Маршмеллоу: роман толстушки (ЛП)

— Удачи, приятель, — говорит Джефф, подмигивая мне, когда все они уходят, оставляя меня одного в большом гостиничном номере.
На долю секунды я начинаю нервничать, прежде чем открывается смежная дверь и входит самое прекрасное создание, одетое в кремово-белое платье, от которого она выглядит даже лучше, чем пахнет. Мне нужно попробовать её на вкус.
— Где все? — спрашивает она, оглядывая пустую комнату и слегка хмуря брови.
— Они ушли, но номер оплачен до утра. Я подумал, что ты захочешь насладиться им вместе со мной.
— Серьезно?
Я смеюсь: — Почему всё это так шокирует тебя?
— Потому что… я не знаю. Потому что такие вещи со мной не происходят. Что бы кто ни говорил, чтобы укрепить твою уверенность в себе, быть большой не считается красивым. Мне ежедневно напоминают об этом, когда я выставляю себя на всеобщее обозрение в социальных сетях.
Я хочу выследить каждого ублюдка, который когда-либо сказал ей гадость, избить его до крови и потребовать никогда больше не произносить ни одного негативного слова в адрес женщин. Женщины прекрасны во всех своих формах и размерах.
— Люди поверхностны, Марша. К тому же они до неприличия завистливы по своей природе. Личность, которую ты выставляешь на всеобщее обозрение, открыта, уязвима и реальна. Когда я впервые увидел твой аккаунт, признаюсь, меня привлекла твоя внешность, но именно твои слова привлекли меня. Твой ум заставил меня захотеть тебя так, как я хочу. Я считаю, что ты особенная, и, возможно, это станет для тебя шоком, но я планирую оставить тебя у себя.
— Оставить меня? — её глаза расширились, но сомнения остались. Я придвигаюсь ближе и провожу пальцем по её подбородку.
— Я хочу тебя, Марша. Я хочу твое тело. Я хочу твой разум, но больше всего я хочу твое сердце. Скажи, что ты будешь моей, — шепчу я, — скажи, что останешься здесь со мной, чтобы я мог показать тебе, как настоящий мужчина должен относиться к такой удивительной женщине, как ты.
— Да, — со вздохом произносит она, прижимаясь ко мне. Я улыбаюсь, принимая это за ответ, затем прижимаюсь к её рту, мой член тверд и жаден. Я отчаянно хочу оказаться внутри неё, и мне требуется вся моя сила воли, чтобы не сорвать с неё одежду.
— Ты скажешь это для меня, сладкая? — шепчу я, когда она дрожит в моих объятиях.
— Я твоя, — задыхаясь, произносит она, и я издаю гортанный рык. Я проведу эту ночь, трахая её так сильно, что её глаза закатятся обратно в голову. Я возьму её голой и наполню её ждущее лоно своим семенем, потому что я хочу, чтобы мы были связаны. Вместе. Навсегда.
Я очень люблю сладкое, и я не люблю делиться своими лакомствами.
Этот зефир — мой.
Глава 11
Марша
Это вообще реально? Я стала желанной. Потеряна, а теперь найдена. Я принадлежу себе. Я никогда не чувствовала, что принадлежу кому-то, но здесь я уверена, что принадлежу этому потрясающему мужчине.
Взяв меня за руку, он тянят меня к кровати.
— Я знаю, что должен сначала угостить тебя вином и ужином, но мне так хочется попробовать свою зефирку и узнать, насколько она сладкая. Могу я попробовать тебя, сладкая?
— Да, — отвечаю я, при этом мой голос звучит просто как придыхание, поскольку я решила, что его язык у меня между ног — это самое лучшее, что я могу себе представить.
— Сними трусики и дай их мне, — приказывает он, и я быстро подчиняюсь, хныча, когда он подносит их к носу и вдыхает, — ты уже намочила трусики, думая обо мне.
Инстинкт заставляет меня отрицать, но какой в этом смысл? Доказательства в его руках, и, честно говоря, мне не стыдно признаться, как сильно он меня возбуждает.
— Я представляла себе, каково это — быть с тобой, — говорю я.
— И давно?
— С тех пор, как ты написал мне. Может быть, даже раньше.
Он берет мою руку и кладет её себе на промежность.
— Я тоже.
Моё зрение теряют фокус, когда вспышка экстаза проносится через меня. Я держу в руках твердый член мужчины, о котором мечтала, и он твердый из-за меня. Я могу кончить, просто держа его. Он стонет, пока я работаю над ним рукой.
 
— Я не могу дождаться, когда окажусь внутри тебя, сладкая. Но сначала мне нужно, чтобы ты села на кровать и раздвинула для меня бедра. Покажи мне свою красивую киску.
Дрожащими конечностями я опускаюсь на кровать и раздвигаю колени. Это так далеко выходит за пределы моей зоны комфорта, но самым манящим образом. В тот единственный раз, когда я это делала, в комнате было темно, и это было пьяное шатание с последующими неловкими толчками. Не было ни одного момента, когда бы я чувствовала себя полностью желанной, а здесь, под пристальным взглядом Картера, я чувствую себя богиней.
— Вот так, милая. Откройся для своего мужчины, — говорит он, вставая на колени, и его голодный взгляд переходит на мою интимную часть.
Потянувшись вверх, он стягивает с моих плеч халат и проводит пальцами по моим рукам, оставляя за собой обжигающий след. Затем он проводит ладонями по моим бедрам, сдвигая пеньюар вверх, пока он не сбивается в комок на бедрах, и ему открывается лучший вид на меня. Он поднимает глаза, чтобы встретиться с моими, тёмными и полными желания, затем ухмыляется и опускает голову, высунув язык проводит им по моему клитору.
— Твою мать! — мои пальцы впиваются в его волосы. Со мной никогда не делал этого мужчина, и я потрясена тем, как чутко моё тело реагирует на пробующие дразнящие движения его языка.
— Мм, — говорит он, проводя языком по моему клитору, — у тебя восхитительный вкус, — он вводит в меня пальцы, заставляя меня хныкать, — ты такая тугая, сладкая. Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить?
— Да, — говорю я, двигая бедрами вместе с его пальцами. Я была близка к тому, чтобы кончить весь день. Достаточно ему ещё раз прикоснуться к моему клитору, и я готова.
Он опускает свой рот и посасывает мой клитор, проводя по нему языком с такой скоростью, что я дергаю его за волосы и вою до небес.
— Картер! О Боже, да!
Мой оргазм сотрясает моё тело, заставляя мои бедра биться в спазмах, пока я трахаю его лицо, а его рот жадно впитывает мои соки, его пальцы работают внутри меня, удерживая меня на волнах, пока моё тело не начинает снова опускаться, и я стону ещё громче.
— Святые угодники!
Картер замедляет темп, переходя к неторопливому облизыванию, и доводит меня до того, что целует живот, сдвигая пеньюар выше, пока не обнажаются груди. Я поднимаю руки, и он стягивает пеньюар через голову, лаская мои тяжелые груди, а затем наклоняется и осыпает их поцелуями, уделяя пристальное внимание моим соскам.
— Ты такая красивая, милая, — говорит он, приникая к моему рту и глубоко целуя меня, — мне нужно быть внутри тебя.
— Да, — задыхаюсь я, моя плоть жаждет его, — пожалуйста, — я тянусь к поясу его брюк, нахожу пуговицу, расстегиваю её и расстегиваю ширинку. Когда он опускает их на пол, я любуюсь силой его тела и красотой его длинного, толстого члена. Он такой твердый и покрытый венами, как и всё остальное, и при виде его я чувствую, как у меня течет слюна.
— Ты хочешь этого? — спрашивает он, беря свой член в руку и любовно поглаживая его.
Я чувствую жар между бедер:
— Хочу.
— Тогда передвинься на кровати и раздвинь ноги. Я собираюсь войти в тебя так глубоко, что ты будешь чувствовать меня несколько недель.
Я задыхаюсь, отползаю назад, как он просит, и заворожено смотрю, как он забирается на меня и прижимает свой кончик к моей щели.
— Ты создана для меня, сладкая, — говорит он, похотливо водя кончиком члена по моим сокам, — и эта киска, — он входит в меня одним резким толчком, — теперь моя.
— О боже, — задыхаюсь я, ошеломленная его размерами. Я не знала, что когда-нибудь смогу почувствовать себя такой… полной. Это великолепно.
— Не боже, сладенькая. Зови меня по имени, я теперь твой бог в спальне.
— Картер. О, Картер, — зову я, пока он двигается вперед-назад, сначала медленно, пока я растягиваюсь вокруг его члена. Моя сердцевина трепещет, когда он входит и выходит.