Жнец. Книга третья (СИ)

Видимо, молодые люди рассчитывали на то, что их от меня защитит статус. Но им не повезло, не фартануло. Внутри меня клокотала ярость, которую я с трудом сдерживал.
— Ты что творишь? — вскрикнул Захаров, но при этом никто из парней не отправился на помощь своему товарищу, лицо которого было вмято в стол.
— Это вы чем тут занимаетесь? — подоспел Костя. — Совсем страх потеряли?
— Златов, ожидаемо, что ты будешь рядом со своей сошкой, — ого, так вот какое мнение о нашей дружбе ходит.
Я схватил на руки свою сестру и отскочил в сторону Константина. Поставив Наташу на пол, обернулся в сторону столика. Напряжение накалилось до максимума. Все, включая Костю, активировали свои Дары и повесили на себя покровы.
— Господа, прошу прекратить вас это безобразие, — спокойный голос показался мне знакомым. — Мы находимся в заведении для отдыха, а не на арене, — пришедший попутно осматривал нас всех, и в конце концов его взгляд остановился на мне. — О, Александр Петрович, рад вас видеть. Но не рад тому, что вы все здесь устроили.
— Ваше Благородие, приветствую, — кивнул я. — Но увы, по-другому отреагировать я не мог. Моей сестре угрожала опасность.
— И вы, как настоящий старший брат, пришли к ней на выручку. Понимаю, — снисходительно улыбнулся парень. — Но это не повод нарушать правила, так что вам всем придется покинуть заведение. Сможете продолжить решать ваши проблемы на улице.
— Справедливо, — согласился я. — Пойдем, Наташа, — мы отправились на выход, а Костя сообщить о произошедшем остальным.
— Господа, вас это тоже касается, — послышался за спиной голос сына барона.
— Стрижов, ты уверен, что хочешь нас выгнать? — спросил Захаров. — Мы можем устроить проблемы и тебе, и твоему отцу.
— Сомневаюсь, что главы ваших Родов пойдут на это, — произнес Сергей. — Сейчас же, для сохранения и нашей, и вашей репутаций советую покинуть наше заведение. В ином случае будет вызвана полиция и применена физическая сила.
За моей спиной послышались быстрые шаги.
— Ты об этом пожалеешь, — бросил парень с разбитым носом, обгоняя меня с Наташей.
Я не понимаю, на что они рассчитывали, потянув мою сестру к себе за столик. Неужели на то, что я паду ниц, не попытавшись побороться? Вот сидели бы себе ровно, и, глядишь, целое лицо осталось бы у одного из них. Так еще товарищи они такие себе. Остальные просто сидели и смотрели, как их друга бьют. Хотя о какой дружбе можно говорить, когда они скопом оскорбляют своего, сомневаясь в его умственных способностях. Интересно, главы их семей также друг с другом общаются?
Когда на улицу вышли мои друзья, было забавно наблюдать за разгневанной Романовой, которую пытался успокоить Стрижов, следуя за ней. Они подошли ближе, и я понял, почему слова Сергея не работают. Парень пытался извиниться перед принцессой за то, что выгнал ее друга, пеняя на то, что он лишь следует правилам, установленным его отцом. А Катя же, в свою очередь, злилась на себя, а не на решение, принятое сыном барона. Она упустила из виду свою подругу, которой сразу же попытались навредить. Будет для моей подруги опытом. Но все мы далеко не идеальны, и не всегда у нас имеется возможность все держать под своим контролем. Однако это не повод не пытаться этого делать.
Вечер был безвозвратно испорчен, поэтому было принято решение разъезжаться по домам. Златов, захватив с собой Грошеву, поехал на своем транспорте. Донскую и Скворцова повез Степан на арендованной нами машине. А мне оставалось лишь прибиться к Романовой в ее транспорте, куда уже запрыгнула Наташа, чувствующая себя виноватой.
— Ты чего такая хмурая? — потрепал ее по волосам.
— Потому что из-за меня все закончилось, а это был твой праздник, — она посмотрела на меня, а в ее глазах собирались слезы. — Я все испортила, Саша, а ведь могла сама вырваться.
— Неправда, сестренка. Вина того, что произошло, лежит на этих моральных уродах, но ни в коем случае не на тебе, — улыбнулся я. — Ты большая молодец, что не использовала своих сил. Ты, если бы захотела, смогла бы спокойно отпинать и урода, который тебя держал, и его товарищей.
 
— Я просто помню твои слова, что мне рано в это лезть, — успокаиваясь, проговорила Наташа. — В драки и сражения. К тому же я знала, что где-то в баре есть ты, который не оставит меня в беде.
— Ну вот видишь, какая ты молодец, — обнял свою сестру.
Весь путь в школу Романова молчала. Мои попытки донести до нее, что все в порядке, успехом не увенчались. За что мне это? Обе считают себя виноватыми. Хоть одну удалось убедить в обратном. А с Екатериной ситуация посерьёзнее. Не привыкла девушка терять контроль над ситуацией. Надеюсь, она обдумает все и сделает правильные выводы.
Вернувшись в общежитие, молча легли спать. Но меня через несколько часов разбудила хвостатая, заявив, что пора ставить новую печать. Спорить не стал, мне это действительно необходимо. Посмотрим, какой прирост в мыслительных способностях даст мне обновка.
Заперся в ванной и принялся ставить печать концентрации под чутким присмотром двухвостой мордашки. Давно пора было это сделать. Моя скорость в покрове молнии все ещё сильно ограничена моей способностью быстро мыслить.
О самой постановке могу сказать лишь то, что было очень больно. Гораздо больнее, чем установка двух предыдущих печатей. Так как новая печать в основном влияла на головной мозг, черепушка моя просто раскалывалась. Казалось, что она просто готова в любой момент лопнуть. Но благо, что я справился, получив похвалу от Кей.
«Ты уже неплохо справляешься, — сказала лисица. — Скоро сможешь ставить подобные печати и остальным, но это куда опаснее и сложнее установки печати молчания.»
Я встал и подошёл к зеркалу. Все мое лицо было залито кровью, которая вытекала отовсюду: из глаз, из ушей, из носа и рта — все это создавало страшное зрелище, словно у меня вместо лица кровавое месиво. Смыть с себя все остатки от процесса постановления печати решил в душе. Уже стоя под струей воды, прислушался к своим ощущениям.
Не знаю, что должна была изменить во мне печать концентрации, но особых изменений я не почувствовал. Разве что стало легче фокусироваться на чем-то одном, а также сами мысли обретали более четкую структуру. В любом случае необходимо сперва опробовать покров молнии вкупе с новой печатью, и только тогда делать какие-либо выводы.
Прибрался за собой и отправился спать на свой напольный матрас. За время пребывания в Рифте я по нему даже немного соскучился. Или же не по нему, а по сопениям с обеих сторон? Ответа на этот вопрос не мог дать даже я сам.
Утром девчонки отправилась на учебу, а я прямиком в кабинет директора. Решил, что нужно поскорее закрыть вопрос с пропущенным экзаменом. И кто, как не княгиня Донская, сможет мне в этом помочь.
Пропустили меня к главе школы без проблем. Постучав в дверь и услышав разрешение войти, прошел внутрь кабинета. Анна Сергеевна сидела за своим столом, погрузившись в бумаги. Подняла она свой взгляд только тогда, когда я подошел к столу достаточно близко. Ее лицо сразу же озарилось улыбкой, и она отодвинула все бумаги, не забыв предложить мне присесть.
— Рада, что с тобой все в порядке, Саша, — продолжая улыбаться, сказала княгиня. — К сожалению, у меня сейчас много дел. Так что давай перейдем сразу к вопросу по сдаче пропущенного тобой экзамена.
— Всё-то вы знаете, Анна Сергеевна.
— Еще бы, я ведь всё-таки теперь директор, — сказала женщина и взяла какой-то блокнот. — Значит так, Саша, экзамен по математике можно будет сдать сегодня после того, как закончатся занятия. Справишься, или тебе необходимо некоторое время для подготовки?
— Сегодня, значит сегодня, — пожал плечами. — В дополнительном времени нет необходимости.
— Тогда я сообщу об этом учителю. Встретишься с ним в аудитории, которую сообщит тебе дежурный, — сделала себе пометку княгиня. — Еще есть какие-нибудь вопросы?
— Есть, Анна Сергеевна, — кивнул я и продолжил: — Может быть вам нужна какая-нибудь помощь?