Одержимый

Встал я вечером, и пусть меня беспокоили орудийные раскаты, дрожание корпуса от работы машин на полном ходу, качка, при поворотах чуть не скатился с койки, но выспался отлично, будить себя запретил, только в крайнем случае, да и Степанов – офицер опытный, сам справится, я ему так и сказал. Во время завтрака он ко мне в каюту зашёл, доложился. Около десятка судов встретили, в большинстве нейтралы, но досмотрели все. Три японских судна стали нашими призами, уже двинули к месту встречи, ещё один потопили. Это снова оказалось военное транспортное судно Японии, и на нём стояли орудия. Тут команда решила в героев поиграть, так на дно со своим судном и ушли. Первое судно, ещё моё, что со снарядами, тоже пару пушек имело, калибром семьдесят пять миллиметров, но там проявили благоразумие. Эти же нет. Японцы – народ вообще воинственный, и на верную смерть они идут с охоткой, но не всегда.
А так Степанов довольный, как у молодого задор, явно крейсерствовать понравилось. Был мной отпущен, сейчас чаю попью и принимать корабль буду, а его отправлю отдыхать. Степанов выполнил все мои приказы, основное – это громко, с проверками нейтралов, показать, что мы движемся к Цусимскому проливу, что и удалось. Сдать пленных японцев на какого-нибудь нейтрала – тоже выполнено, ну и взять призы. Неплохие взяли, два с продовольствием, на одном довольно дорогое, в Токио шло, для столицы, и третье с грузом рельсов, с вагонами и тремя паровозами на палубе. Тоже пригодится. Хорошие призы, и призовые выплаты должны быть.
Чуть позже Степанов сдал мне командование крейсером, отправившись отдыхать. За день он намаялся, а отдыхать тоже нужно, а я уже в сумерках повёл корабль дальше. К Корее, нужно там пошуметь. Повезло нарваться на охраняемый конвой транспортных судов, коптер показал, я и довернул к нему. На практику конвоев японцы, видимо, решились после того, как «Варяг» вырвался из западни, а грузы доставлять надо. Отбив боевую тревогу, собрал офицеров в кают-компании и сообщил:
– В Чемульпо идёт конвой в пятнадцать судов, половина перевозит солдат, охраняется пятью боевыми единицами. Это старый китайский броненосец «Чин-Иен», два авизо и два дестроера. Миноносцы опасны, будем стеречься от них, к броненосцу подходить не будем, нужды нет, наша задача топить транспорты, особенно с солдатами. Поэтому слушайте боевой приказ: работаем как волк в овечьем стаде, не съем, так понадкусываю. К бою минные аппараты, будем проходить мимо какого-либо японца, пустим мины, ну и снаряды, наше главное оружие. Да, среди транспортников один является вспомогательным крейсером, его тоже топить. Работаем, господа, по боевым постам.
Вот так мы на полном ходу, с затемнением, и ворвались в центр конвоя, заработали прожекторы и пушки, лупили из всего, что было, даже мелкокалиберные, хотя я их и оружием не считал. Дважды пускали мины. Дважды одному авизо досталось, горело, отогнали дестроеры. Причём один утопили, попалив нос, фугас его просто оторвал, и тот на полном ходу скрылся в волнах, второй отвернул. А мы отбежали в сторону. Результаты нашего налёта таковы: утопили шесть судов, пять с солдатами и тот вспомогательный крейсер, два горело и ещё несколько отбежали, скрывшись в темноте, выключив ходовые огни. Думали, они спрячутся от меня? Ну-ну. Горело авизо, утопили большой миноносец, это пока всё. Сами мы лишь парой попаданий отделались, не попадали под огонь особо. Дальше к конвою не приближались, догнали и потопили три судна, японцы там спешно шлюпки спускали или за борт прыгали. Одно набок кренилось, а мы поспешили уйти, пошли к корейским проливам. Добивать остальных я не стал, размер конвоя уменьшился, и боевым кораблям стало легче охранять это стадо. Рисковать «Варягом» я так не желал. Уже неплохо постреляли, канониры чистили стволы орудий, потом отбой, снова обычная вахта на борту. Надо сказать, канониры молодцы, с каждым днём опыт растёт и попаданий всё больше. В первый бой у Чемульпо там вообще одну рыбу глушили, позорище.
 
Так мы и рыскали, перехватили ещё два парохода под японским флагом и досмотрели англичанина. Военная контрабанда – команду в шлюпки, а судно на дно. А у проливов, за час до рассвета, коптер показал наши крейсера, из Владивостока, с ними «Богатырь». Между ними японский вспомогательный крейсер шёл, я по орудиям на палубе определил. Мы подошли и дали залп, внезапно осветив его, и дальше так и работали залпами. Причём стояли между нашими крейсерами и японцем, так что силуэт «Варяга» опознали сразу, засигналили. Мы как раз добили японца, так что подняли с воды тех, кто выжил, сблизились и подошли.
Младший флагман отряда капитан первого ранга Рейценштейн запросил разрешения подняться на борт моего корабля. Любопытно, по должности он выше, мне приказывать должен, а тут сам запрашивает. Похоже, что-то случилось, пока я не имею доступа к связи. Неужто орлы на погоны упали? Николай мог дать без промедлений. Да и после боя у Чемульпо пять дней уже прошло. Сейчас узнаю. Я угадал, Рейценштейн подтвердил, Николай дал мне контр-адмирала за блестящий бой у Чемульпо и уничтожение эскадры противника. Даже утвердили на должность командующего Порт-Артурским крейсерским отрядом. Это всё уже известно. Вчера утром крейсера покинули Владивосток, свежая информация. А вот про «Манджур» им неизвестно, от меня младший флагман узнал.
Общались мы в моей каюте, с нами только Степанов был. Осмыслив полученную информацию, я сообщил ему.
– Вениамин Васильевич, принимайте «Варяг».
– Есть, – засветился тот.
– Ну а я принимаю пока временное командование над вашим крейсерским отрядом, Николай Карлович. Большие дела нас ждут, сам я переберусь на «Россию». Надеюсь, для меня место найдётся, Николай Карлович?
– Конечно.
Пока вестовой собирал мои вещи, мы прошли в штурманскую, как раз прибыли командиры остальных крейсеров, и я показал на карте точку:
– Тут место сбора призов, там же «Кореец», да и «Манджур» скоро должен подойти, задачу ставлю командиру «Рюрика». Дойти, взять всё это под командование и отвести призы во Владивосток, через Цугарский пролив, а мы тут пошумим. С вами пойдёт «Богатырь». Извините, напомните имя-отчество, если мы знакомы, не могу вспомнить, потеря памяти после травмы головы в бою.
– Александр Фёдорович Стемман. Знакомы мы были.
– Хорошо, Александр Фёдорович. У вас своя задача. Передать приказы командирам «Корейца» и «Манджура», сдать им командование своих канлодок старшим офицерам, взять с собой по тридцать матросов и кондукторов, с одним офицером, вы их на борту «Богатыря» доставите вот по этим координатам… Дальше мы вас встретим. «Варяг», «Громобой» и «Россия» останутся со мной, повоюем тут.
Я тут же написал приказы, подписавшись как контр-адмирал, и мы стали расходиться. Офицеры уже успели пообщаться со Степановым, всем было интересно послушать о бое у Чемульпо, вот и узнали правду. Насчёт мин особо и не скрывалась. Хитростью взяли, и это поняли. «Рюрик» и «Богатырь» вскоре скрылись за горизонтом, им частично обойти Японию нужно, в Тихом океане встреча с моими призами. Если «Манджура» ещё нет, подождут. Тот примерно завтра днём должен подойти к месту, а может, и чуть позже. Мои вещи на борт «России» уже перевезли, сам я прежде чем покинуть борт «Варяга», отдав честь флагу, спросил у Степанова:
– Вениамин Васильевич, вопрос такой. Я женат?
– Жена Мария Николаевна и трое сыновей, – кивнул он.
– Вот чёрт. Надо будет отписаться. Значит, это их фото на столе было.
– Надо, наверное, – кивнул тот, чуть улыбаясь, моя реакция его явно позабавила.
Что делать дальше, Степанов знал. Меня на шлюпке доставили на борт «России», и вот сейчас я укладывал вещи с новым вестовым в довольно неплохой каюте, чуть больше, чем у меня ранее была, старый вестовой на «Варяге» остался. «Рюрик» и Богатырь» уже убежали за горизонт. Сами мы тоже двинули в глубь Жёлтого моря, задача – отстоять день. Рейценштейн особо не возражал против того, чтобы временно встать под моё начало, тем более я сообщил, что имею важное задание и его нужно выполнить. Их корабли для этого пригодятся, после этого совместно пойдём во Владивосток. На этом в принципе всё, корабли уходили на юг. «Варяг» бежал впереди, проводил разведку, а я общался с офицерами броненосного крейсера в кают-компании. Возжелали те пообщаться, что мы и делали. Почему я «Рюрик» отправил прочь, думаю, понятно, у него максимальный ход восемнадцать узлов, у двух других крейсеров двадцать. Он как гиря на ногах. Быстроходные крейсера адмирала Камимуры в той истории, где я родился, нагнали его и потопили, остальные два ушли, пользуясь скоростью. Пусть лучше призы охраняет. Командир «Рюрика» под общее командование и обе канлодки возьмёт. Задача – привести во Владивосток, вот пусть и выполняет.