Последняя черта
В ванной комнате, под раковиной, стоял пластиковый шкаф, внутри которого лежали четыре автомата Калашникова АКСУ. Вместе с автоматами лежало двадцать запасных магазинов, а вот патронов было всего сотня.
Все найденное в квартире я положил в сумку, благо взял ее, большую и крепкую.
Я вышел на улицу, и, сев в машину, мы все вместе покинули пустынный двор пятиэтажек. Доехав до интерната, все отправились спать. Я прихватил сумку с собой — утром разберусь с ее содержимым.
Когда я засыпал, у меня промелькнула только одна мысль — приснится или нет мне сон-вещун?
Глава 7
Банковский «минивэн» подъехал с опозданием в три минуты — что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад, — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток находился в небольшом тупичке, между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.
Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.
— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.
Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанные в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.
Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.
Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов продолговатый цилиндр, из которого раздавалось шипение и вырывались клубы дыма.
Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер» были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена запрыгнули в кузов машины. Я нажал на педаль газа и рванул с места. Задние колеса, истошно взвизгнув, начали бешено крутиться, оставляя жирные черные полосы на асфальте. Машину повело из стороны в сторону, но она не двинулась с места. Я выжал педаль газа до пола, мотор ревел на повышенных оборотах, но машина не слушалась, она замерла как вкопанная.
— Леха, что за ерунда?! — закричал один из бэтменов, стуча кулаком в фанерную перегородку, отделяющую кабину от кузова. — Гони! Сейчас инкассаторы очухаются и тогда нам всем крышка!
Машина не двигалась, я посмотрел в зеркало заднего вида и сквозь дым от горящих задних колес увидел, что к машине приближаются вооруженные автоматами инкассаторы. Ударив несколько раз кулаком в перегородку, отделявшую водителя от кузова, я выпрыгнул на улицу.
Та-та-та-та — «ксюха» в руках инкассаторов выпустила короткую очередь. Я пригнулся, и пули, просвистев у меня над головой, изрешетили дверь фургона.
Бах! Бах! — я выстрелил в ответ, инкассатор даже не подумал пригнуться.
Бах! Бах! — пули, выпущенные из «ТТ», попали работнику банка в грудь, и он упал на землю.
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — «заговорили» пистолеты по ту сторону фургона — в дело вступили братья Серовы.
Бах! Бах! Бах! Бах! — пистолеты по ту сторону фургона стреляли без остановки!
Да, что у них там такое? Не могут справиться с одним охранником?!
Оббежав вокруг машины, я увидел Вовку и Васю, которые стояли возле машины и стреляли, держа пистолеты перед собой. Возле их ног лежали ЧЕТЫРЕ убитых охранника!!! А если учесть еще и того, которого застрелил я, то получалось ПЯТЬ! Откуда столько?! Их в банковской машине было всего трое!
Бах! Бах! Бах! Бах! — Пистолеты в руках Вовы и Васи, продолжали изрыгать пули! Выглянув из-за их спин, я увидел, что проулок, в котором стоял банковский «минивэн», полон мужиков в камуфляже с шевронами службы безопасности банка! Да откуда их здесь столько?! Я вскинул пистолет и начал стрелять в инкассаторов — Бах! Бах! Бах! Бах!
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
— Я пустой! — истошно закричал Вова.
— Я тоже, твою мать! — крикнул Вася.
Я перезарядил пистолет и вновь открыл огонь! У нас было всего по одной запасной обойме к каждому пистолету. А инкассаторы лезли вперед, не обращая внимания на пули, которые в них попадали. Только пуля, попавшая в голову, опрокидывала человека в камуфляжной форме. Бах! Бах! Бах!
Вот черт! Опять этот сон!
Я рывком поднялся с постели! Сердце бешено колотилось в груди, так и норовя выпрыгнуть наружу, руки тряслись, как у запойного алкаша, а голова болела, как после недельного запоя. Вся простынь, на которой я спал, была скомканной и мокрой. Видимо, я всю ночь вертелся и потел!
Посмотрев на часы, я понял, что спал не больше трех часов. Часы показывали семь утра, а спать я лег, где-то в районе четырех часов. Нет, надо что-то с этими сновидениями делать! Они меня так в гроб загонят, от недосыпания! Это ж надо, как только я засыпал, мне снился злосчастный банковский «минивэн» и инкассаторы. Только концовка у сна каждый раз разная. Интересно, что она может означать на этот раз?
Из-за двери доносился гомон и шум — интернат уже проснулся, и дети носились по коридорам. Сегодня никто из воспитанников интерната не пошел в школу — сборы к отъезду шли полным ходом.
Встав с кровати, я прошел в ванную комнату. Наличие отдельного туалета — эта была одна из основных причин, почему я выбрал именно эту комнату для проживания.
После водных процедур я включил кофеварку и, выглянув в коридор, остановил первого попавшего ребенка, который пробегал по коридору, и «запряг» его, чтобы он принес мне с кухни каких-нибудь бутербродов для завтрака. Пацан, увидев меня, восторженно кивнул головой и бросился бежать сломя голову.
Достав из сумки пакет с деньгами, я быстро их пересчитал, считал, правда, не точно — всего лишь прикинул общую сумму по количеству пачек в банковской упаковке. Получалось, что в квартире я взял примерно сто пятьдесят тысяч долларов. Основная масса денег была в американских долларах и российских рублях. Были еще гривны, но их было совсем немного — двадцать тысяч, что в переводе на доллары получалось две с половиной тысячи долларов. Зачем Кружевникову передали такую большую сумму денег, я пока не знал. Ответ должен был быть в бумагах и фотографиях, которые лежали в одной коробке с деньгами. Ну и сам, Кружевников должен был кое-что знать, все-таки деньги предназначались именно ему!
Спрятав деньги и бумаги с фотографиями обратно в сумку, я достал из нее оружие. Итак, что у нас есть: два пистолета и бесшумная винтовка для стрельбы на короткие и средние дистанции. Включив ноутбук, я запустил интернет-браузер. В поисковой строке набрал то, что было выбито на рукояти пистолета — «ГШ-18». Через секунду поисковик выдал целый перечень сайтов, посвященных современному стрелковому оружию. «ГШ-18», оказался современным пистолетом, разработанным для российских спецслужб. Пистолет отличался от других, подобных ему, необычно легким весом — всего 580 граммов. Достигалось это благодаря использованию композитов и пластика при изготовлении пистолета. Посмотрев на одном из сайтов инструкцию по разборке пистолета, я несколько раз собрал и разобрал пистолет. Я снарядил шесть магазинов, пистолет удобно лег в плечевую кобуру, а запасные магазины я разместил в карманах моей куртки. У каждого оружия должно быть свое имя, поэтому пистолет я буду называть — «Гошей».