момента, однако так долго вырабатывать нужное воздействие — это сигнал. Плохой сигнал о том, что Святослав Святославович себя забросил и не следит за своим уровнем контроля родового дара. А это опасно.