Влекомая тьмой (ЛП)
Согласен.
— Как ты хочешь это сделать, Дамиано? — Спрашивает Анджело.
Он какое-то время размышляет, затем говорит:
— Мы все войдем. И наши люди тоже. — Помолчав, он потирает пальцами щетину на подбородке. — Мы подойдем к этому ублюдку всей семьей, и я убью его у всех на глазах. Это послужит сигналом, чтобы с нами не связывались.
— А свидетели? — Спрашивает Ренцо.
— Пусть говорят.
Я вздыхаю, потому что это означает, что нам придется заручиться поддержкой и подкупить множество чиновников, чтобы уберечь задницу Дамиано от тюрьмы.
Но то, чего он хочет, он получает, так что никто из нас не спорит.
_______________________________
Когда колонна внедорожников подъезжает к клубу, я оглядываю окрестности.
Возле клуба тихо, потому что еще рано и заведение еще не открылось.
— Что ты хочешь сделать? — спрашивает Ренцо Дамиано.
— Пойдем постучим в дверь, — бормочет он, открывая дверь.
— Думаешь, они просто так откроют нам? — Спрашивает Ренцо, когда мы все вылезаем из внедорожника.
— Конечно, нет, — рычит Дамиано, бросая на Ренцо взгляд "какого хрена". — Я не гребаный дурак. — Подняв руку, он подает сигнал своим людям.
Увидев гранатомет, я качаю головой. Взрыв услышат все.
Мы с Анджело переглядываемся, и я вижу, что он беспокоится за Дамиано. Даже для нашего босса, который натворил немало безумного дерьма, это немного безрассудно.
— Взорвите дверь, — приказывает Дамиано.
Оставив винтовку в машине, поскольку в клубе она мне не понадобится, я достаю из пояса один из своих пистолетов Heckler & Koch.
Ренцо и Анджело тоже держат оружие наготове.
Граната пробивает дыру в фасаде клуба, и я делаю глубокий вдох, после чего следую за своими друзьями через обломки в темный коридор.
В воздухе повисает дым, и я низко опускаю голову, стараясь не вдыхать его.
Как только мы выходим на открытое пространство с танцполом и барами, эти ублюдки открывают по нам огонь.
Мы с Ренцо уклоняемся в сторону и бежим к бару, где решаем укрыться. Я понятия не имею, куда делись Анджело и Дамиано.
Ренцо качает головой и бормочет:
— Дамиано серьезно нужно потрахаться. Это сотворит чудеса с его характером. — Вскакивает он, бросает быстрый взгляд и снова приседает передо мной. — Прикрой меня. Я сбегаю к кабинке ди-джея.
Он выныривает из-за барной стойки, а я вскакиваю и открываю огонь по ублюдкам, которые находятся на втором этаже, бормоча при этом:
— А кто, блять, будет меня прикрывать?
Я вижу, как пуля попадает Ренцо в руку, как только он ныряет за кабинку и расправляюсь с ублюдком, который стрелял в моего друга. После этого мне удается убежать.
Не дай себя убить сегодня, Дарио.
Глава 37
Дарио
Я чувствую жжение в боку, когда пуля едва не задевает меня, а я падаю и врезаюсь прямо в Ренцо.
— Господи, — ворчит он. — Ты в порядке?
— Да. — Проверив магазин в своем пистолете, я возвращаю его на место. — Надо было взять с собой автоматы, — бормочу я, приседая на корточки.
— У тебя идет кровь, — говорит Ренцо, оттягивая ткань моей рубашки от бока.
— У тебя тоже. Двое задели меня. Как твоя рука?
— Пуля вошла неглубоко. Буду жить.
— Уж лучше тебе так и поступить.
— Где вы, блять? — восклицает Дамиано, перекрывая стрельбу.
— В кабинке диджея, — кричит Ренцо.
Стрельба внезапно прекращается, и мы слышим, как наш босс рявкает:
— Тащите свои задницы сюда.
Мы бросаемся наверх и, покидая свое укрытие, видим, как Дамиано и Карло поднимаются по лестнице, а Анджело и Большой Рики следуют за ними.
— Ты прикрываешь нас, а я слежу за вторым этажом, — говорю я Ренцо, и мы бежим догонять остальных.
Пока мы поднимаемся по лестнице, вокруг царит пугающая тишина. Дойдя до VIP-зоны, мы видим, что Мигель сидит за столом, а его люди расположились вокруг него полукругом.
— Неужели все эти заморочки были так необходимы? — Спрашивает Мигель, глядя на Дамиано.
— Да.
Наплевав, Дамиано выдвигает стул и садится за стол. Он жестом просит Карло налить ему выпить.
Я придвигаюсь ближе, одновременно вытаскивая из-за спины второй Heckler & Koch. Насторожившись, я перевожу взгляд с одного ублюдка на другого.
Дамиано вздыхает.
— Все, что тебе нужно было сделать, — это выслушать, но нет же; ты проявил упрямство и влез на нашу территорию.
— В Нью-Йорке можно заработать много денег. Сделка все еще в силе, — говорит Мигель, выглядя немного беспокоенным.
Карло ставит стакан виски перед Дамиано, который берет напиток и делает глоток.
Когда он снова ставит стакан, то бормочет:
— Как бы хорошо ни звучала тридцатипроцентная доля, я вынужден отказаться.
Мое сердцебиение снова учащается, потому что я узнаю выражение его лица.
Секунду спустя его рука взлетает вверх, и он наносит смертельный выстрел, попадая Мигелю прямо между глаз.
Наступает настоящий ад, и все остальные открывают огонь.
Пуля свистит над моей головой, и мне приходится бросить свой пустой Heckler & Koch. После этого я сваливаю Дамиано со стула, когда один из ублюдков держит его на мушке.
И снова я чувствую, как спину словно пронзает жжение. Мы падаем на пол, но Дамиано смягчает мое падение.
Моя рука взмахивает в воздухе, когда я разворачиваюсь, готовый к действию, но последний человек падает от пули Большого Рики.
Опустившись на ковер, я смотрю в потолок и делаю отчаянные вдохи.
— Господи.
Дамиано, все еще лежащий рядом со мной, поднимает руку и держит большой и указательный пальцы на расстоянии дюйма друг от друга.
— Вот так ты был близок к тому, чтобы ударить меня коленом по яйцам, ублюдок.
Я заливаюсь смехом.
— Я почти уверен, что получил пулю за тебя.
— Что? — Садится он, начиная проверять меня на наличие ран.
— Поверхностная рана на моей спине.
Он толкает меня, после чего поднимается на ноги.
— Это не от гребаной пули. — Оглядывая окрестности, он спрашивает: — Все в порядке?
— Да, просто нужно посетить клинику, — бормочет Винченцо. — Я получил пулю в ногу.
Фабрицио подходит ближе к своему другу, чтобы помочь ему спуститься по лестнице.
— Пойдем, — приказывает Дамиано.
— Никто не хочет мне помочь? — Спрашиваю я.
Мой босс останавливается, затем хватает меня за руку и поднимает на ноги.
Я смотрю на тело Мигеля, но понимаю, что его смерть не остановит поступление наркотиков в Нью-Йорк. Это война, которую мы будем вести до конца своих дней.
_______________________________
Как только мы приземляемся, я еду домой, чтобы сменить R8 на свой внедорожник. После чего отправляюсь в Браунсвилл с пакетиком кокаина в кармане.
Я чертовски устал и просто хочу лечь в постель со своей женщиной, но сначала мне нужно позаботиться о ее матери.
Доехав до района, я набираю номер Фрэнки.
— Я начинаю чувствовать себя особенным, — отвечает он.
Я усмехаюсь, затем спрашиваю:
— Ты знаешь, где тусуется мать Иден?
— В баре вверх по дороге от дома, в котором живет Иден.
Мне нужно проверить, отказались ли Иден и Тайрон от аренды квартир.
— Встретимся в баре.
Я заканчиваю разговор и еду к квартире. Проезжая мимо старого здания Иден, я вижу группу бездомных, собравшихся вокруг костра, разведенного ими в мусорном баке.
Подъехав к бару, я паркую внедорожник и выхожу из него, оглядываясь по сторонам в поисках седана Фрэнки.
Мне не приходится долго ждать появления Фрэнки, и как только машина останавливается, он вылезает с пассажирского сиденья.
— Что случилось?
— Найди Мэнди. Мне нужно с ней поговорить.
— Давайте я загляну внутрь.
Я смотрю, как он перебегает дорогу и заходит в бар. Не проходит и минуты, как он вытаскивает женщину на тротуар и, крепко схватив ее за руку, тащит туда, где стою я.
— Спасибо, Фрэнки. Ты можешь идти, — говорю я, окидывая ее взглядом.