Удар судьбы (СИ)

Даже сейчас я все еще находился даже не в последнем классе, а в «подвешенном» состоянии, в котором пребывали все новички. На данном этапе отсеивалось большинство желающих. Происходило это потому, что люди впервые сталкивались с жестокой реальностью. Для гражданского населения место героя, пусть и самого низкого класса оставалось весьма привлекательным из-за бонусов, которые, как я говорил ранее, профсоюз давал своим членам.
Но столкнувшись лицом к лицу с реалиями городской жизни, которым должен противостоять герой, большая часть желающих сразу или постепенно сливалась. И ведь это даже были не монстры! Самая обыкновенная мелкая шваль, низкоуровневые преступники, воры, гопники, хулиганы, якудза, наркоторговцы и прочие «прелести» городской теневой жизни. Неудивительно, что из сотни подавших заявление до F-класса доходил в лучшем случае десяток новичков.
Каждому вступившему отводился определенный срок на выполнение «нормы добрых дел». На данном этапе нас никто не подгонял, но уже в F-классе на это отводилась неделя. В Е-классе — шесть дней и так далее. Чем выше продвигался герой, тем усерднее ему приходилось работать. Тем больше отдачи от него ожидал профсоюз. Тем круче была опасность…
Размышляя над планами действий, я продолжал идти по тротуару, не особо обращая внимания на происходящее вокруг, что и послужило причиной следующего случая.
— Смотри куда прешь, болван! — прорычал здоровенный накачанный амбал, пытаясь отшвырнуть меня в сторону, после того как я налетел на какого-то странного старика в сером костюме и шляпе-цилиндре.
— Извините, — пробормотал, игнорируя жалкие попытки качка, сдвинуть меня с места. — Я задумался.
— Оставь его Григорий, — с акцентом произнес пожилой мужчина, поправляя шляпу. — У нас важные дела.
Амбал тут же прекратил понтоваться, убрал руки и последовал за ним. Я убрал листовки в карман и взглянул на парочку повнимательнее. Что-то мне не понравилось в них. То ли манера общения, то ли подозрительные взгляды, то ли выпирающие из-под пиджаков рукояти громоздких пистолетов…
В общем, решил я проследить за ними. Все равно делать было нечего. Типы подошли к ближайшему переулку и юркнули в него. Я же, оглянувшись и убедившись в отсутствии свидетелей, запрыгнул на ближайший балкончик, с которого все прекрасно было видно и слышно.
Если амбал был обычным охранником, но его хозяин явно представлял собой явно кого-то рангом повыше. Вопрос — что они тут делают?
Через пару секунд все прояснилось. Парочка дошла до конца переулка, огляделись, и охранник постучал в серую железную дверь, которую я сперва и не приметил. Та приоткрылась, и подозрительные типы скрылись внутри. Бесшумно спрыгнув вниз, я обнаружил рядом заколоченное подвальное окошко, в которое я и протиснулся, с легкостью оторвав доски.
Оказавшись в полутемном помещении, напоминавшем склад, подошел к двери, за которой раздавались приглушенные голоса. Рискнув приоткрыть дверь, с интересом оглядел помещение, в котором происходило что-то очень интересное и явно противозаконное…
— Сколько нам еще ждать, Арман⁈ — донеся до меня раздраженный голос старика. Теперь ужасный акцент прорезался еще сильнее. — Если сию минуту его не доставят, я тебя кастрирую и продам в бордель япошкам!
— Простите, господин! — раздался чей-то незнакомый голос. — Парни обещали прибыть с минуты на минуту…
Рискнув приоткрыть дверь сильнее, я оглядел комнату. Это был огромный зал, ранее использовавшийся для хранения винных бочек. Судя по доносившимся звукам музыки, это был склад какого-то бара. У стен стояли ряды бочек, а в центре комнаты находилось трое: моя парочка и тощий тип, напоминающий крысу. Улучив момент, когда в мою сторону никто не смотрел, я с ускорением выбежал, заняв укромное место на самом верху бочек. Мне было все прекрасно видно и слышно, а меня не видел никто.
Вдруг раздался шум. Распахнулась другая дверь, ведущая в бар, впуская звуки веселой музыки, под которую в помещение зашло еще несколько человек, таща под руки связанного пленника с мешком на голове.
 
— Вовремя! — оживился старик. — Я уже начал беспокоиться.
Встречавший их тип, который по-крысиному дергал головой и едва не принюхивался, шустро убежал в угол и притащил два стула, на один из которых бросили мычащего пленника, а на другой, пыхтя, уселся старик.
— Вот мы и свиделись снова, Хаггар, — удовлетворенно произнес он, потирая руки. — А ты говорил, что скорее умрешь, нежели покоришься мне…
— Э-э-э, господин, — смущенно промямлил один из головорезов. — Тут такое дело…
— Мы не смогли схватить его! — вставил другой. — Старик оказался слишком силен!
— Не понял⁈ — закипел тот, вскакивая. — Вы кого мне притащили, кретины⁈
По его знаку, Крыс сдернул мешок с головы жертвы, оказавшейся молоденькой заплаканной девчушкой лет четырнадцати от силы. Старик недоуменно пялился на нее, а она смотрела на него полным страха взглядом.
— Мы не смогли взять старого, но схватили его дочь! — довольно оскалился первый бандит.
Второй оторвал скотч, которым был залеплен ротик этой милой… Но голосистой девочки.
Следующие несколько минут помещение оглашалось ее воплями, в которых она обещала божественные мучительные кары своим похитителям в особо крупных размерах. Старик в цилиндре, слушая ее, почему-то блаженно улыбался, словно девочка не ругалась, как моряк, а всячески его расхваливала. Наконец, он сказал, поймав момент, когда та перевела дыхание для нового вопля:
— Джессика, девочка моя, как ты думаешь, будет ли папочка рад твоему возвращению?
— Вот увидишь, он порвет ваши задницы на британский флаг вы, конченные… М-м-м-м!
Один из прихвостней заткнул ей рот кляпом, а старик продолжил:
— Какая удача! Я думал, придется уговаривать старика продать нам землю подешевле, а теперь он отдаст нам ее бесплатно, лишь бы с головы его доченьки не упал и волос! Парни, молодцы! Пойдете на повышение! — подмигивая подчиненным, добавил он.
Девочка отчаянно забилась, пытаясь выплюнуть кляп. Старик кивнул и один из бандитов убрал тряпку.
— Вы…вы не посмеете! — захлебываясь слезами, вскричала девочка. — Эта земля… Это все что у нас есть! Ты не посмеешь грязный сморщенный…
Хлоп!
По знаку нахмурившегося старика тот же ублюдок врезал ей по щеке с такой силой, что едва не сломал ей шею.
«В задницу затолкаю тебе твою же руку! — поморщился я. — Пятеро здоровых лбов издеваются над беззащитной девочкой!»
Можно было бы уже наводить порядок, но я хотел побольше разузнать о происходящем. Не вышло бы так, что я влез в бандитские разборки и спас дочку другого мафиозного клана. Но следующие слова старика окончательно развеяли мои сомнения.
— Сколько лет мы, русские, бьемся над тем, чтобы закрепиться здесь, — пробормотал предводитель шайки. — И когда, казалось бы, найдено неплохое место и вложена уйма средств на строительство базы, находится неуемный монах местного храма, который встает против нас, отказываясь продать жалкий участок земли! Как же хорошо, что у него есть такая милая и невинная дочка! Ты же понимаешь, родная, что будет, если твой папа не пойдет нам навстречу?
Девочка забилась еще сильнее, пытаясь выплюнуть кляп, но старику надоели игры. Он, амбал и Крыс отошли в сторону, обговаривая другие дела. Последний, похотливо глянув на пленницу, спросил, как бы невзначай.
— Господин Давид, вы же не собираетесь отдавать девчонку монаху?
— Я не последний идиот! — сурово отозвался тот. — Как только он принесет купчую, то сразу узнает, что значит испытывать терпение русских! Это будет уроком остальным! А ее продам арабам или туркам. Да хоть китайцам!
— Тогда, господин Давид, вы не будете против, если я немного развлекусь с ней? — низко кланяясь, залебезил крыс.
— Вечно тебя тянет на детей, Арман, — поморщился главарь. — Чего тебе не хватает доступных девчонок… Ладно, делай с ней что хочешь, только не переусердствуй! Мне еще монаху ее показать надо! Да и не купят турки товар в плохом состоянии.