Крестраж # 1 (СИ)

- С чего бы я её выгонял? Это ведь не мой домовик, а теперь твой,- возмутился я.
- Но я ведь...
- Ти, будет очень хорошей слугой, молодая госпожа! - пискнула домовушка и очень быстро закивала своей лопоухой головой так, что её фиолетовые глаза превратились в две фиолетовые полосы.
Влёт просекла ситуацию, молодец. А судя по ухоженности и порядку вокруг, эта Ти знает хорошо свои обязанности и я же не совсем дурак, отказываться от такого приобретения. По-быстрому привязать её к Гермионе, ведь домовушка сейчас свободный эльф и оставить пока тут по хозяйству. Источник этого дома, как я чувствую, откровенно никакой и до крайности убогий. Нужно будет заменить на другой, возвести защиту и всякие навороты и дополнить уже имеющееся или исправить неподходящее. Натравить на Ти своего Бэрримора с консультациями по анти-проникновению посторонних лиц, и, глядишь, будет со всего этого толк. И может тогда, чуть позже, я смогу наконец переварить все эти плоды победы.
*Chungo! Conchuda! Corijo tu!* - уё..ще, п...да, пошел на х.. (исп.)
  
Глава 70 Пугало волшебного мира
 
— Гарри? Почему ты меня учишь сражаться так странно? Ведь ни одного атакующего заклинания ты так и не показал. Как же тогда бой вести? С мистером Филчем ты совсем по другому действуешь, — спросила меня тяжело дышащая после разминки Гермиона.
— Я тебя сражаться не учу,— вздохнул я. — В первую очередь я учу тебя избегать этих самых сражений. Говорил же уже, что боец из тебя не получится. Потому сейчас ты и бегаешь, совершаешь прыжки, уклонения и перекаты. Дальше будешь тренировать заклинания в движении и в тех самых перекатах и уклонениях.
— Но как так? А если мне придётся нападать? Что тогда делать? — воскликнула она.
— С трудом представляю тебя в этой роли,— улыбнулся я. — Для таких вещей у тебя есть я. И на кого ты собралась нападать? Ведь ты совершенно не способна на агрессивные действия первой.
— Нуу… — смутилась она. — А вдруг придется, а я не умею? Например, освободить кого-то понадобится или пойти и вернуть что-то своё.
— У тебя что-то пропало? — нахмурясь спросил я. — Я разберусь, только…
— Да нет же! Я к примеру говорю! — перебила она.
— Гермиона, здесь нет ничего сложного. И я могу показать и рассказать всё, но просто загляни в себя и спроси. Сможешь ли ты пойти и напасть? А ведь ты должна быть морально готова на то, что при нападении придётся действовать максимально жёстко, вплоть до убийства противника.
— А как же "Ступефай"? Или "Петрификус Тоталус" и с другими такими же заклинаниями,— упрямо воскликнула она.
— Это всё полумеры, kotenok. Обездвиженный враг всё равно остаётся врагом и может ударить в спину, когда ты отвернёшься или ослабишь внимание, сбросив "Финитой" твои чары. Эти все заклинания придуманы для пленения, потому что можно было выкуп или иную прибыль получить с пленника, а то и просто захватить с целью помучить. Ты же видишь, сколько тут уродов всяких? Запомни раз и навсегда! Хороших врагов не бывает и хороший враг — мёртвый враг. А любой, кто направил на тебя палочку с целью причинения вреда, и есть тот самый враг. Я же уже рассказывал, что тут, в волшебном мире этот жест считается однозначным признаком агрессии. Это как если бы на тебя наставляли заряженный пистолет. Я тебя и учу сейчас уклоняться от таких жестов и контратаковать в движении и даже падении. Вот тут и пригодится "Ступефай", для твоего отступления, а с последствиями уже я разберусь,— в который раз объяснял я и рассказывал очередную специфическую лекцию. — Ещё, я тут вижу очень тонкий момент с тобой. Ты не умеешь определять степень опасности противника, и потому долго обдумываешь свои действия. Я уже замучился ставить тебе необходимые рефлексы, а ты до сих пор сопротивляешься. А ещё не научившись толком, прямо сейчас предлагаешь мне над твоей атакой поработать!
Если в теории Гермиона разбиралась великолепно, то вот в практике боевого применения чар была хуже самого зачуханного пацифиста. Какой-то психологический барьер у неё в голове. Да и правильно, на самом деле. Мне не хочется видеть её кровожадной колдуньей, которой прихлопнуть любого косо на неё посмотревшего, что раз плюнуть. И вот с решимостью защитить себя я с ней и работал уже как полтора месяца.
  
Все эти психологические проблемы усугублял наш преподаватель ЗОТИ и сам учебник по этому предмету. Гермиона продолжала верить всему печатному слову и объяснениям преподавателей, хотя я уже основательно подточил эту её веру, подкинув целую гору старых учебников из программы обучения Хогвартса за былые года. А там, они иногда отличались от нынешних вообще кардинально.
С неделю назад, Люпин притащил откуда-то здоровенный аквариум с бесновавшимся в нём гриндилоу и стал рассказывать про методы борьбы с "водяным чёртом". Эта тварь… это я про гриндилоу, а не про Люпина… Хотя, чего это я? В общем, оборотень стал объяснять как отбиться от этого довольно опасного водного обитателя. Пальцы ему ломать! Ага! Вот только он забыл упомянуть, что гриндилоу стайные создания и пока ты ломаешь пальцы одному, остальные успеют обглодать твои конечности до костей. Лучшая тактика при встрече с такой гадостью — это вскрыть горло чарами "Релашио", которые под водой подобно "Диффиндо" работают, одной из особи в стае, и пока соплеменники обгладывают труп истекающего вкусной кровью сородича, по-быстрому свалить с опасной территории. Или позапрошлая лекция про защиту от "красных колпаков"… Тьфу!!! Где я буду авроров около кладбища искать и звать?! Ну, "колпаки" не совсем около кладбищ встречаются, а у большинства воинских захоронений, где не всегда соблюдался похоронный обряд. Так эту пакость лучше площадными огненными чарами выжигать — сразу, как обнаружилось гнездо, а то от этих полуматериальных созданий с дубинами попробуй убеги, как советует наш учебник и профессор. Их разученным заклинанием не отпугнуть всех, они тоже толпой действуют. Потихоньку Люпин начинает меня выбешивать. Тоже мне, оборотень! Этот показательный миротворец и ушибленный "силой любви" типус напоминает мне полудохлого вампира-вегана. Смотреть на того, кто пошёл против своей сути, просто противно до отвращения. Оборотень — это честно! Ты знаешь, на что он способен и готов к встрече, и тогда либо убиваешь его или избегаешь, либо умираешь. А вот что ожидать от этой размазни — неизвестно, и заставляет напрягаться всякий раз при встрече.
— Хорошо, на сегодня с этим закончили. Давай изменения тренировать,— бодро предложил я Гермионе.
— Опять через эти щели пробираться! — закапризничала девчонка. — Гарри, зачем? Я ещё понимаю, внешность менять для маскировки, но это-то для чего?
— На всякий случай! Ты знаешь, как Блэк из Азкабана сбежал? Он настолько исхудал, что в образе пса смог протиснуться через прутья решётки камеры, а там, между ними такое же расстояние, как и на нашем тренажёре, — стал объяснять я.
— Я не попаду в Азкабан! — насупленно воскликнула Гермиона.
— Не зарекайся! — надавил я. — И вообще, Гермиона, что за капризы? Обещала слушаться, так и слушайся! Как будто мне такое сильно нравится. Разве ты не понимаешь, что такой навык тоже может быть полезен? Ты, не дай Мерлин, можешь и в плен попасть, с заточением в какое-нибудь узилище, без палочки, в магических кандалах и без сил. Что тогда делать будешь?
— Ты из меня Гудини хочешь сделать! — возмутилась она, со вздохом подходя к деревянной раме в человеческий рост, в которой часто были вставлены металлические прутья.
— Гудини фокусник, а мы волшебники. Ему даже близко до таких возможностей не добраться. Хотя я и не знаю, может быть, он из наших был,— предположил я.
Но вообще, конечно, да — это упражнение неприятное было. Как визуально, так и по ощущениям. С неделю назад, под воздействием паранойи я трансфигурировал эту конструкцию с различным расстоянием между прутьями и вот уже второй раз мы вдвоём протискивались между ними. Гермионе я уже рассказывал, зачем это нужно, но она прямо-таки восприняла в штыки эту затею.