Крестраж # 1 (СИ)

Всё изменилось сегодня. Уже когда я возвращался из очередного безрезультатного блуждания и подходил к выходу, то был внезапно остановлен перед самой дверью.
— Хлоп!
Передо мной аппарировал домовой эльф очень представительной наружности. До этого думал, что выглядеть чопорней и напыщенней моего Бэрри просто невозможно, ан нет, бывают, оказывается, среди их народа и такие вот индивидуумы. Тёмно-зелёные глаза на бесстрастном лице, как у каменного идола, полная достоинства поза и белоснежная наволочка с золотым гербом Хогвартса, вышитом на груди. Эльф был очень стар, не так, как Кричер, но очень близко. Мы стояли и молча смотрели друг на друга, правда, я ещё и целился в него своей палочкой с красным огоньком неактивного "Диффиндо" на кончике.
— Тобби Восьмой, глава общины домовых эльфов Хогвартса, благодарит юного мага Поттера, сэра, за оказанную услугу,— торжественно, даже, можно сказать, весомо провозгласил непонятный домовик.
— Не понял,— сказал я, нахмурившись, и смотря на этого императора домовых эльфов. Как его там? Тоббиаса Октавиана*.
— От имени общины мы просим разрешения забрать останки своих соплеменников, юный маг Поттер, сэр,— продолжал он гнуть свою непонятную шарманку.
"А-а-а! Вот ты о чём!" — Я уже и позабыл о таком. Там я насчитал семнадцать маленьких иссушенных мумий домовиков и сначала чуть не обделался, когда их увидел, приняв за совсем маленьких детей. Получается, что они просто не могли подойти и забрать своих. Артефакт слишком убойный и навороченный был, из раздела банковских, и специально настроен против таких созданий. Только по сегодняшним меркам примитивный уже и со знакомыми мне принципами построения. А они ведь не могут подойти к магу и попросить об услуге. Поставить в известность о проблеме могут, а вот попросить нет, к тому же открывать местоположение Выручай-Комнаты, как служащим замка, им запрещено со времён Основателей. Встречалось мне что-то по этому поводу, в той книге, про которую Гермиона говорила.
— Тобби благодарит юного мага Поттера, сэра, и признаёт за общиной долг!— с достоинством поклонился старик.
— Прелестно, просто прелестно… — задумчиво смотря на него, пробормотал я.
*Октавиан (лат.) — дословно "восьмой" — ребёнок в семье, воин в десятке и т.д. Чаще всего поначалу использовалось как прозвище и только позднее стало официальным именем.
  
Глава 60 Проклятия, как они есть
 
Если раньше я гордился своей осторожностью и считал себя отъявленным параноиком, то теперь, после изучения дневника: "Проклятия и малефицизм, расширенный полный курс", понял — я натуральный лошара и беззаботный фраер. Еле удержался от желания побежать тут же изобретать и мастерить магический скафандр высшей защиты с навесной тяжёлой танковой бронёй. И чтоб огнемёт был обязательно, и чтоб со спаренными расширенными баллонами огнесмеси, тонны на три… каждый… и запасных таких, штук пять.
Волшебники… Уж что придумают, так придумают, мля! Мама дорогая! Я теперь и не знаю как спокойно заснуть зная, что можно наслать при желании изжить своего врага. Существуют, конечно, и контрмеры, но не всегда и не во всех случаях простые и эффективные. Заморочек и всяческих исключений с деталями просто бездна. Ещё из колдомедицины знал о таких тонкостях, но там рассматриваются методы лечения или противодействия проклятиям, а не то, как их накладывать. Безопасно и без последствий избавить от проклятия сможет лишь сам малефик и автор этой гадости и то, не во всех случаях.
По-моему, малефицизм, является самой неточной магической дисциплиной. Даже в полупридурковатом шаманизме прослеживается система и точность в обрядах и специфических ритуалах, хоть и имеющих у различных народов существенные отличия, но тем не менее имеющих одну основу. Здесь же, я не усмотрел какой-либо системы. С одним и тем же набором ингредиентов, кровь, волосы или ногти и с одними и теми же ритуалами жертвы, можно добиться совершенно разного результата. Причём, необязательно иметь набор реагентов абсолютно идентичный, можно менять его от балды и как вздумается. Это, между прочим, и самих ритуалов проклятий касается. Можно самому себе — свой собственный изобрести и он наверняка сработает. Вот уж где магия — есть желание.
  
Мастерами проклятий, тут нужно оговориться — сильными мастерами проклятий, традиционно считаются женщины. Всё начинается с детства и юная волшебница, на эмоциях может наворотить всякого. Это называется сглазом и является первой ступенькой к званию малефика. От такого магического явления защититься легко, если знаешь как, но существуют и более серьёзные сглазы, требующие для противодействия специальных чар или ритуалов очищения. Такое я с Живоглотом Гермионы проделывал. Маги-мужчины, в противовес, считаются сильнейшими взломщиками проклятий, за счёт своей духовной составляющей, позволяющей им манипулировать над хаосом неструктурированного построения наложенной гадости. Потому, кстати, на мужиков проклятия и сглазы действуют слабее. Ещё один момент, касается самого волшебника или волшебницы, чем они сильнее в магическом плане, тем выше у них "плотность" ауры и впихнуть в неё проклятие становится сложнее. Но всё равно, изобретено столько всего, что любого можно со света сжить.
Нужно признать, что сам процесс проклятия и не сказать что лёгкий или может получиться у каждого. Имеются в виду серьёзные проклятия, а не что-то несложное и тут, относительно простого, по-моему, вообще исчезающе мало. Чего стоит только ментальный малефицизм! Можно проклясть имя, воспоминания и даже память о ком-то или чём-то! Такое у меня даже в голове не укладывается. А ведь это практиковали с древнейших времён в том же Египте при запечатывании гробниц фараонов. Или проклятие явления… любого! Не в глобальном плане, конечно, а персонально для враждебной личности. Проклятия на неудачу, например, или на рождение только одного наследника определённого пола, и ведь тут не на организм идёт воздействие и на органы размножения, а на такое вот явление и событие. Из всего этого наверняка растут ноги и у Статута Секретности и Договора Гринготтса. Узнал, кстати, что коротышки, теоретически могут этот договор разрушить. Нужно их большее количество, чем тех волшебников, что участвовали в ритуале Большого Круга Магов и суммарная магическая мощь, теперь уже круга гоблинов, должна превосходить прошлый ритуал волшебников. Только вот при министерстве имеется так называемая "Комиссия по надзору за магическими популяциями" — одна из мощнейших структур в магическом правительстве, со своими надзорными и карающими органами.
После обдумывания изученного дневника мной, косвенно, подтверждалась мощь Тёмного Лорда. Не каждый сможет проклясть своё имя, для того, чтобы знать о том, где его произносят. Похожие практики есть и в шаманизме и таких понятиях как "Табу", но они даже близко не стоят с тем, что наворотил Волан-де-Морт. Повеселилась, видно, эта мразь так, что до сих пор маги Великобритании боятся произносить его имя вслух и наградили его почётным прозвищем — "Тот-Кого-Нельзя-Называть". Ну, тут они несколько перестраховались, называя его так и составляя прозвище из простых слов. Его и намного прозаичнее можно было "окрестить", но кроме матерных, у меня вариантов не имелось.
Так что после изучения проклятий я кинулся проверять всё что ни попадя и исследовать всё то, что натаскал из Выручай-Комнаты. И таки да, нашёл четыре проклятых вещицы и двадцать восемь книг, так или иначе воздействующих на пользователя. Хорошо, что я уже был не полный лопух и работал только в перчатках из кожи виверны. Кем бы ни была Спраут, но в наши головы на своих уроках она и так, без всех моих знаний, вколотила, что прикасаться к незнакомым предметам без минимальной защиты чревато проблемами, иногда несовместимыми с жизнью.
***
— Стой спокойно!— строго сказал я.
— Ведь всё нормально было. Ты сам говорил в прошлый раз!— бубнила Гермиона, недовольная тем, что её отвлекли от очередного монументального фолианта для "лёгкого чтения".