Крестраж # 1 (СИ)

— Сириус, у тебя вообще какие планы были? Ну вот стырил ты у меня палочку, пробрался к Уизли, прибил Петтигрю, дальше что? — ядовито спросил я.
— Ну… Не знаю. Тут же сразу всё понятно станет, кто предатель и что на самом деле было, я расскажу и так. Потом, конечно разбирательство было бы и должно было всё выясниться, — с растерянным выражением лица стал объяснять он.
— Да неужели? Что ж ты раньше не рассказал ничего? А вот как вижу я: Серийный беглый маньяк-убийца тайком пробрался в жилище добропорядочной семьи и жестоко убил кавалера ордена Мерлина третьей степени Питера Петтигрю, скрывающегося от его мести. Воспользовался он палочкой известного героя магического мира Гарри Поттера. У авроров возникает множество вопросов. А откуда палочка? А не сотворил ли чего известный преступник с Мальчиком-Который-Выжил? Ты же был аврором? После твоего описания в розыскных листах тебя сначала заавадить нужно, а потом только допрашивать. У тебя хоть немного мозгов осталось? Я вот думаю, что ты мне не нужен совсем, пользы от тебя ноль, и только капризы идиотские и претензии какие-то надуманные. Рассчитывал, что крёстный у меня серьёзный, взрослый волшебник, на которого я могу опереться в трудную минуту, а тут, оказывается, с ним как с сопляком возиться нужно. Какого хера, Сириус? Тут, блять, у меня война идёт с половиной магической Британии, а мне приходится трахать тебе мозги для того, чтобы ты начал думать!
— Не ругайся! — мрачно буркнул Блэк.
— Иди в жопу! — зло сказал я. — Тоже мне, воспитатель! Тут серьёзные дела творятся, а у тебя детство в одном вышеупомянутом месте не прошло. Напиться ему хочется! Мне тоже хочется, между прочим, от осознания, кого мне тут приходится отчитывать!
— Всё, всё! Я понял, не нужно больше мне ничего высказывать. Ты хуже Лили со своим занудством. Хоть и очень похож на Джеймса, только без очков, но характер у тебя, как у Эванс. Почему только ты не как Джим? С ним бы мы быстро что-нибудь придумали, — раздражённо стал говорить он.
— Сириус!
— Что?
— Легилименс!
***
Как же он меня достал! В диком раздражении я спускался со второго этажа и надо же! Всё семейство Дурслей как по заказу расположилось в гостиной и дружно пялилось в телевизор, по которому показывали доставшую меня рожу Блэка.
— О! Про моего крёстного смотрите? Он убил тринадцать человек! Правда, он классный?! — излишне весело и показательно радостно воскликнул я.
— Петунья, у него все родственники такие? — спросила сидящая рядом с Верноном и уже изрядно накаченная бренди Мардж. — Как вы его ещё до сих пор терпите у себя в доме?
— Не надо, Марджори, — испуганно пробормотала тётя Петунья.
— Да что такого? Вы только посмотрите на него? Тощий выродок! — пьяно брызгала слюной эта жирная тварь. — И не ухмыляйся тут мне! Я вижу, ты не стал воспитанней с нашей последней встречи.
— Мардж, пожалуйста, — подключился бледный Дурсль.
— Как вы только не выбросили его за порог в какой-нибудь приют. Я всегда говорила про твою сестру и не в обиду тебе, Петунья, но от неполноценной суки и щенки получаются с изъяном. Это всё скрещивание, — продолжала разоряться она.
— Ты совершенно права, Мардж! — громко сказал я и подхватил кочергу, стоящую около камина. — Только такая уродливая сука, как ты, могла разродиться своим Злыднем.
— Что ты сказал, сопляк?! — побагровела эта пьяная свиноматка.
Размахнувшись кочергой, со всей доступной мне силой ударил по окорочкообразному предплечью сидящей за столом тётки. Потом ещё раз по пальцам и по заплывшей жиром роже и ещё раз и ещё. Я не забыл, как она травила меня своими бульдогами и как я сидел на дереве весь день, до ночи, истекая кровью из разорванной ноги, и как смеялись все эти сейчас бледные лица.
— Я сказал… Что ты… Уродливая сука… Если… Ещё раз… Откроешь свой… Поганый рот… — я продолжал наносить удары. — То я выпущу всю твою гнилую требуху. — и наконец откинул в сторону такой удобный инструмент.
Я смотрел на дрожащих Дурслей и мечтал их всех перебить особо жестоким способом. Скулящая на полу Мардж только ещё больше раздражала, так как к вони перегара добавилась дурно пахнущая лужа под ней. Вот только нельзя их помножить на ноль, иначе «прилетит вдруг волшебник» в голубой или в какой в тот момент на нем будет, мантии, и бесплатно покажет умножение на ноль уже мне. Или законопатит туда, где Блэк недавно по турпутевке загорал. По наблюдениям, те два модника в красном следят в основном, чтобы я не сделал ничего Дурслям и, конечно, подмечают, не замыслил ли я чего незаконного, но так, без огонька. Попробуй я Дурслей порешить, тут бы меня и повязали, и добро пожаловать Азкабан. Видимо, на это и расчёт у того, кто их послал наблюдать.
  
— Как же я мечтаю вас всех живьём закопать! — тоскливо смотря на перепуганных уродов, высказал свои мысли уже вслух. — Вам, наверное, будет приятно узнать, что я съезжаю, тётя. Можете меня не искать, всё равно не найдёте, только один момент, мне нужны все мои документы, — и пристально посмотрел в глаза Петуньи. — Быстро!
***
Не могу я больше здесь оставаться, просто не выдержу и перебью этих нелюдей. Была идея отправиться на Гриммо и там отсидеться до начала учебного года, но я её отмёл из-за неадекватного поведения Блэка. Ведь отправится в загул, наверняка в подвалах особняка есть что выпить, и в немалом количестве. А что мне останется делать? Отправлюсь вместе с ним, несмотря на возраст, не откажет поди в такой малости мне крёстный. Остановился, как и в книгах, на варианте с «Дырявым котлом». Определённо, замечательное место — граница двух миров и оперативный выход в оба, в одном из которых можно будет затеряться, если что. Один недостаток — слишком очевидное место и будут искать в первую очередь именно там. Пока я не напоминаю себя прошлого и никто меня не признаёт за Мальчика-Который-Недобитый, можно сыграть в школьника-магглорождённого, который готовится к школе и скопил сиклей на этот клоповник магического мира.
Подхватив сундук со спящим внутри Блэком и запихав свои документы в сумку, накинул на себя мантию-невидимку и свалил из проклятого дома истинно по-английски. Еле поместился под моим стелс-плащиком вместе с объёмным ящиком. Вспомнив про «Ночной Рыцарь», содрогнулся и отправился к автобусной остановке. Пусть на этом магическом транспорте извращенцы ездят, а я воспользуюсь традиционными способами передвижения.
— Мистер Том, я хотел бы снять номер, — после приветствия заявил я.
— Одинадшатый швободен, — прошепелявил очень сутулый волшебник за стойкой. — Как ваш жапишать?
— Эммм… Вернер Карл Хайзенберг, мистер Том, — после секундной задержки выдал я.
Не знаю какие ассоциации у меня сыграли, но я выбрал это имя. Видимо, потому, что мне предстоит ВАРКА. Наконец созрел для переработки крови василиска и привел себя в порядок. Осталось пару дней пить очищающее, сваренное мной ещё в Хогвартсе, и можно будет приступать к экспериментам, не над собой, конечно, сначала нужно будет купить несколько крыс в магазинчике на Косой или вообще поступить радикально с отловом асоциальных личностей в Лютном и опытами над ними.
— Шешть галеонов в неделю и жавтрак жа шчёт жаведения, — прошамкал Том и записал в монументальную книгу имя очередного постояльца.
Нихрена у них цены! На пятизвездочный отель с рестораном от лучших рекомендаций Мишлен эта халупа не тянет никак. Он что, издевается, старый сморчок? У него здесь «Интерконтиненталь», что ли? С недовольным видом пришлось расплачиваться за три недели проживания, оставшихся до начала занятий.
Ну ничего так, миленько и атмосферно. Убежище Темного Волшебника, а не гостиничный номер. Просторная комната в тёмных и мрачных тонах с полированными тёмными деревянными панелями вместо обоев, и массивной мебелью в жутко обшарпанном стиле ампир с излишним и когда-то роскошным украшательством. Грязные, мутные и запылённые окна так и просились применить на них «тергео», что я и сделал после ухода проводившего меня до номера Тома. Последующая уборка заняла ещё час и только потом я начал распаковываться.