Восхождение князя вампиров (СИ)
– Мой князь, – полушепотом начала она свою привычную песню, – вы прекрасны!..
И с чувством выполненного долга она лишилась чувств.
Вот дерьмо! Молнией оказываюсь рядом с ней и подхватываю на руки. За одну эту ночь моя спутница пытается отъехать уже второй раз!
Так дело вообще не пойдет.
Поддавшись красоте момента – и чего уж там, порыву, – делюсь с Кристиной своей кровью. Если быть точнее – надкусываю губу и кормлю ее напрямую.
Почувствовав живительную амброзию, стекающую ей в рот, Кристина жадно впилась в мои губы.
На этот раз я уже не просто поделился своей кровью. Девушка проявила себя как надежный слуга, так что я решил доверить ей немного своей силы.
Скоро Кристина начала приходить в себя. Все яростнее она втягивала мою кровь, смакуя каждый глоток. Полностью расслабившись в моих руках, девушка начала понемногу урчать от удовольствия, потом – и томно стонать.
Вот только опошлять момент не нужно. А то как девочка-подросток, в первый раз посмотревшая “Интервью с вампиром” какое-нибудь.
Я выпустил Кристину из рук.
Она смогла сориентироваться, и приземлилась довольно мягко – на пятую точку. Ухитрилась не завалиться на бок, и, по-прежнему тихонько урча, начала осваиваться с новыми способностями. Начала с отращивания потерянной конечности, за чем я ее и оставил.
Нужно позаботиться кое о чем еще.
Довольно быстро я нашел свой проклятый меч. К счастью – не поврежденный, я заметил только небольшой скол. Ничего непоправимого, кузнеца нормального найдем, как только вся эта кутерьма закончится – а это скоро.
На мече сидела, опустив плечи, Эвелин. Мне даже показалось, что она всхлипнула, когда увидела меня.
– Мой князь, – Эвелин рванулась ко мне, – мой князь, простите меня! Я... Я вас ранила, это непозволительно, мой князь! Наказывайте меня как вам угодно, можете даже выбросить, я недостойна служить вам!
Мне захотелось потереть виски. Повелительным жестом я остановил призрака.
– Стоп. Твои оправдания и жалобы меня не интересуют.
Эвелин заметно приуныла, но остановилась. Она смотрела на меня с тревогой и страхом – что может ее князь с ней сделать?
Я продолжил.
– Моей правой рукой должна быть сильная женщина. Не причитающий призрак, который сложил руки сразу же, как только я был выведен из строя.
Эвелин просияла. Буквально – она даже светиться немного начала. Закивала:
– Конечно, мой князь! Я... я буду сильной! Я отращу себе электрошок в рукоятку, я следующего такого гения, который меня хватать начнет, загрызу насмерть!
Хм, а план ничего, если подумать. И вот с тем, чтобы быть сильной, я могу Эвелин очень хорошо помочь.
Под болтовню призрака я сосредоточился, поймал какой-то медитативный ритм в этом трескоте. Прислушался к себе и своей крови – и постепенно смог найти душу Германа. Даже размазанный по моему организму, он ухитрился сидеть, съежившись от страха. Одаренный какой.
– Хочешь кушать? – обратился я к Эвелин.
Девушка прервалась на полуслове. Сначала ее глаза округлились от неожиданности, но спустя мгновение в них проступил холодный и голодный блеск.
Я осторожно отделил душу Германа от текущей во мне крови. И передал ее Эвелин.
Моя жадная старшая жена схватила подарок и утащила в свой меч – только их и видели.
– Из-за тебя, мошка, я поранила своего хозяина, – услышал я яростное шипение откуда-то изнутри меча.
В отражении Эвелин приняла весьма... угрожающий, за неимением лучшего, вид. Если чуть более многословно – глаза призрака превратились в две непроницамо-черных бездны. Столь хищную улыбку у женщины я вообще видел только в магазине возле дома рядом с последней пачкой вафель.
Меч затянуло красноватой дымкой, как будто он сам не хотел показывать мне, что там происходило. Некоторое время он просто гудел, потом я расслышал истошные крики и жуткие чавкающие звуки.
Через минуту Эвелин снова выглянула из меча, облизывая кончики пальцев. Она вся стала плотнее, сияние ее – ярче. И вообще призрак моего меча сейчас был ощутимо сильнее.
– А души вампиров всегда такие вкусные? – довольно и жадно спросила она.
– Скоро узнаем.
Эвелин издала радостный писк, полный предвкушения. И правильно – резать и рубить предстоит много, нам еще за черепом идти.
Призрак выскользнула из клинка и встала на колени. Подняла и протянула меч мне, смиренно склонив голову. По сути, она преподнесла себя мне всю и без остатка.
– Тогда лупите мной направо и налево, мой князь.
К сожалению, пафосный и красивый момент испортил Семеныч. Именно его кашель я услышал неподалеку.
Похоже, когда начался основной замес, он вспомнил мое наставление и спрятался. Точнее сказать – укрылся, забравшись под вагонетку. Из-под которой сейчас и выбирался.
Таким образом бригадир смены и уцелел. Его разве что оглушило прилично. Судя по тому, как он сейчас пытался сесть и при этом удержать голову ровно, взрывной волной его накрыло хорошенько.
– Весьма находчиво, – одобрил я его укрытие, протягивая руку и помогая встать.
– Тык я в этой шахте, считай, родился. Первый раз, что ли, электрум бабахает.
На опыте мужик, выходит.
Семеныч посмотрел по сторонам:
– Этот, Герман-то. Он где? Мертв?
Я ничего не ответил. Только посмотрел выразительно в ту сторону, где лежали активно разлагающиеся останки Темносорова.
Семеныч одобрительно цокнул языком. Слегка пошатываясь, дошел до тела своего любимого начальника – и с хорошего размаху пнул его голову. От души так, от наболевшего.
Похоже, проблема с правами рабочих решена. Плюс единичка в карму, плюс десяточка – в благополучие моего города.
Я бросил взгляд на кривую платформу и особенно – на ее крепления. Несмотря на то, что сама платформа сейчас была очень далекой от понятия “горизонтально расположенная”, крепления удержались. Одно я даже подергал на пробу – крепкое.
Поразительная вещь, теперь не удивлюсь если она меня переживет еще.
– Сгоняй-ка ты, Семеныч, – обратился я к главе смены, – вниз, к своей бригаде. Радостную вещь сообщить.
Он кивнул и на удивление ловко запрыгнул на платформу верхом. Как будто не в первый раз у них такой форс-мажор на производстве. Ну да, он же говорил что-то об этом...
Да и как иначе – с таким-то отношением к людям. Понятно, что тут и на нормы безопасности был положен огромный болт. Разберемся чуть позже с этой ситуацией.
Пока что я связался с Соней с помощью нашей ментальной закрытой линии.
– Мой князь! Вы снова на связи! Я так боялась, что вы погибли, там же весь комбинат переворотило!
Никогда мне не надоест слышать это обращение. Тем более – когда оно такое радостное.
– Но я все равно в вас верила, хоть и боялась. И все равно чувствовала, что с вами все хорошо, просто... волнительно очень было.
– Там Александра рядом?
– Ну... да, недалеко, мой князь. Ее позвать?
– Да, позови. И передай ей, пожалуйста, чтобы она прислала к шахте своих людей. И побольше. Тут ситуация ненадолго из-под контроля выходила.
Я услышал топот маленьких Сониных ножек. И стук каблучков Александры. Неудивительно – я же еще одного кровососа сожрал по пути, это который скачок в силе у меня вообще.
Александра была взволнована не меньше Сони.
– Какая шахта?! Тут такой переполох из-за взрыва на комбинате, уже даже кошки живут вместе с собаками, массовая истерия! Вы же сказали, что просто разведаете обстановку!
– А я и разведал. И заодно узнал, откуда появляются в шахтах зомби.
Я кратко ввел Александру в курс дела.
Она задумалась и замолкла. Явно переваривала всю полученную информацию. Я же продолжил:
– Насчет лича не переживай. Я достану череп, а вот тебе нужно сейчас позаботиться о жителях Доброграда. В частности – присмотреть за шахтерами.
Александра подумала полминутки. Ответила:
– Хорошо. Логично. Подожди, а что ты такого передал Дмитрию? Он уже пару часов на взводе, суетится и бегает, схемы какие-то там свои реализовывает.